Дэниэл Кросс: вопросы и ответы

      — Как сказал один мой знакомый британский профессор, история не знает сослагательного наклонения. Довольно занудно звучит, как по мне, но учёным это простительно, — голубой свет огромного экрана разливается по лицу магистра Кросса, придавая ему несколько потусторонний оттенок. Зал для конференций пуст, не считая тамплиера и его собеседника. Они сидят в первом ряду на удобных креслах и смотрят без звука очередное пропагандистское видео Абстерго.       — Однако рассуждать о несбыточном свойственно людям, и я не исключение, — он хмыкает и неосознанно трогает большим пальцем правой руки серьгу в ухе. — Начнём с того, что мне не нравились ассасины, я счёл их безумными фанатиками практически сразу. Потом первое впечатление изменилось, у меня появились несколько… Ммм… Хороших знакомых, скажем так. Друзьями в братстве я так и не обзавёлся. Программа, заложенная Уорреном в мою многострадальную голову, начала работать довольно быстро, и самостоятельных размышлений случилось не так уж много. Возможно, не будь мои мозги прокомпостированы до состояния решета, я бы лучше вписался в братство. Сейчас, глядя в прошлое и осмысливая собственные поступки, я прихожу к выводу, что орден ничем не лучше в своём фанатичном желании привести весь мир к единой переменной.       Магистр умолкает и некоторое время следит за происходящем на экране.       — За такие слова меня положено отдать эскадрону на растерзание, — он хрипло усмехается. — Впрочем, Юхани тоже не согласен с многими действиями руководства… Что ж, я отвлёкся от нашего основного вопроса. Полагаю, после попытки спрятаться от обоих организаций я бы вернулся к ассасинам, признав, что тяготею к свободе куда сильнее, чем к порядку. Был бы я счастлив? Сомневаюсь, хотя целиком не исключаю такой возможности. Портил бы кровь тамплиерам, позже тренировал бы рекрутов… Как здесь, только ребят со скрытыми клинками, ага.       Он вздыхает.       — Не знаю, как долго я бы протянул. Многие ассасины умирают рано, тех, кто последовал судьбе Альтаира ибн Ла-Ахада или Эцио Аудиторе, можно пересчитать по пальцам. А с учётом того, что я стал бы главным разочарованием Видика… Тамплиеры бы изо всех сил постарались меня устранить как можно скорее. И это вполне логично.       Дэниэл нажимает на кнопку на пульте, и экран гаснет, погружая зал в полумрак. Голубые глаза мужчины хищно сверкают, будто светятся, и больше это напоминает странное наваждение.       — Вы же понимаете, что наш разговор не должен покинуть пределы этого зала, не так ли?       Ностальгия и эмоции рассеиваются без следа, остаётся только магистр Кросс и его холодное спокойствие, а ещё пистолет в кобуре, чья рукоятка весьма удобно расположилась в его руке.