Часть 5: Кофейной перемирие
23 марта 2026 г., 20:39
Примечания:
Пишите отзыва и выделяйте ошибки
— Ты голоден?
Вопрос застал Питера врасплох. Было уже почти девять вечера, они провели в лаборатории четыре часа, и Харли вдруг отложил бумаги.
— Есть немного, — признался Питер.
— Пошли. Я знаю одно место.
— Я не...
— Я угощаю, — перебил Харли. — Не начинай с гордости, Паркер. Это просто кофе. Покажешь место, где постоянно зависаешь?
Кофейня называлась "У Бетти" и находилась в двух кварталах от школы. Маленькая, тесная, с дешевым кофе ?и домашними пирожными. Харли никогда здесь не был. Он ходил в пафосные места, где латте стоил как его футболка.
Питер, напротив, чувствовал себя здесь как рыба в воде.
— Ты серьезно тут зависаешь? — спросил Харли, с подозрением рассматривая липкий столик.
— Ага. Здесь Бетти не прогоняет, даже если я сижу с одним кофе три часа. И пирожки у нее божественные.
Они заказали кофе и яблочный пирог. Питер с наслаждением откусил кусок и зажмурился.
— Тетя Мэй печет лучше, но Бетти — на втором месте.
Харли смотрел на него и невольно улыбался. Питер в своей стихии был... милым. Дурацкое слово, но другое не подбиралось.
— Что? — спросил Питер, заметив взгляд. — У меня пирожок на носу?
— Нет. Просто... ты другой здесь.
— Где "здесь"?
— Без защиты.
Питер замер с вилкой в руке.
— Ты наблюдательный. Не ожидал.
— Я много чего замечаю, — пожал плечами Харли. — Просто не показываю.
— Например?
— Например, что ты, когда нервничаешь, крутишь ручку между пальцами. Что ты никогда не смотришь в глаза, когда говоришь о себе. Что у тебя есть шрам на левой руке — от чего?
Питер машинально прикрыл шрам ладонью.
— Паяльником обжёгся в девятом классе. Ерунда.
— А по тому, как ты его прячешь, не скажешь, что ерунда.
Питер сдался под этим взглядом.
— Дядя Бен тогда был жив. Он отвез меня в больницу и всю дорогу держал за руку. Теперь шрам напоминает, что его нет.
Харли почувствовал, как сердце сжалось. Он протянул руку через стол и накрыл ладонь Питера своей.
— Прости. Я не хотел...
— Ничего, — Питер быстро убрал руку, но щеки его покраснели. — Ты не виноват. И вообще, давай сменим тему. Расскажи о себе что-нибудь, чего я не знаю.
Харли задумался.
— Я ненавижу оливки. Люблю старые фильмы с Хамфри Богартом. И иногда пишу стихи.
Питер вытаращил глаза.
— ТЫ? ПИШЕШЬ СТИХИ? Харли Кинер, звезда футбола?
— Тихо! — зашипел Харли, оглядываясь. — Это секрет. Если кто узнает — я труп.
— О, боже, — Питер уткнулся лицом в ладони и затрясся от смеха. — Не могу... Харли Кинер пишет стихи... Это лучшее, что я слышал в жизни.
— Смейся-смейся, — проворчал Харли, но сам не мог сдержать улыбку. — Прочитаю тебе как-нибудь оду пылесосу, будешь знать.
— Оду пылесосу? — Питер уже рыдал от смеха. — Это гениально!
Их смех разнёсся по пустой кофейне, и Бетти, вышедшая из кухни, покачала головой, но улыбнулась.
В этот вечер Харли впервые за долгое время забыл о том, кто он. Он был просто парнем, который смеялся с другим парнем над глупой шуткой. И это было хорошо.
