Мини-концерт

      Галф не мог сдержать глупой улыбки, волнение нарастало в нем, пока машина ехала по знакомой дороге прочь от дома его семьи.       — Ты так рад? Люди могут подумать, что вы не виделись годами. Нет, не улыбайся мне так. Только что ты выглядел как бревно, я думал, тебе понадобится два дня сна, чтобы восстановиться, — ворчал Бэст, поглядывая на подопечного. Он знал, что Галф устал после концерта в честь своего дня рождения. Он не отдыхал неделями из-за съемок и подготовки к концерту.       — Нам нужно отпраздновать, сегодня все-таки День Отца, — ответил Галф, все еще улыбаясь.       — Твой отец бы расстроился… эх, ладно, он уже видел тебя, — Бэст вздохнул, вспоминая, как улыбался глава семьи Трайпипаттанапонг, когда их драгоценный мальчик засиял глазами и начал радостно собираться уходить.       — Вы двое планируете сбежать?       Галф усмехнулся.       — Ты говоришь так, будто мы доставляли тебе много проблем, Пи. Мы были осторожны.       — Повезло, что вы двое любите сидеть дома.       Галф тихо вздохнул.       — Мы были заняты.       На секунду в нем мелькнула грусть. Он скучал по времени, проводимому с Мью, но отогнал эту мысль. Сейчас не время для сантиментов.       — Я горжусь тобой, Галф. Я рад видеть, как вы оба достигаете своих целей. Твоя семья, его семья, все мы счастливы за вас обоих. У вас все будет хорошо.       Галф взглянул на Бэста с благодарностью. Он снова улыбнулся, вспоминая, что через несколько минут они увидятся. Интимный ужин — вот чего хотел Мью, только вдвоем отпраздновать его день рождения. Они планировали это раньше, говорили о том, что старший не сможет провести с ним время в сам день рождения. Хотя это не значит, что романтичная задница Мью ничего не сделал вчера, даже если всего на секунду, перед тем как он уехал по своим делам.

***

      — Веселитесь, но, пожалуйста, убедись, что завтра ты еще сможешь ходить и работать, — Бэст ухмыльнулся, от чего миниатюрные уши секундно вспыхнули.       — Пи’Бэст!       Галф покачал головой, улыбаясь, перед тем как выйти из машины. Его сердце снова ускорило бег, трепет в животе усилился, пока он приближался к их дому. Галф хихикнул, вспоминая, как Мью попросил оставить Азара его маме.       Когда Галф вошел в квартиру, было темно. Он усмехнулся про себя: Мью, наверное, приготовил ужин при полных свечах.       — Пи?.. Тирак, я пришел,.       Как он и ожидал, на полу горели маленькие тусклые огоньки, но это были не свечи, а светодиодные лампочки. Прекрасно зная, что Мью что-то для него подготовит, он все равно не был готов к тому, что увидел. Их гостиная превратилась в небольшую концертную площадку, а его Пи стоял посередине с микрофоном и гитарой. Мью жестом показал Галфу сесть на стул напротив него.       — С днем рождения, Туа-энг. Садись и наслаждайся шоу, — старший подмигнул ему.       Галф мог только смотреть на него с открытым ртом, когда он запел. Он смеялся, хихикал, подпевал, подбадривал, пока Мью продолжал петь — его собственные песни и песни, которые они оба любили.       — Сейчас будет последняя песня. Это новая песня, которую я написал в подарок одному очень особенному для меня человеку, тому, кого я очень сильно люблю. Надеюсь, она ему понравится, — Мью улыбнулся.       Сердце Галфа билось так громко, пока он слушал, как поет его любимый человек. Он всегда был первым, кто слышал композиции до того, как их записывали, но мелодию этой песни он слышал впервые. В глазах защипало, когда зазвучал текст.       Мью оставил микрофон и подошел к нему, мягко поднимая. Они стояли близко, обнявшись и покачиваясь. Мью продолжал петь прямо на ухо имениннику. Когда песня закончилась, он немного отстранился, чтобы посмотреть на Галфа, пока крупная рука оставалась на тонкой талии.       — Я надеюсь, ты знаешь, как много ты для меня значишь, Туа-энг, — мягко сказал Мью, пальцами нежно вытирая непролившиеся слезы в уголках глаз Галфа. — Я люблю тебя, — добавил он, прежде чем нежно поцеловать возлюбленного.       — Давай проведем день рождения как положено.       Он поцеловал Галфа в лоб, прежде чем пойти за тортом и зажечь свечу, напевая песню ко дню рождения.       — С днем рождения, Туа-энг! Задувай свечу и загадывай желание.       Галф закрыл глаза. У него уже было много задутых свечей на день рождения, он молился, что даже если он уже загадал так много желаний — крепкого здоровья ему и его семье, счастья всем, безопасности близких, — высшие силы все равно услышат это желание.       — С днем рождения! — снова пропел Мью, когда он открыл глаза.       — Спасибо, Тирак. Это так… я не знаю, что сказать. Я думал, у нас просто будет ужин при свечах.       Мью усмехнулся.       — Ты устроил концерт для всех вчера, так что сегодня я устраиваю концерт для тебя. Хм… тебе понравился подарок?       Галф посмотрел на него с недоумением, заметив неуверенный взгляд старшего, и усмехнулся.       — Тирак, ты занимаешь первые строчки чартов, и все еще волнуешься, хорошо ли звучишь? Конечно, мне очень понравилось. Я люблю твой голос.       — Эта песня не попадет ни в один чарт. Она твоя, так что, конечно, я хотел услышать, нравится ли она тебе.       — Хм… Мне лучше записать на диктофон, чтобы получить свою долю, когда ты решишь ее выпустить, — поддразнил Галф, снова тая в объятиях любимого человека.       — Не повторю, пока ты не согласишься ее не выпускать, — ответил Мью, усиливая хватку и целуя его в шею.       У Галфа перехватило дыхание от этого прикосновения.       — Ты… — мягко сказал он, и вскоре их губы встретились. Они томно целовались, наслаждаясь временем друг с другом.       — Можно мне теперь мой торт, Тирак? — глаза олененка Бэмби сверкали озорством. Мью посмотрел в них с приподнятой бровью, но подождал, пока Галф высвободится из его объятий и потянется к торту, который они поставили на соседний стул. Взяв достаточно глазури на пальцы, он вернулся к старшему.       — Ты же не любишь сладкое, Туа-энг, — сказал Мью дразнящим тоном, снова обнимая Галфа за талию.       — Я уже поел дома, так что мне вдруг захотелось чего-нибудь на десерт. К тому же, сегодня мой день рождения, так что попробовать свой праздничный торт — это естественно, — он начал пробовать сладость со своего пальца, не сводя глаз с Мью. — Ты тоже должен попробовать.       — Ты же знаешь, я не люблю, когда наша кровать грязная, — делано сопротивлялся Мью, в то время как его глаза темнели.       — Пол легче отмыть, и мы всегда можем принять душ.       — Я скажу Пи’Бэсту, что в этот раз это не моя вина.       — Сегодня мой день рождения, так что у меня должна быть индульгенция.       — Провокатор, — прошептал Мью, прежде чем завладеть сладким манящим ртом.