Пополнение в семье

Сеул никогда не спит. Но в ту ночь казалось, что даже город замер — на долю секунды, ровно перед тем, как раздался звук, который разделил ее жизнь на «до» и «после». Металл сминается не сразу. Сначала — резкий визг тормозов, затем глухой удар, и только потом — тишина. Страшная, звенящая. Она запомнит эту тишину навсегда. Её звали Ён Соа. Ещё неделю назад у неё была идеальная жизнь. Не счастливая — идеальных жизней не бывает — но… стабильная. Дом в хорошем районе, любящие и заботливые родители, которые всегда заняты работой, но всегда возвращаются домой, чтобы узнать, как прошел твой день. Старший брат, который часто на нее ворчал, но все равно заботился и любил, а ещё тайком приносил ей еду в комнату, когда она допоздна засиживалась с учебными проектами за ноутбуком. И младшая сестра, которая вечно цеплялась за её руку своими маленькими пальчиками так крепко, как будто боялась потеряться даже в собственной квартире. Деньги никогда не были для их семьи проблемой. Время — тоже. Соа училась в одной из самых лучших и престижных школ, брала дополнительные курсы по программированию, уже в шестнадцать писала приложения, за которые ей платили. Немного — но ей нравилось само это ощущение: что она сама могла создать что-то с полного нуля. Она планировала поступление, карьеру, возможно — стажировку за границей. Она планировала целую жизнь. Счастливую жизнь. А потом — один звонок, который все это разрушил. Телефон вибрировал так настойчиво, что она сначала раздражённо вздохнула, не отрываясь от кода. — Да?.. — тихо пробормотала она в трубку. И всё. После этого короткого слова весь ее прежний мир просто схлопнулся в одну точку и перестал существовать, как будто... Как будто его никогда и вовсе не было. Свет в больничном коридоре был слишком ярким. Пахло антисептиком и чем-то металлическим. — Мы сделали всё возможное… Она не сразу поняла, что эти слова — про её мать. Отец выжил. Но слово «выжил» звучало слишком громко для человека, который даже не открывал глаз. Старший брат — в коме. Без прогнозов. Младшая сестра — жива. Царапины, шок. И страх в глазах, который больше не исчезал. И счета. Счета, от которых хотелось смеяться — истерично, беззвучно. Потому что цифры там были… нереальными. Но банки не смеются. Счета родителей заморозили почти сразу. Их «идеальная жизнь» оказалась вовсе не их — а системы, которая отключилась за один день. Через три дня они переехали к тёте. Тётя Минджи была… нормальной. Не злой. Не холодной. Просто очень уставшей от всего. — Я постараюсь дать вам достойную жизнь, родные мои, — сказала она, стоя в дверях своей маленькой квартиры. — Правда постараюсь. И Соа кивнула. Она понимала. Трое детей, больница, долги — это не то, к чему можно быть готовым. Жизнь изменилась не постепенно. Она обрушилась на нее всей своей не подъемной тяжестью, как бетонная плита... И полностью погребла под собой все ее прежние мечты, надежды и перспективы на будущее. Утро. Будильник зазвонил как и всегда ровно в 5:30. Соа встаёт тихо, чтобы не разбудить младшую сестру. Быстро готовит что-то простое — рис, яйца. Проверяет, собралась ли та в школу. — Ты сегодня вернёшься рано? — спрашивает сестра. И Соа улыбается. — Конечно. Она врёт. Школа. Она больше не сидит с одноклассниками. Не смеётся. Не болтает. Учителя сначала спрашивали: — Всё в порядке? Теперь же — просто кивают. Она всё так же лучшая в классе. Даже лучше. Потому что у неё нет права на ошибку. День. Она пишет код. Приложения. Скрипты. Маленькие программы, которые продаёт через платформы. Деньги приходят медленно. Счета растут быстро. Слишком быстро для нее. Вечер. Репетиционный зал. Пыльный, дешёвый, с зеркалами, которые искажают отражение. Она включает музыку. И танцует. Пока ноги не начинают дрожать. Пока дыхание не рвётся. Пока не остаётся ничего — кроме ритма. Ночь. Она поёт. Тихо. Почти шёпотом. Чтобы никто не слышал, как трескается ее голос. И снова код. Сон — три часа. Иногда — два. Так проходит неделя. Потом — ещё одна. И ещё. Она не плачет. Просто не может. Потому что если начнёт — знает, что больше не остановится. И тогда... Она просто утонет в этом бездонном солёном океане собственных слез и горя. — Соа, — однажды говорит тётя, уставшая, с покрасневшими глазами. — Ты… можешь хоть немного… побыть ребёнком? Соа смотрит на неё. И улыбается. — Я и есть ребёнок. Тётя отворачивается. Однажды ночью, когда все спят, Соа открывает новый файл. Пустой. Белый экран. Мигающий курсор. Она долго смотрит на него. Потом пишет: «BTS audition requirements» Имя группы — BTS — она знает давно. Слишком давно. Но раньше это было… просто. Музыка. Теперь — ее шанс. Она смотрит видео. Ким Намджун — лидер. Умный. Спокойный. Рассудительный. Ким Сокджин — самый старший, хен. Всемирный красавчик с улыбкой, за которой таится намного больше, чем кажется всем вокруг. Mин Юнги — холодный кошачий взгляд. Слишком знакомый. Чон Хосок — энергия, которая кажется невозможной. Пак Чимин — его движения в танце такие легкие, будто он и вовсе не касается пола. Ким Тэхен — невероятно красивый, глубокий, бархатный голос, который цепляет что-то глубоко внутри. И Сон Чонгук — макнэ, самый младший и просто идеальный. Почти. Они — команда. Семья. Она закрывает вкладку. Это все... Слишком далеко от нее. Слишком невозможно. Но на следующий день… Она снова ее открывает. — Ты правда думаешь, что сможешь? — едва слышно шепчет она сама себе. Ответа нет. Но есть младшая сестра, которая засыпает, держась за её руку. Есть брат, который не открывает глаз. Есть отец, подключённый к аппаратам. Есть счета. И есть она. Соа встаёт. Ставит телефон на стол. Включает запись. Глубокий вдох. Музыка начинается. И она поёт. Голос сначала дрожит. Потом крепнет. Потом становится чем-то… чужим. Сильным. Живым. Когда запись заканчивается, она не сразу останавливает видео. Просто стоит. Смотрит в зеркало. — Это… может сработать, — тихо говорит она. И впервые за всё это время… Она позволяет себе надежду. Но надежда — опасная вещь. Особенно когда ты не имеешь права проиграть.