Другая жизнь Беллы Свон

Белла всё никак не может забыть этой отвратительной сцены: её лучший друг детства Джейк нагло впивается в губы её парня и по-хозяйски бродит своими лапами по его идеальному вампирскому телу. И ладно бы, это произошло, если бы Джейк не бегал за ней попятам со влюблённым взглядом трясущегося чихуахуа всё, то время, что она находилась в этом промозглом осточертелом городке под названием Форкс, от куда в своё время сбежала её маман! Вилял хвостиком, выпрашивал внимания, делал вид, что она дорога ему. А теперь так коварно предал, буквально вогнал нож прямо в спину по самую рукоятку! И, кажется, даже не жалеет об этом. Наслаждается, чёртова псина! А Эдвард?! Этот старый пень из эпохи, в которой геев не только пороли прутами, но могли и забить ногами в каком-нибудь тёмном переулке насмерть и забыть об их существовании, и никто не пошевелился бы их искать, только плюнули бы в лицо тому, кто обратил бы на это внимание. И этот чёртов псевдо-аристократишка, строящий из себя недостижимую неземную фею-страдалицу, что гнобит себя за само своё существование, просто взял и ответил этому грязному оборотню! Чёрт! Права была Розали, которая предупреждала меня о том, что пожалею об отношениях с Эдвардом. — Ну и фиг с ними со всеми! — Спешно скидываю все свои пожитки в чемодан и сажусь за едва живой компьютер в поисках подходящего места для дальнейшего проживания, прямо иду по стопам Рене прямо прочь от сюда, да желательно как можно дальше. Хочу куда-нибудь свалить, чтобы больше не видеть этого отвратительного момента, чтобы стереть тот день из памяти и жить дальше свою другую счастливую жизнь. Ну надо ж было так не вовремя набрести на эту парочку извращенцев в лесу?! Мудак Эдвард всё время решал за меня, что мне нужно, куда и зачем, навязывал своё мнение со мнимым желанием защитить. Теперь понятно, от чего он пытался меня защитить… Перед глазами кинолентой проносятся ещё свежие воспоминания: смятые практически в труху плечи Джейка в крепкой хватке каменных ладоней Эдварда, поваленные деревья вокруг, вспученная бороздами земля и жуткий скрежет зубов оборотня, покусывающих в порыве страсти прочную кожу вампира. Всё происходило так быстро, что за долю секунды, что она там находилась увидела слишком много того, что хотелось бы развидеть навсегда. Блэк обратился и резко вошёл в Эдварда сзади. Тогда-то она и развернулась в попытке убежать, но, как всегда, запнулась о какой-то корешок и рассекла свою ладонь о сухую сломанную ветку. Запах крови наполнил весь лес, но ни одна тварь, обитающая там, даже не обратила на это своего внимания. Обидно до чёртиков! Певица крови, сводишь с ума, теряю контроль… Говорил он. А сам стонет пока его долбит в задницу животное! Фу! Какая мерзость! Отпустила размышления и приценилась к стоимости жизни в различных местах, затем глянула цену перелёта и окончательно определилась куда буду держать путь. Отцу оставила письмо. Не хочется представать перед ним в столь агрессивно-разбитом состоянии. Позвоню ему позже. Когда успокоюсь и устроюсь с комфортом на новом месте. Завела ревущий двигатель своего старого ржавого красного пикапа и со скрежетом метала отправилась в сторону аэропорта. На перелёт решила не тратиться, просто сдала билеты на рейс к матери, что мне дарили Каллены, и купила новый до пункта назначения. