Жуки. Становление героем.

— Всё собрали? — Изуку с раннего утра стоял над душой сонных друзей. — Запомните: нам много не надо. Для начала две тетради и две ручки. Дальше посмотрим по предметам. — Да... Собрала... — Вика зевнула, не открывая глаз. — На всякий случай заготовила исцеляющие пастилки... — Сладкое взяла? Учти: сегодня, возможно, придётся много создавать. — Конечно взяла. — Вика лениво похлопала по карману. — Я без него никуда. Даже глюкаген захватила, на случай экстренных затрат. — Я пойду с одной тетрадкой и одной ручкой, — Артур пожал плечами. — Уверен, мне и этого хватит. Если что — у вас попрошу. — Справедливо. — Изуку кивнул. — Ладно, пойдём. Время 6:30, начало в 8:00. За час долетим. . . . 7:56. Главное здание UA. — Вау... — даже вечно сонная Вика оживилась, оглядывая огромный холл. — Тут так просторно! Зачем им столько места? На класс же от силы человек двадцать наберётся. — Сегодня ты у нас активничаешь? — усмехнулся Артур. — Ну конечно. Мне нужно понять: держать ухо востро или можно как обычно. Изуку молчал, готовый к предстоящим трудностям. Они шли по коридору, разглядывая всё вокруг, пока не наткнулись на огромную дверь с табличкой «1-А». — Тут что, великаны учатся? — Артур присвистнул. — Такая планировка обоснована, — спокойно ответил Изуку. — Есть люди, неспособные уменьшить размер тела по желанию. Горная Леди, например, не может работать на узких улицах. — Ладно, хватит болтать, — Вика нетерпеливо тряхнула розовыми локонами. — Открывай уже. Изуку толкнул дверь, и троица вошла в класс. — Не клади свои ноги на парту! — Чё? Ты мне? — грубый голос резанул слух. — Это неуважительно по отношению к твоим товарищам и людям, сделавшим её для тебя! Ида Тэнъя пытался субординировать наглого блондина, развалившегося на стуле. Если бы он знал, с кем разговаривает... — Да ты чё. Ты из какой школы поступил, очканавт?! Вика и Артур переглянулись. Бакуго. Тот самый. Они напряглись, готовые в любой момент использовать причуды, но пока, решили наблюдать за Капитаном. — Это он... — лицо Изуку побледнело, а затем налилось краской гнева. — Я посещал частную Соумэй, моё имя Ида Тэнъя! — Соумэй? — Кацуки издевательски растянул слово. — Значит, из богатеев? Похоже, я хорошо развлекусь, когда вынесу тебя! БУМ! Кулак Изуку впечатался в парту Бакуго. Стены затряслись, окна задрожали от силы удара, но, к удивлению, всё выстояло. — Кацуки Бакуго, — голос Изуку звучал низко и угрожающе. — Кто бы мог подумать... — Гх... Это... ты... — Бакуго съёжился под давлением, которое Мидория оказывал на всё помещение. Маниакальная улыбка Изуку дополняла картину. Это была ненависть. Чистая, концентрированная, вымороженная за десять лет. — Да, это я. — Изуку нависал над ним, прожигая взглядом. — И кажется, я не прогадал, когда делал своё предсказание при нашей ПОСЛЕДНЕЙ встрече. Вижу, ты всё такой же чёрствый и бесполезный кусок дерьма, Кацуки. Бакуго молчал. Он не узнавал эту версию того, кого искал все эти годы. — Сделай-ка мне одно одолжение. — Изуку скривился в отвращении. — Не отсвечивай, падаль. Иначе от тебя только обглоданные кости останутся. Исчезни с этого места. Вика насторожилась. До неё донёсся гул недовольства жаложуков. Но Артур подал знак: «Подожди». На удивление, Кацуки молча собрал вещи и переместился на первую парту. Давление мгновенно исчезло. Изуку как ни в чём не бывало повернулся к Иде и пожал ему руку. — Привет, с экзамена не виделись. Ты прости за этого оболтуса. Меня кое-кто попросил за ним присмотреть. — Д-да, конечно, привет... — голос Тэнъи дрожал. Он только что смотрел в глаза бездне, а теперь