Между светом и тьмой: искушение

Машину я бросила где-то на подъезде к Мистик Фоллз. Не стала её сжигать — пусть стоит как напоминание о наших днях с Каем. Взяв свои вещи, я направилась в сторону школы. Мне было смешно от того, что все за меня переживали. Чтобы со мной могло случиться? Я ведь была с Каем, он бы не позволил, чтобы со мной что-то случилось. Не позволил ведь? Конечно нет. Я зашла на территорию школы, ловко огибая газон. Открыла дверь и вошла внутрь. Была уже ночь, все ученики спали. Мои шаги были такими громкими в этой тишине — каждый шаг отдавался эхом в пустых коридорах. Я остановилась в гостиной и вдохнула. Мда уж. Не так я представляла себе сегодняшний вечер. Я села на диван, закинув ногу на ногу. Глаза смотрели в камин, но в голове был другой образ. Образ сломанного мужчины с голубыми глазами, который несколько часов назад кричал мне в лицо о любви. Где он теперь? Чем он занят? В порядке ли он? Я не знала, но хотела верить, что с ним всё хорошо. Мои размышления прервали шаги, раздавшиеся где-то за спиной. Это был Аларик. Он смотрел на меня, как на призрак. Он явно не ожидал меня увидеть. — Валери? — выдавил он. — Где ты была? Я встала и холодно сказала: — Решила сменить обстановку. Скучно стало. Аларик подошёл ко мне и взял за руки, осматривая. Я резко выдернула ладони из его рук. — Со мной всё нормально. Аларик злился — я видела это по его глазам, по тому, как сжимались желваки. Но он никогда раньше не позволял себе повышать голос. — Твои родители с ума сходили, думая, что с тобой! Они ищут тебя по всей Америке, ты понимаешь? Я лениво закатила глаза. — Я уже не маленькая, Рик. Видишь, я здесь? Значит, всё хорошо. Аларика злило моё спокойствие. Я видела это по тому, как напряглись его плечи. — Я звоню твоим родителям, они уже едут сюда. Он взял меня за руку и буквально потащил в свой кабинет. Мне было плевать. Пусть делают что хотят. В его кабинете я вальяжно сидела в кресле, глядя на то, как он мечется по комнате, разговаривая по телефону. — Да, Деймон, она сама пришла! Я… не знаю, ещё не спрашивал. Да, я вас жду. Я усмехнулась: — Папа переживает из-за Кая? Аларик замер, глядя на меня. — Так ты была с… ним? Я скрестила руки на груди. — И что? Аларик процедил сквозь зубы: — Да что с тобой? Я оберегаю девочек от знаний о нём всю их жизнь, потому что он — чудовище. А ты так просто говоришь, что провела с ним несколько дней? Я закатила глаза. — Ты меня утомил, Аларик. Поспи, ты устал. Я взмахнула рукой, и Аларик рухнул лицом на стол, погружаясь в глубокий сон. Бесит. Я встала и направилась в свою комнату. Хотелось снять грязную от леса одежду и помыться. Я ни о чем не жалела. Я провела прекрасные дни рядом с тем, кто целиком и полностью разделял мои чувства и мысли. Когда я открыла дверь в комнату, то увидела, как Хоуп спит в обнимку с Лэндоном. Я усмехнулась — хорошо она приватизировала нашу комнату, пока меня не было. Хоуп проснулась от звука открывающейся двери. — Рик? Я фыркнула: — Лучше. Я. Хоуп резко подорвалась на кровати, отчего Лэндон тоже проснулся. — Где ты была? — выдавила она. Я кинула сумку в угол. — Приятнее было, когда ты спала. Хоуп вскочила. — Мы обыскались тебя! Я махнула рукой. — Ну я же вернулась. Она подошла ко мне, вглядываясь в лицо. — Во что он тебя превратил? Я холодно посмотрела на неё. — Ни во что. Просто пробудил то, что должно было проснуться гораздо раньше. Лэндон сказал, и в его голосе слышалось что-то новое — незнакомое мне: — Ты стала… холодной. Ты