Шишки и ушибы

      За последние два месяца Мерлин дважды сломал руку, хромал три недели по причинам, в которых не признается, и постоянно был в синяках и порезах по всему телу.       Артур знает, что Мерлин неуклюж. Он всегда позволял Мерлину отмахиваться от его вопросов, позволял смеяться над травмами и позволял себе верить его оправданиям. Но в это невозможно поверить. Это физически не возможно, так часто получать травмы. Артур не должен был игнорировать это, и он собирается остановиться сейчас, потому что…       Потому что кто-то причиняет боль Мерлину. Мерлину. Кто это делает? Конечно, Мерлин иногда раздражает, но он добрый, храбрый и идеальный, и самое главное, он принадлежит Артуру. Артур больше никогда не позволит, чтобы Мерлину снова причинили боль; не позволит этому продолжаться. Тот, кто это делает, заплатит за это.       Единственная проблема в том, что Мерлин не признается, что ему причиняют боль, не говоря уже о том, чтобы сказать Артуру, кто это делает. Как Артур должен защищать его, если он не знает, от кого его нужно защищать?       Артур, честно говоря, не уверен, но на следующий раз, когда Мерлин будит его, и первое, что видит Артур, это подбитый глаз, он решает, что обязательно разберется с этим.       — От чего это? — требовательно спрашивает Артур.       — Что? О, это? — Мерлин касается синяка. — Вчера ударился об стол.       — Ты использовал это оправдание в прошлый раз, — говорит Артур, вставая с кровати и направляясь к нему.       Плечи Мерлина беспокойно дергаются под руками Артура, когда он фальшиво смеется.       — Это не оправдание, я просто… продолжаю биться об один и тот же стол.       — Мерлин, — говорит Артур. Он сжимает плечи Мерлина нежно, потому что никогда не уверен, где есть синяки, скрывающиеся под одеждой. — Ты можешь рассказать мне все, что угодно. Ты знаешь это, верно?       Мерлин снова смеется.       — Как ты думаешь, что я должен тебе сказать?       — Кто причиняет тебе боль? — Спрашивает Артур. — Просто скажи мне, кто это, и я защищу тебя.       Мерлин моргает, и Артур читает искреннее удивление на его лице, и это… это больно.       — Как ты можешь этого не знать? — спрашивает он. — Мерлин, очевидно, что тебе больно. Я заметил. И я не понимаю, почему ты сомневаешься, что я не буду защищать тебя. Но если ты скажешь мне, что происходит, я обещаю тебе, что бы мне ни пришлось сделать, я заставлю того, кто делает тебе больно, остановиться, ты понимаешь?       Глаза Мерлина широко раскрыты, и он явно подыскивает слова.       — Просто скажи мне, — мягко говорит Артур.       — Это действительно не то, что ты думаешь, — говорит Мерлин. — Никто не причиняет мне вреда, честно.       Артур кивает, понимая, что они зашли в тупик, и решает оставить это. Пока.