перед ним стояло сияющее, улыбающееся солнце. Весь класс затаил дыхание. Вика и Артур расположились на третьей и четвёртой партах (последнюю, понятное дело, отдали Вике). Изуку занял вторую, чтобы пристально наблюдать за Бакуго. Тот вздрагивал каждый раз, когда чувствовал на себе прожигающий взгляд, он чувствовался настолько явно, будто на него смотрела не одна пара глаз. Даже Мицуки не была такой страшной, как Изуку в этот момент. Кацуки нутром понял: все угрозы — явно чистая правда. Гнетущая атмосфера продолжала давить на всех, пока в класс не вошла последняя ученица. — Всем здравствуйте! — Очако Урарака сияла. — О, это же тот парень с крыльями! Привет! Она невинно помахала своему спасителю. Изуку ответил улыбкой — тёплой, настоящей. — О, ты же та девушка из-под завалов! — голос его смягчился. — Ты как? Сильно пострадала тогда? — Благодаря тебе — нисколечки! — Очако поклонилась. — Спасибо большое! Та груда меня бы точно завалила... Обстановка резко сменилась. Над классом чуть ли не радуга засияла. Пока не раздался глухой, сонный голос: — Иди где-нибудь в другом месте играй в друзей. За спиной Очако показалась жёлтая гусеница. Нет, спальный мешок. Из него выглядывал сонный, почти мёртвый взгляд. — Это геройский курс, — Айзава встал, освобождаясь от мешка. — Итак, ушло четыре секунды, чтобы ты замолчала. А времени у нас мало. Вы, детишки, совсем нерациональны. «Он и есть учитель? — мысленно отметил Изуку, слегка покачиваясь на стуле. — Значит, тоже профессиональный герой. Но я его... Не знаю?... Хотя, кажется, уже где-то видел». — Я ваш классный руководитель, Айзава Шота, — сказал он будничным тоном, словно каждое слово давалось с трудом. По классу пронёсся шёпот. — Неожиданно, но натяните эту форму и идите за мной. . . . Учительская. Всемогущий просматривал список преподавателей. Обучение здесь шло не по протоптанной дорожке. В UA классный руководитель мог отчислить даже в первый день. Характеристика: Айзава Шота Количество обучавшихся: 154 Количество достигших выпускного класса: 62 Выпустившихся: 0 . . . Тренировочный полигон UA. — Начальный тест причуд?! — раздались изумлённые голоса. — Но зачем тогда вступительные? — Очако не понимала. — А как же знакомство? — Если хочешь стать героем, на развлечения времени нет, — голос Айзава нагнетал. — Отличие UA от других заведений в том, что преподаватели имеют полную свободу действий. В рамках закона, конечно. Тишина. — Вы, детишки, делали это ещё в средней школе. Сдавали нормативы без причуд. Страны до сих пор пользуются средними результатами учеников без причуд. Но это нерационально. Видимо, министерство образования пинает балду. — Айзава перевёл взгляд. — Мидория, ты лучше всех сдал практический экзамен. В средней школе как далеко ты забрасывал мяч? — Из-за хитина, выросшего в детстве, я физически сильнее взрослого раз в десять, — спокойно ответил Изуку. — Мне давали утяжелённые снаряды. — Ближе к делу. — 324 метра со снарядом в 15 килограмм. — Что?.. — выдохнул кто-то. — Тогда попробуй сейчас. — Айзава выделил голосом последние слова. — С причудой. — Подождите! — Кацуки дёрнулся. — Но у него ведь... Изуку не слушал. Он встал в круг. «Преподы знают, а из поступивших — ни одного европейца. Думаю, можно использовать маленьких жуков, меня точно не раскроют». — Можешь делать что хочешь, пока в центре. Торопись. Выложись на полную. — На полную? — Изуку усмехнулся. — Тогда можно и взрывной волной. Щелчок. Полчища жаложуков вырвались из протянутой руки, образуя третью, огромную руку, которая перехватила мяч. Замах. БА-БАХ! Взрыв сотряс полигон. Землетрясение сбило с ног почти всех. Устояли только педагог и ещё двое. Снаряд пять раз преодолел скорость звука. Кто-то вскрикнул от ужаса. Кто-то замер в шоке. Но больше всех в исступление впал Кацуки. Даже он, со взрывной причудой, никогда бы не добился такого. «Откуда такая мощь? — мысли путались. — Значит, он в классе говорил всерьёз?!» Память накрыла волной: . «Каччан, тебе повезло, у тебя такая крутая причуда!» «Неважно, какая у тебя будет причуда, меня ты не победишь!» . «Не смей ко мне больше обращаться. Больше нет никаких "мы". И даже не смей оправдываться. С этого момента ты меня больше не увидишь» . Плачущий маленький Изуку исчезает во тьме сознания. Кацуки тянет руку... — Лучший способ узнать свой внешний предел — это наиболее рациональный путь развития героя. Голос Айзавы вернул его в реальность. Учитель повернул измерительный прибор к поднимающимся студентам. — Тринадцать тысяч метров?! — завопил Каминари. — Это вообще достижимо?! — Как весело! — Мина захлопала в ладоши. — То есть мы можем использовать причуды на полную? — Ханта не верил своему счастью. — Как и ожидалось от геройского курса! — Выглядит весело, да? — металлический голос Изуку разрушил эйфорию. — У нас три года, чтобы стать настоящими героями. Вы будете веселиться всё это время? Он вышел из круга, возвращаясь к толпе. — Хорошо. Тогда, учитель Айзава, как насчёт отчислить студента, сдавшего нормативы хуже всех? Помедлив секунду, на лице руководителя проступила жестокая улыбка. — Отличная идея! — объявил он. — Тот, кто сдаст нормативы хуже всех, будет отчислен с геройского курса! Давящая тишина оглушала. Изуку вернулся в строй с испорченным настроением. Придётся тащить этих людей за собой. А для этого — небольшая хитрость. Вика и Артур молчали. Они полностью доверяли капитану. К тому же им самим не нравилось расслабленное состояние окружающих. — Мы свободны в решениях касательно студентов, — Айзава обвёл взглядом притихший класс. — Добро пожаловать на геройский курс UA! — Занявшего последнее место отчислят?! — Очако искала поддержки в толпе. — Но это же первый день!... — Природные катаклизмы, крупные происшествия, безумные злодеи, — перебил Айзава. — Нельзя предугадать, где и как они возникнут. Мир полон несправедливости. Герои — те, кто предотвращает подобное. Если мечтали после занятий ходить с друзьями в кафе — мне жаль вас. Следующие три года UA будет делать всё, чтобы испытывать вас. Чтобы дать вам возможность выйти за пределы. Плюс ультра. Преодолейте это. Выбора не было. Только преодолеть. — Всего восемь, я даже не разогрелся, — тихо сказал Изуку своим. — Вика, Арт, не смейте отставать. Это требование, не просьба. Покажем этим деткам, из чего делаются настоящие герои. — Ну что ж, Арти, — Вика впервые за долгое время выглядела заинтересованной. — У нас не было возможности посоревноваться со старшей школы! Готов снова сдать нормативы? Тут можно использовать причуду, так что я разойдусь на полную! — Не мне это говори, — оскалился Артур. Они были решительно настроены. С самого выпуска Арт только и делал, что пытался обойти Капитана. Но сейчас ему придётся вспомнить, как сложно победить сестру. — Так, демонстрация закончена, — объявил Айзава. — Время показать, на что вы способны! В таком темпе и проходили нормативы. Забег на 50 метров, сила хвата, прыжки в длину, боковые прыжки на выносливость, метание мяча, пресс, растяжка, бег на количество кругов. Троица прошла все испытания блестяще. Остальные старались не отставать. — Итак, сейчас объявлю результаты, — Айзава поднял планшет. — Общая оценка — сумма за все нормативы. Проговаривать — трата времени, поэтому просто покажу. 