За стенами временного квартала.

      Вокруг царила густая тьма и оглушающая тишина. Из глубины помещения раздалось рычание ожившего мотора, за которым последовал сухой скрежет натягиваемых толстых канатов — лифт медленно поднимался вверх. Тяжёлые двери лифта не спеша разъехались, и из кабины вышел Габриэль Агрест с привычной хмуростью на лице.       Мужчина в темно-синем костюме неторопливо направился к центру зала. Его шаги отбивали громкое эхо для такого большого помещения. В этот момент железные створки панорамного окна его логова автоматически, с металлическим шорохом разошлись в стороны. В комнату хлынул яркий дневной свет, а в воздухе тут же вихрем вспорхнули белые бабочки.       «Три года… уже целых три года я веду войну против двух жалких подростков» — злодей в облике бабочки громко и раздражённо стукнул небольшим жезлом о пол, затем склонил голову. — «Должен признать, я слабею с каждым днём. К тому же, я уже не молод. Похоже, пришло время отчаянных мер.»       Бражник поднял свой строгий взгляд на окно, где виднелся город, который он успел возненавидеть. Изо дня в день его посещала мысль, что он должен наконец рискнуть. Пожертвовать всем, чтобы добиться желанной цели. Если всё пойдёт не так — он раз и навсегда откажется от этой вечной войны сопротивления.       План был до смешного прост, но раньше тот не осмеливался на такой шаг. На кону стояло всё, что связано с Агрестами: имя, имущество, репутация и величественность. Лишь одна маленькая ошибка могла привести к его разоблачению и краху. Агрест медленно поднял жезл и закрыл глаза. — Сегодня мне не понадобится сильный герой… — едва слышно произнёс Габриэль. — Мне нужен лишь повод вновь выманить Леди Баг.       Потоки чужих эмоций незамедлительно хлынули в его разум: отчаяние, гнев, зависть, обида, эгоизм — всё, что так часто питало и мотивировало продолжать снова и снова. Голоса со всего Парижа проносились в голове молниеносно: кто-то шептал, кто-то кричал от гнева, а кто-то плакал от горя или обиды. Бражник задумчиво слушал их один за другим, словно перебирая нити человеческих судеб. — Слишком сильная ненависть… — прошептал он, когда услышал женский визг. — Нет, это привлечёт слишком много внимания. — брови сдвинулись вниз в раздумьях. Он услышал мальчишеский голос, который тихо плакал. — А, вот это… идеально! — его губы медленно растянулись в хладнокровной, удовлетворительной улыбке.       На знакомой площади Вогезов сидел маленький мальчик лет десяти, крепко сжимая в руках сломанный бумажный самолётик. Он так мечтал стать пилотом, но ненавистные одноклассники только что высмеяли его и разорвали самодельную модель самолёта. — Какая трогательная мечта… и какое хрупкое сердце. — парировал Бражник, когда к нему приблизилась одна из беленьких и невинных бабочек.       Он поднял руку, впуская насекомое на ладонь, словно заманивал жертву в клетку. Фиолетовая энергия с искрой вспыхнула вокруг бабочки, обращая в акуму. — Лети, моя дорогая акума… — зловещий смех эхом раздался по комнате. — И найди его!       Акума взмыла в воздух и пролетела в окно, отправляясь прямиком в город. — Вселись в его разбитую мечту и преврати её в силу!