***

      Вместо этого Артур начинает самостоятельно выяснять, кто причиняет боль Мерлину. Если Мерлин не говорит ему, это может означать, что тот, кто это делает, благородный, или что Мерлин думает, что Артур ему не поверит, потому что их никогда бы не заподозрили. Так что Артур абсолютно никого не исключает.       Он присматривается к лордам, рыцарям, слугам, даже к конюхам и прачкам. Любой, за кем он наблюдает, мог когда-либо поднять руку на Мерлина.       Когда он задает вопросы рыцарям, Гвейн невероятно возмущен тем, что он не обратил внимание на это раньше. Ланселот выглядит ужасно подозрительным и виноватым, и Артур толкает его и начинает кричать ему в лицо, потому что он явно что-то знает. Однако позже, когда он (осторожно) спрашивает Мерлина об этом, Мерлин клянется, что Ланселот никогда и ни за что бы не причинил ему вреда. Артур все еще не уверен, пока Мерлин не клянется жизнью своей матери, и это убеждает его, оставляя с облегчением, что это не Ланселот, и с новым отчаянием, чтобы выяснить, кто это.       Тогда Артур допрашивает абсолютно всех, кого только может вспомнить, а затем отвлекается на заговор с целью свергнуть его с трона (во время которого Мерлин исчезает на несколько часов) — после этого Мерлин ковыляет в свои покои после восхода солнца.       Похоже, ему так больно, что он едва может стоять, а глаза его красные, будто он плакал, и он хрипит, прося пару выходных.       — Сядь, — приказывает Артур.       — Сир, я… Гаюс сказал, что мне нельзя долго вставать с постели, так что я просто… — Мерлин указывает на дверь и пытается убежать, но Артур сейчас значительно быстрее и блокирует ему выход.       — Тогда в постель, — соглашается Артур, осторожно подталкивая Мерлина к его собственной кровати, едва касаясь его, потому что он не хочет причинить ему еще большую боль. Он стаскивает с Мерлина ботинки и осторожно толкает. — Что случилось? Кто, Мерлин?       Мерлин качает головой, но это не нормально, потому что он выглядит так, будто его избили, что больше никогда не повторится, потому что он расскажет Артуру обо всем.       — Мерлин. Ты мне доверяешь? — Спрашивает Артур.       — Конечно, я просто…       — Если тебе угрожают, — тихо начинает Артур, — ты знаешь, что рыцари и я защитим тебя. Если тебя вымогают, если у тебя долги — мне все равно, почему, я не буду спрашивать, если тебе нужны деньги, ты можешь их попросить. Если они шантажируют тебя, мне все равно, хорошо, на самом деле, я прощаю тебя за любые преступления, которые ты совершил или когда-либо совершишь. Я не причиню тебе вреда, ни за что, и я ненавижу видеть, как тебя вот так избивают, так что просто скажи мне, как защитить тебя, Мерлин, — умоляет Артур. — Пожалуйста, Мерлин, просто доверься мне. Пожалуйста.       — Артур, я не могу…       — Пожалуйста.       — Артур, я доверяю тебе, но…       — Пожалуйста.       — Ты ничего не можешь сделать! — плачет Мерлин.       — Дай мне попробовать, Мерлин, пожалуйста.       — Это совсем не то, что ты думаешь! — говорит Мерлин. — Я в порядке…       — Тебя избили! — Кричит Артур. — Ты все время в крови и синяках! Ты не делаешь этого с собой, значит, кто-то это делает, и ты скажешь мне, кто, чтобы я мог их остановить.       Мерлин качает головой.       — Прекрасно! — Вспылил Артур. — Но ты останешься здесь, где никто не сможет причинить тебе боль, пока не выздоровеешь.       — Но… — начинает Мерлин.       — Просто устраивайся поудобнее, — огрызается Артур и выходит из комнаты.       (Он не совсем уверен, что приказ своему слуге устроиться поудобнее в его королевской постели является выигрышным аргументом. Но с Мерлином все возможно.)

***

      В эти дни Артур внимательно следит за Мерлином. Поэтому, когда заезжий рыцарь толкает Мерлина в стену, да так, что его голова разбивается о камень, Артур видит.       И его меч немедленно целует горло рыцаря.       — Мерлин? Все в порядке? — Спрашивает Артур. Однако он не отводит взгляда от рыцаря.       — Я в порядке, — говорит Мерлин, хотя его голос дрожит от боли, и он определенно ранен и...       Артур бросает свою перчатку к ногам рыцаря.       — Из-за слуги? — удивляется рыцарь.       — Артур, нет, — одновременно выдыхает Мерлин.       — Да, — отвечает Артур им обоим.       Рыцарь поднимает перчатку — у него нет выбора — и Артур сражается с ним до первой крови на следующий день.       Опытный воин может нанести своему противнику много увечий, прежде чем проступит кровь.       Артур также отводит Мерлина к Гаюсу и обещает ему, пока Гаюс готовит что-то от головной боли:       — Ты можешь сказать мне, если кто-то еще так с тобой обращается. Я защищу тебя, Мерлин, даю тебе слово.       Но этого все еще недостаточно, чтобы заставить Мерлина поверить, что он может доверять Артуру.