1 место — Очако Урарака 2 место — Изуку Мидория 3 место — Трефова Виктория 4 место — Трефов Артур 5 место — Кацуки Бакуго ... 20 место — Юга Аояма — Урарака, ожидаемо. Ее бесконечная дистанция броска даёт неограниченное количество очков, — прокомментировал Изуку. — Что?! — Артур возмутился. — Да как ты могла меня обскакать?! — Усиляющие конфеты и никакого мошенничества! — Вика самодовольно улыбнулась. — Как я могу быть последним?! — Аояма побледнел. — Это ошибка! — Ты и есть ошибка, — равнодушно бросил Айзава. — Однако, можете быть благодарны, мы с Мидорией соврали об исключении. — Чего? — класс загудел. — Сюрпри-и-из, — Айзава изобразил подобие улыбки. — Это была рациональная хитрость, чтобы вы выложились на полную и показали настоящие пределы. Теперь я могу очертить круг вашего развития. — Конечно же это была ложь, — Момо поправила волосы. — Это же очевидно. Мидория еле заметным движением пальцев подал знак об обмане, а учитель просто подыграл. Если бы вы подумали как следует, могли бы дойти сами. — Ну-у, немного заставило поволноваться, — почесал затылок Ханта. — Я готов к испытаниям в любое время! — Эйджиро сжал кулаки. Кацуки молчал, сжимая выступившие костяшки. «Зузу... Мне нужно с ним поговорить. Срочно». — Урок окончен, — Айзава развернулся. — Ваши учебные планы в кабинете. Когда вернётесь — посмотрите. Наконец-то все выдохнули. — Мидория, Трефовы, — бросил Айзава через плечо. — Зайдите к старушке в лечебницу. У неё вопросы. И... завтра будьте помягче. — Как скажете, учитель, — Артур кивнул. — Но жалеть мы не собираемся. Это ненужное проявление милосердия. — Согласна, — Вика лениво приоткрыла один глаз, оглядывая радостную толпу, которая уже делилась впечатлениями. — Помягче будем, но кому-то кости точно переломаем. — Дело ваше, — Айзава пожал плечами. — Делайте что хотите. Пока они живы, вы можете их хоть швырнуть в жерло вулкана. Но не перестарайтесь. . . . Через четыре метра за углом. — Айзава, ты лжец. — Ого, Всемогущий наблюдал? — Айзава даже не обернулся. — Знал бы — отчислил того последнего сразу. У тебя много свободного времени, я посмотрю? — Говоришь, рациональная хитрость? — Всемогущий усмехнулся. — Первое апреля было на прошлой неделе. В прошлом году ты исключил весь выпускной класс. Как и во все остальные годы. Без раздумий выгонял бесперспективных. А тут забрал слова обратно? Что-то не похоже на тебя. Колись. — Я просто сдался под напором Мидории, — Айзава остановился. — Помнишь знак, о котором говорила Яойорозу? — Ну? — Его значение было: «Не давай им спуску». — Айзава повернулся к коллеге. — Он действительно хотел исключения последнего. Меня напугал не столько его предложение, сколько решительность и настоящий, геройский опыт в глазах. Евангелист Распространения проработал героем четверть моего срока, но оценивает ситуацию и строит стратегию лучше и быстрее меня. Проще говоря, мне стало их жалко. — Если бы тебе было их жалко, ты бы отчислил минимум пятерых. — ...Ты прав. — Айзава снова двинулся вперёд. — Мне стало интересно, как сильно они взвоют, когда поймут, что я по сравнению с теми тремя — нежный цветочек. Интересно, все герои Европы такие? Или только эти трое двинутые? Но я не выгнал его не поэтому. — А почему? — Они все мечтают быть героями. — Айзава говорил тихо, почти себе под нос. — Самое жестокое, что можно сделать — разрушить мечту на полпути. Я просто подарил им шанс прочувствовать настоящий геройский мир. Он ушёл, оставляя коллегу одного. — Значит, ты опять поступаешь по-своему, Айзава? — Всемогущий покачал головой. — Всё же