***

      Маленький демон невозмутимо порхал над своей новой жертвой, медленно приземляясь на сломанный макет самолёта. Бумажка окрасилась в темно-фиолетовую материю. — Сломанное Крыло… Я — Бражник. — вдруг незнакомый голос возник из ниоткуда в голове школьника. — Твой самолётик испоганили? Высмеяли то, что приносит тебе радость? Понимаю. И я помогу тебе доказать одноклассникам, что ты достоин быть самым прекрасным пилотом. Ты согласен? — последний вопрос пробудил детское любопытство. — Я… Я ведь просто хотел летать… — Покажи им, кто настоящий повелитель неба. А взамен… ты приведёшь ко мне Леди Баг и Кота Нуара.       Перед глазами мальчика снова вспыхнуло недавняя картина насмешки, в голове барабанили насмешки и голоса. — Да… я покажу им! — он крепче сжал игрушку. Тёмная энергия вспыхнула вокруг дитя и поглотила его изнутри. Бумажный самолёт вновь вспыхнул фиолетовым светом, а резкий, метельный ветер закружил вокруг него листы бумаги и обрывки моделей. — Я — Сломанное Крыло! — воскликнул порабощенный мальчишка, взмахнув рукой. Десятки бумажных самолётов взмыли в воздух, превращаясь в острые летающие снаряды. Люди на площади в панике разбежались, но тут же красная вспышка пронеслась над крышами. — Леди Баг! — хором раздались голоса людей в округе. С другого края площади на фонарь приземлился Кот Нуар. — Похоже, у кого-то проблемы с посадкой, — усмехнулся юный герой.       Бой длился недолго, словно это было будничным делом для них. Леди Баг использовала своё йо-йо, чтобы выбить из рук злодея предмет с акумой. — Попался! Пока-пока маленькая бабочка.       Она очистила бабочку, и зловещее сияние исчезло. — Чудесная Леди Баг!       Алые божьи коровки хороводом разлетелись над городом, возвращая всё на свои места. Всё как всегда. Вдали от поля боя Бражник наблюдал за битвой через огромные окна своего логова. — Как и ожидалось… слишком быстро. — холодно и равнодушно произнёс он и поднял руку, на ладонь опустилась ещё одна бабочка. — Но сегодня мне нужна не победа, Леди Баг. — тёмно-синяя энергия вновь окружила бабочку. — Мне нужно лишь… увидеть закулисье. — Габриэль Агрест направил акуму прямо на брошь у себя на груди. Зловещая сила окутала его тело, и через мгновение силуэт злодея бесследно растворился в воздухе, превращая того в недвижимую и прозрачную форму.       Спустя несколько минут на крыше одного из домов рядом с площадью возникла почти незаметная фигура. Акуматизированный владелец талисмана бабочки прибыл туда как раз тогда, когда Леди Баг очищала акуму.       Скрывшись от глаз героев, его взгляд был прикован только лишь к ней. — Продолжай своё дело, — тихо прошептал он. — Сегодня я наконец узнаю о тебе немного больше, чем ты ожидаешь.

***

      После битвы героиня приземлилась на балкон своей комнаты, едва переводя дыхание. Йо-йо с тихим щелчком сложилось в её ладони, и уже через мгновение пятнистый латексный костюм сменился на привычную белую футболку и ярко-розовые джинсы. — Тикки, выходи.       Квами мягко вспыхнула и опустилась ей на худенькое плечо, но Маринетт не дала себе ни секунды передышки. Сердце всё ещё напряжённо колотилось после боя, а в голове кружились обрывки картин произошедшего. — Нужно спуститься вниз, Если мама с папой услышали про атаку… — рассудительно пробормотала девушка, не заканчивая речь.       Она быстро открыла люк у лестницы и, стараясь не шуметь, незаметно спустилась в пекарню. Внизу витал привычный, тёплый запах свежего хлеба и булочных изделий. — Маринетт? — сразу отозвалась Сабин, выглядывая из-за прилавка. — Ты уже вернулась, дорогая? — Да, мам! — поспешно ответила она, стараясь говорить как можно спокойнее. — Всё в порядке, я была… у Альи. Всегда забываю, что мы делаем проект по фехтованию, — тараторила она, нервно смеясь. — Фехтованию? Но вы же не ходите на его уроки. — непринужденно сказала Сабин, и на её лице дрогнула улыбка. — Что? Я сказала по Фехтованию? Не-е-ет, мам, я говорила о физике, да! — Маринетт уже подошла ближе к стойке, пробуя фирменные круассаны папы. Пекарка лишь повела плечами и помотала головой.       Из кухни вынырнул Том, вытирая руки о фартук. — Мы слышали сирены. Говорят, на площади Вогезов снова был акуматизированный злодей, — в его голосе была отцовская забота и обеспокоенность.       Маринетт неловко улыбнулась, пряча за спиной сжатые в кулаки руки. — Да, но Леди Баг и Кот Нуар всё быстро исправили! Это ли не чудесно? Надо будет их отблагодарить, несомненно!       Родители красноречиво переглянулись и заметно расслабились. — Я рада, что ты в безопасности, Маринетт, — мягко сказала Сабин. — Я всегда осторожна, не волнуйся, — заверила дочь и, не давая разговору затянуться, добавила: — Я поднимусь к себе, ладно? У меня сегодня много домашней работы. К тому же, стоит закончить эскиз, который я начала создавать! — Конечно, милая.       Маринетт кивнула и почти бегом вернулась наверх. Как только дверь её комнаты закрылась, она прислонилась к ней спиной и наконец позволила себе выдохнуть. — Уф… пронесло… — она поднялась на ноги, чувствуя внутри неладное. Тишина была удушающей, вылетевшая Тикки сквозь монитор только подтвердила чуйку. — Маринетт!       Тикки тревожно закружила в воздухе перед лицом девушки. В её голосе слышалась пугающая нотка и дикий страх. — Тикки? Что случилось? — Здесь… — квами огляделась, словно проверяя стены и окна. — Здесь был Бражник!       Маринетт резко выпрямилась. — Ч-что?! — Совсем недавно, — продолжила Тикки, кружась по сторонам всё быстрее. — Я почувствовала его силу. Она была… слабой, но очень близко. Прямо здесь, в твоей комнате.       Маринетт медленно присела на лежанку, чувствуя, как мерзкий холод пронзает её тело изнутри, а в груди поднимается нервный ком. Она резко встала невольно шагнула к центру комнаты, словно пытаясь увидеть то, что уже исчезло. — Это ведь невозможно… — сказала она сипло, поворачиваясь к левитирующей квами сзади, — он никогда не появлялся так близко…       Потерянный взгляд метнулся к балкону, затем к окну, к столу — словно любая тень могла скрывать след его присутствия. — Ты уверена, Тикки?       Квами замерла в воздухе и твёрдо закивала головой. — Абсолютно. Он наблюдал, изучал здесь всё. Я не знаю, как он это сделал… Но он узнал твою настоящую личность, Маринетт.       В комнате повисла гробовая тишина. Она лишь давила на виски сильнее, и Маринетт не знала что делать, медленно сжимая руки в кулак. — Значит… он стал смелее, — тихо сказала она. — Или же отчаялся.       Она снова подняла взгляд, в котором виднелось полное замешательство. Мысли сбивались с невероятной скоростью, путались в тугой клубок стенаний и становились все более пугающими, выстраивая самые ужасные сценарии, словно заранее готовя девушку к самому ужасному исходу. Тикки незаметно опустилась рядом с ней. — Маринетт, что ты будешь делать? Нам нужно быть теперь осторожнее, чем когда-либо…       Героиня неосознанно кивнула, но где-то глубоко внутри её металось жуткое осознание: сегодня Бражник сделал шаг вперёд. И не просто сделал шаг, а приблизился к ней настолько близко, что она могла слышать дыхание надвигающейся беды у шеи.       И, определённо, это было только начало. Маринетт замерла посреди комнаты, тревога внутри отдавала жутким звоном в ушах. Она все ещё пыталась осмыслить слова Тикки, но истинная картина произошедшего была куда опаснее, чем она могла представить.