никогда такой не была, Валери. Я уже начинала злиться. — Конечно, я холодная, Лэндон. Все вампиры холодные. Лицо Хоуп вытянулось от удивления. Они нервно переглянулись. — Что ты натворила, Валери… Я не ответила, обходя её, направляясь в душ. — Не уходи от ответа, Валери! — воскликнула Хоуп. Я бросила через плечо, не оборачиваясь: — Можно я схожу в душ? Спасибо. Не дождавшись ответа, я зашла в ванную и закрыла дверь. Как же они все меня бесят. Боже. Я залезла в душевую кабинку, струи воды капали на моё тело, смывая тяжесть сегодняшнего дня. Смывая его прикосновения с меня… Сейчас это было единственным, что беспокоило меня. Не родители, не злой Аларик, не Хоуп с её переживаниями. А он. Я так хотела снова почувствовать Кая рядом с собой. Я так скучала по нему… Я вышла из душа, заматываясь в полотенце. Сзади раздался голос: — Тебе было бы лучше без него. Кай. Я резко обернулась и увидела его — полупрозрачного, призрачного, но такого родного. — С тобой всё хорошо? — спросила я. Кай ухмыльнулся: — Не переживай, маленькая ведьма, я точно не пропаду. Я вытянула руку, сгибая в локте. — Я даже не могу прикоснуться к тебе… ты всего лишь проекция. Кай вытянул свою руку. Наши ладони остановились в миллиметре друг от друга. — Потерпи, маленькая. Скоро я буду рядом. Обещаю тебе. Я спросила сквозь слёзы: — Где ты? Кай выдохнул. — Я рядом с Мистик Фоллз. Пара дней — и мы увидимся. Я не дам тебе пропустить кульминацию. Я кивнула, стирая слезу со щеки. — Я буду ждать… очень. Кай кивнул. — Свяжемся завтра. Расскажешь, насколько сильно на тебя будет кричать твой грозный папа, хорошо? Я невольно улыбнулась: — Конечно. Кай растворился так же, как и появился. Я выдохнула с облегчением. Я переоделась в пижаму и направилась в кровать. Когда вернулась в комнату, Лэндона уже не было. Да и хорошо. Хоуп сидела на кровати, глядя куда-то перед собой. Я легла в кровать, отворачиваясь от неё. — Твои родители прилетели из другого города, потому что были уверены, что с тобой что-то случилось, — тихо сказала Хоуп. Я лишь пожала плечами, не зная, видела ли она это. — Я каждый день пыталась найти тебя заклинанием поиска, — продолжила она. — Даже Лиззи и Джози пришлось просить. А ты просто заявляешься назад, как будто ничего не было. Я рассмеялась. Сначала тихо, потом громче. Хоуп кинула в меня подушкой. Я резко села в кровати, шипя на неё. — Я провела лучшие дни в моей жизни! — выкрикнула я. — Я побывала в нескольких городах с человеком, который понимает меня. Я жила в лучшем отеле Нью-Йорка, смотрела на город так, будто весь мир принадлежит мне. Я чувствовала себя его королевой, понимаешь меня? Хоуп будто отшатнулась от меня, хотя мы сидели на разных кроватях. — Во что ты превратилась… во что он тебя превратил… Она вытянула руку передо мной, быстро шепча слова. Её глаза расширились от шока. — Сколько в тебе этой дряни, боже мой… Ты понимаешь, что она разрушит тебя изнутри? И это с тобой сделал тот, кому ты так просто отдалась без остатка! Я в секунду оказалась около неё. — Вот поэтому я и сбежала с ним. Потому что Кай не указывал мне, что делать, а что нет. Я сама с готовностью выполняла любую его просьбу. Хоуп с гневом посмотрела на меня, а потом взмахнула рукой. Моя шея повернулась с мерзким хрустом. Мир погас, и я вместе с ним. — Я очнулась в подвале школы. Туда Аларик запирал учеников-вампиров или оборотней, если те вели себя… не очень хорошо. Мои руки жгли верёвки с вербеной, сил почти не было. Я смотрела сквозь решётку на