мы не слишком ладим. Хотя с последним я вынужден согласиться. . . . Дорога в город из академии. — Ва-а-ах, я так устала, — взмолилась Вика. — Соглашусь, — Артур потянулся. — Для старушки та женщина слишком энергичная. Даже для меня. — Пожалуй, вы правы, — Изуку шёл между ними. — Но нам ещё рано расслабляться. Судя по словам учителя, завтра дадут полную свободу. Надо продумать план действий, а потом... — Изуку, подожди! Мидория замер. Голос, который он надеялся никогда больше не слышать. Он нехотя повернулся, скривившись в отвращении. — Чего тебе? — Пожалуйста, подожди, давай поговорим! — Кацуки шагнул вперёд. — Нам не о чем говорить. — Изуку уже тянулся к футболке, чтобы скинуть её и взлететь. — Я оказался прав — это всё, что я могу тебе сказать. — Да подожди же ты! — Кацуки отчаянно крикнул в спину. — Я изменился! Я правда хочу извиниться! Я искренне раскаиваюсь! Пожалуйста, Зузу! Snap. Кацуки нажал на спусковой крючок. Но к сожалению, выстрел пришёлся ему же в колено, если не в голову. — Ты... — Изуку развернулся с такой скоростью, что воздух взвыл. — КАК ТЫ СМЕЕШЬ?! Молниеносное движение — и Кацуки уже висит над землёй, схваченный за шкирку стальной хваткой. Изо рта Изуку показались маленькие клешни, подобные тем, которыми насекомые захватывают добычу. Рой гудел от ярости, готовый защищать хозяина. Голос Изуку двоился, когда он закричал: — Я ЖЕ ТЕБЕ СКАЗАЛ! НЕ СМЕЙ ТАК МЕНЯ БОЛЬШЕ НАЗЫВАТЬ! Вика как ошпаренная подлетела к ним на сахарных крыльях, на ходу создавая сахарную пудру с успокоительным. Через несколько секунд хватка ослабла. Изуку пошатнулся. Артур подхватил его, крепко обнимая в максимально укреплённых причудой руках, пока тот приходил в себя. — Кхе-кхе... — Кацуки массировал горло. — Изуку... — Даже не пытайся, — голос Вики звучал жёстко, без тени лени. — Ты не видишь, что только что произошло? Он тебя ненавидит до трясучки. Если бы нас не было рядом, он бы просто убил тебя в приступе гнева. Кацуки молчал.— Когда ты уже поймёшь? — Вика смотрела на него с холодным презрением. — Ты не заслужишь его прощение простыми словами. Только не за то, что совершил. Артур поднял полусонного капитана на руки. — Пойдём, Арт, — Вика развернулась. — Нам тут не о чем больше беспокоиться. Нужно вернуть его домой и придумать, как помочь контролировать гнев. — Лечение ПТСР не входит в мои обязанности, — буркнул Артур. — Значит, придётся научиться. — Вика бросила снисходительный взгляд на Кацуки. — Или ты хочешь, чтобы целая Япония исчезла с карты мира? — Ты права. — Артур кивнул. — Попробую помочь. Они ушли, оставив Кацуки одного на пустынной дороге. — Неужели... — прошептал он, глядя им вслед. — Неужели я так ужасно поступил? Тишина была ему ответом. . . . Ночь. Квартира троицы. Изуку спал беспокойным сном. Вика сидела рядом, составляя план на завтра. Артур молча смотрел в окно на огни Токио. — Что будем делать? — тихо спросил он. — Сначала — придумаем как контролировать его состояние, — Вика чертила какие-то схемы. — Потом — разбираться с Бакуго. Если он снова приблизится... придётся принимать меры. — Убить? — Зачем? — Вика покачала головой. — Он всё ещё чей-то ребёнок. Да и к тому же, есть вещи пострашнее смерти. Например, парализовать и заставить смотреть, как рушится всё, что он пытался построить. Но это крайний вариант. Сначала — лечение Капитана. Изуку вздрогнул во сне. — Каччан... — прошептал он. — Только не снова...зачем... Вика и Артур переглянулись. — Мы справимся, — твёрдо сказала Вика. — Мы всегда справлялись. За окном догорал закат. Первый день в UA закончился почти полным провалом. Конец главы.