***

      Несколькими минутами ранее, сразу после окончания боя, едва заметная фигура скользнула по крышам вслед за Леди Баг. Бражник двигался осторожно, скрываясь в тенях и предвкушая свою победу. Он видел, как она ловко перескакивает с крыши на крышу, как без колебаний и с улыбкой на лице направляется к весьма знакомому району… и как наконец приземляется на балкон… пекарни семьи Дюпен-Чен?! — Быть не может… — прошептал он с удивлённым придыхом, зависнув в воздухе на соседнем здании.       Люк в комнату был приоткрыт. Габриэль бесшумно скользнул внутрь, убедившись, что Леди Баг уже ушла. Он все ещё не верил своим глазам и только что увиденному. Тикки же, услышав малейший шорох, тут же со скоростью света юркнула за монитор. Комната на первый взгляд была пуста от посторонних глаз. — Все это время Леди Баг была так близко… маленькой девочке удалось обхитрить меня. Глупец! Невероятный глупец! — он гневно ударил по перилам, едва слышно рыкнув. Губы медленно приоткрылись, словно он снова хотел выругаться, но ни звука не сорвалось из его уст. В голове мгновенно начали складываться обрывки наблюдений, совпадения, детали, которые раньше казались незначительными. — Вот оно… — прошептал он. — Наконец-то.       Он сделал шаг вперёд, но тут же остановился. — Нет. Это будет слишком просто… — он тихо и мирно отступил назад к балкону. — Я знаю кто ты, Леди Баг, — прошептал он, и в голосе прозвучало удовлетворение. — И у меня есть время. Я знаю, куда ты будешь отправляться после очередной победы, и я буду выжидать.       Его силуэт начал растворяться вдали, теряя очертания. Он исчез так же бесшумно и внезапно, как и появился. И только когда в комнате повисла полная тишина, из-за компьютерного монитора осторожно выглянула крошечная красная фигурка. Она очень дрожала. Квами беспокойно огляделась, словно всё ещё боялась, что он может вернуться. Именно в этот момент Маринетт уже поднималась вверх, даже не подозревая, что её самый большой секрет только что был раскрыт. А Бражник, уверенный в своей «гениальной» скрытности, уже строил в голове новый план, не догадываясь, что допустил одну-единственную, но критическую ошибку.       В этот раз героям Парижа придётся идти на самые крайние и решительные меры…       И кто знает, куда приведут эти меры, когда твой самый коварный враг и злодей знает, кто ты на самом деле.