Аларика и Хоуп, которые о чем-то переговаривались почти шёпотом. — Какого хрена?! — зашипела я. Аларик повернулся ко мне. — Пока твои родители не приедут — ты будешь здесь. В этот же момент дверь подвала с грохотом распахнулась. Влетели… папа с мамой. Мама нервно оглянулась. — Это было обязательно? Аларик кивнул: — В ней очень много тёмной магии, Ариана. Папа посмотрел на меня и спросил холодным тоном: — Где ты была? Я усмехнулась: — Гуляла. Родители бросили взгляд на мои руки, израненные вербеной. Мама закрыла рот рукой, а второй вцепилась в руку папы. — Нет… Папа сжал челюсть. — Валери, объяснишь? Он открыл решётку и вошёл ко мне, садясь на корточки, чтобы быть со мной почти на одном уровне. — Когда ты успела стать вампиром? М? Я лишь тихо усмехнулась: — Пока вы были очень заняты своими делами. Такой ответ тебя устроит? Папа в гневе разорвал верёвки, которые жгли его пальцы почти до крови. Он даже не издал ни звука, лишь сжал челюсть. Я встала. — Что вы тут устроили? Я жива, здорова. Что ещё нужно? Мама подошла ко мне. — Мы переживали за тебя, как ты не понимаешь. Я выведу из тебя эту гадость, обещаю тебе. Я отшатнулась от неё. — А я не хочу, слышишь? Тьма должна быть внутри меня, и не вам решать, что с ней делать. Папа ударил кулаком по стене. — Блять! Валери, ты слышишь себя? Что этот урод с тобой сделал? Я ответила с холодом в голосе: — Починил. Я уже хотела встать и уйти, но папа схватил меня за руку. Я обернулась: — Я в порядке, вы только зря катались за мной. Мама убрала руку папы. — Ты не представляешь, какой он человек. Я усмехнулась: — Как и вы. Родители переглянулись, потом посмотрели на Аларика и Хоуп. Мама сказала таким же холодным тоном: — Поверь, мы точно знаем, что он за человек. Особенно я. От её слов внутри что-то перевернулось. Откуда они могут знать о том, какой Кай, если он двадцать лет был в тюрьме? Мама смотрела мне в глаза. — Двадцать лет назад… я и Бонни заперли Кая в той пустыне. Я вырвала свою руку. — Ты врёшь! Ты говоришь это только для того, чтобы я вас послушалась и бросила его! Папа взял меня за плечи и сказал, глядя в глаза: — Мама не врёт, принцесса. Из-за Кая… погибла наша подруга. Елена. Я смотрела на них, анализируя их слова. Родители снова переглянулись, и папа продолжил, подбирая нужные слова: — Кай похитил твою маму, обещая вернуть ей магию, которую она потеряла, когда… убила его подругу. Он говорил ей такие вещи, от которых кровь стыла в жилах. Мама добавила: — Он — манипулятор и лжец, милая. Он играет с тобой ради своих целей. Я вырвалась из их рук. — Нет! Он любит меня! Я единственная, кто понимает его! Магия внутри требовала выхода. Я уже не слышала их слов. Они что-то говорили, но их слова стали просто фоновым шумом. В голове кричала лишь одна мысль: Сделай им больно. Заставь их замолчать. Я закрыла голову руками, крича: — Замолчите! Замолчите все! Мощный поток магии вырвался из меня, оглушая всех, кто был в подвале. Их тела упали на пол, но я знала — все живы. Магия лишь усыпила их. Я выбежала из подвала, направляясь на крышу. Я сидела на каменном покрытии крыши и нервно закурила сигарету. Это не может быть правдой. Кай открылся мне, он любит меня… Они все просто хотят, чтобы я стала той версией себя, к которой они привыкли. Я не верю. Я не буду в это верить. Когда эмоции стали отступать с очередной затяжкой, я закрыла глаза. А когда открыла, они были чёрными. В голове была только одна мысль: не дать им навредить Каю. И я сделаю всё, чтобы защитить его.