Хочу быть кровью и плотью —
Твоим кровом и болью,
Которую унесешь на небеса
Положи меня на веса.
Я сольюсь с тобой в жизни бесцельной
Наши грешные души повязаны,
Я знаю, что пока крест мой нательный
Не снимут, я буду у Христа за пазухой.
Он ждет наших судеб итоги,
Как закончится краткая жизнь
О Господи, в любви все дороги,
И нет места мысли другой.
Я молюсь за обоих, лишаясь,
Ты шепчешь не громче меня,
И сейчас не рабы, теперь нет,
Уверовав, Он внял мой ответ…
Господь разрешил нам любовь,
Мы единой душою проснулись.
Рассекая белоснежный покров,
К святыне наконец прикоснулись.
Он принял нас как родных детей,
Как грешных, и смиренных тварей,
Он приказал — друг друга любить,
Эту службу желаю делить.
Плоть разорвать не грех, отнюдь
Руками раскрыть твою теплую грудь,
Я стану кровавое мясо сжимать,
В безгрешной любви утопать.
Насколько она глубоко внутри,
Зарыта ль она в мясе тела или,
Я найду там сердце живое твое,
О Господи, я разломлю любовь надвое
Разделю всю надежду и боль пополам
Ты слышишь, уже подожгли нам ладан.
Отец нас любит и ждет, Он знает, что мы,
Половинки одной счастливой судьбы.
Наш век был коротким, иного же я
Просить у неба не стал бы —
Он сам пригласил нас к воротам Рая,
Позволив с собою взять псалтырь
Сто пятьдесят стихов зачитать
Мнимо надеясь на лучшее
Я хотел этим запятнать
Любовь нашу, общую
И если Господь верит в нас,
Почему не должны мы?
Я вижу иконостас,
Я знаю, где найти веры.
Ты помнишь, в любви все дороги,
Люди в ней ищут свой смысл.
Ты мой центр — злой и убогий,
Я помню, как Он был весел.
Мы не пожар, не искра и не пламя,
Мы снежинки на руках детворы.
Как смешно быть человеком!
Ради одной, но вечной любви.
Наши души не разорвать,
Ножницами не порвать,
Руками не разрезать,
В общем, ничего не взять.