***

      В следующий раз, когда Мерлин посреди ночи ускользает из Камелота, Артур следует за ним, несмотря на то, что в лесу снова появился грифон, и утром Артуру придется рисковать своей жизнью, сражаясь с ним.       Спасение Мерлина в любом случае важнее, чем хороший сон.       Артур идет по следам Мерлина в лес. Он держится достаточно далеко, чтобы Мерлин его не услышал, но когда он понимает, куда направляется Мерлин, он начинает бежать, забыв об осторожности.       Мерлин направляется туда, где в последний раз видели грифона. Он идиот? Склонен к самоубийству? Артур не уверен, он просто знает, что ему нужно поймать Мерлина до того, как это сделает кто-то или что-то еще.       Артур находит Мерлина одновременно с грифоном.       — Берегись! — кричит Артур, когда грифон бросается на Мерлина. Он отпихивает Мерлина с дороги, и грифон с грохотом проносится мимо. — Что ты делаешь? — требует Артур. Он в ужасе видит оброненный меч Мерлина. — О чем ты думал?       — Артур, — выдыхает Мерлин, широко раскрыв глаза.       Грифон вернулся и снова повернулся к ним мордой. Артур без колебаний толкает Мерлина за спину и обнажает свой меч.       Грифон атакует. Артур подтягивается. А из-за его спины Мерлин кричит что-то непонятное.       Меч Артура светится синим как раз перед тем, как он вонзает его в толстую шкуру грифона. Грифон рассыпается в пыль. Внезапно все стихает.       Тишина усиливает треск ломающейся палки позади Артура. Он поворачивается и видит, что Мерлин отступает от него. Он бледен, глаза, кажется, скоро вылезут из глазниц, и он дрожит, и Артур с ужасом осознает, что Мерлин боится его.       — Мне так жаль, — бормочет Мерлин. — Я хотел тебе сказать, но…       Артур не думает, что облегчение — это правильная реакция на то, что его слуга — маг. Но Мерлин тайком участвовал в магических битвах, а не подвергался насилию. Никто не причиняет ему вреда, и теперь Артур знает, что происходит, и может защитить его.       Мерлин все еще бормочет извинения и оправдания. Артур прерывает его, заключая в крепкие объятия.       — …Артур?       — Шшш, — успокаивает Артур. — Тсс.       — Но, — начинает Мерлин. — Ты не злишься?       — Вот от чего твои травмы, — говорит Артур.       — Это то, о чем ты хочешь спросить? — требует Мерлин. — Не то, как долго я использую магию, или что я сделал, или как долго я лгал тебе? Не…       — Ты в безопасности, — говорит Артур, нежно гладя Мерлина по волосам.       — Хор-рошо, — говорит Мерлин. — Если ты имеешь в виду, что не собираешься отрезать мне голову, то хорошо? Очень обнадеживает.       — Ну, очевидно, — говорит Артур. — Но я имел в виду, что тебе больше нельзя причинять себе боль.       Мерлин отстраняется от объятий Артура достаточно далеко, чтобы посмотреть Артуру в глаза.       — Ты последовал за мной сюда, чтобы защитить меня, так? — спрашивает он.       — …очевидно, что так, — повторяет Артур.       Артур одет в холодную, неудобную кольчугу, но Мерлину все равно удается прижаться к нему, уткнувшись головой в его шею.       — Я тоже тебя люблю, — выдыхает Мерлин.       Артур обхватывает его рукой и тащит обратно в Камелот.