Будь со мной, будь собой

Летом ночи прохладные. И эта была не исключением. С форточки дул прохладный ветерок, пробегал по ногам, заставляя появиться мурашкам. Город притих. На улице уже давно выключили фонари, но луна их полностью заменяла, и даже придавала двору некоторую загадку. Тихо и спокойно. Лишь парочку окон сообщали о неспящих. Одно из них было Кисиным.  Очередные каникулы, которые они с Борей проводят вместе. Лето— пора создания самых тёплых воспоминаний, чтобы именно они смогли согреть в хмурую зиму. Вот пацаны и момента не теряют: гуляют, бухают, плавают в море и просто кайфуют вместе. Решили отдыхать весь июнь, а июль и август работать. Деньги всем нужны, что тут поделать. Зато сейчас целый месяц только для них, не самый жарки и не самый холодный, в общем идеальный для всех летних активностей.  В эту ночь Киса и Хэнк сидят и допивают водку. Пьют аккуратно, размеренно, а то в последний раз Киса выблевал всё что вообще возможно. И блевал, конечно, мимо. А Хэнк его пытался оживить по разному: и до ванны довёл отмыл, и укутал в полотенце, и чаю налил, что бы тот согрелся и в себя пришёл. Включил фильм какой-то на фоне, так и заснули сидя. После этого договорились не пить водку на голодный желудок и выдерживать время между каждой новой рюмкой. Каждый понимал, что правило это долго не продержится, но для приличия хоть недельку должно соблюдаться. Так и сидят чуть-чуть поддатые, курят какие-то не очень вкусные сигареты, но Гендос целый блок принёс, халява всегда хорошо. Сидят и говорят о всяком близком и далеком. — И он типа дохуя трушный спрашивает у меня: «В чём сила брат?». — на последней фразе ради пародии понизил голос и развел руки в стороны. — А ты чё?— с улыбкой спросил Хенкин. — А я его нахуй послал. — с явным чувством гордости заявил Ваня. Обсуждали они немало известного пацана в их городишке. Завсегдатай всех вписок и хат. А историй то с ним ух сколько, известен он не только своим пристрастием к наркоте, но и уникальным умением напиздеть везде и обо всём. Как-то в их городе одного барыгу за жопу схватили, а спрос никуда не делся. У Кисы клиентов и прибавилось. Вот так и не посчастливилось Ване познакомиться с такой популярной личностью, жаль что раньше не узнал чем конкретно популярен. Недолго музыка играла, недолго фраер танцевал, да и Кислов всё таки не лыком шит, понимает по поведению что кинуть его на бабло хотят. Историй много с ним— каждую встречу что-то новое вытворял. Только потом Генка подсказал, что человек нерукопожимаемый и дела с ним лучше не иметь. А потом и Борька всё узнал. Киса не часто про клиентов рассказывает, конспирация все дела, но кенту то можно. И прецеденты абсурдные, молчать о них долго не получится, у Кисы уж точно. Как они вообще вспомнили про наркошу этого? Только богу известно. Что только не вспоминается за горячительными напитками и приятной компанией. Возможно Хэнк уже слышал эту историю, но прямота Кислова смешит его как в первый раз. Даже давится тяжкой сигаретного дыма. Сверчки действуют как антистресс, не то что цикады. Но слава богу их время еще не настало. А сверчков слышно с улицы, потому что в комнате повисло задумчивое молчание. Боря зацепился за историю и с искренним любопытством спросил:  — Кис, а если реально, то в чём для тебя сила? Вот Ваня и задумался. Репу почесал, и спустя несколько секунд обмозгований ответил: — Я думаю в справедливости…— глянул на Борю, потом поднял взгляд на полоток, будто там может быть подсказка. Затем снова посмотрел на Хэнка и с большей уверенностью продолжил. — Да, точно в справедливости, знаешь типа око за око зуб за зуб. Вот.  — А почему ты так думаешь?  — Ну Хинкалина, ну че ты тупишь то. Просто если у всех будет столько, сколько заслужил, то жилось бы пиздато. — Ты Маркса начитался?  — Че? — Ай бля ты же читать не умеешь.— наигранно разочаровавшись сказал Хэнк. — Слышь, олух, за такие шутки в зубах бывают промежутки. — Киса конечно не ударил, но показать лёгкую обиду шанса не упустил, и ущипнул Хэнка за руку, что бы тот сильно не зазнавался. Боря рефлекторно издал мелкий взвизг, и остерегаясь очередной атаки решил попридержать колкости при себе. Киса продолжил: — А ваще Мел мне что-то рассказывал про это, ну в смысле про Маркса. Но я мало че запомнил про мужика этого, просто мысль интересная. — продолжил Киса как ни в чём не бывало. — От каждого по способностям, каждому по потребностям. — Пиздец ты заучка.  — Ага ага. — пробубнил Хэнк. — Но там типа революция вся хуйня. Не знаю, просто бесит когда гандоны сухими из воды вылезают. Должно быть честное правосудие. — обозначил свою главную мысль Киса. Хэнк одобрительно кивнул головой. — Это правильно ты сказал. — после этих слов Боря притих перебирая в голове услышанное и дополняя это своими собственными мыслями. — А для тебя в чём сила? — недолго думая спросил Киса. — Для меня в правде. — Боря ответил быстро, словно уже давным-давно принял для себя решение. — Не сильно ты от Данечки Багрова отличился. — заметил Киса. — Не ну а че, с ним и не поспоришь. Я думаю что горькая правда всегда лучше сладкой лжи.  — А че так?  — Смотри, ну будет тебе человек пиздеть регулярно, а потом когда узнаешь, будет хуёво не из-за того, какая была ложь, а просто от самого её факта. Тут как будто намного сильнее в человеке разочаровываешься. А так грустно, больно конечно, но человек остался честным перед тобой, и это уважение даже какое-то.  — Че даже если что-то совсем страшное сделаешь то признаешься?  — Ну что например. — Убьёшь кого-нибудь, ограбишь. — Признаюсь конечно.  Киса карикатурно пожал плечами и выдал: — Мусор он и в Африке мусор. И как мы только с тобой спелись. — Ой да завали. — Хэнк легонько ударил Кису в бок. Тот в ответ загоготал. — Давай по стопарику.  — Сейчас твоя очередь тост говорить. — напомнил Хэнк о новом правиле употребления водки. — Да бля… — тяжко выдохнул Киса. — Ладно, раз уж на то пошло, го за то, чтоб правда всегда всплывала наружу, а справедливость торжествовала.  Парни чокнулись рюмками, и скривили свои лица когда по горлу прошлась прожигающая жидкость. В качестве закуски у них была дешманская колбаса, главное что копченая. Ещё Хэнк принёс кислый мармелад, сам он не особо его любил, но Кисе он всегда заходит на отлично.  — Кстати, Хинкалина, я вот знаешь че думаю, правда и справедливость же одно и тоже считай. Примерно за одно и то же отвечают. — Ну типа. Только правда это факт, а справедливость это использование этого факта в жизни. Короче, одно без другого не может.  — Походу да, ваще интересная эта вся тема.  Солнце начало подниматься, а парни так и сидят, общаются, будто итак не проводят почти каждый день вместе.  Боре приятно что Ваня отвечает на его вопросы, а других за такие же шлёт нахуй. А Ване приятно, что ответив Боре на эти вопросы, он лучше узнает и себя, и Хенкина, и вообще весь мир. Всё таки правда и справедливость в самом деле неразлучны.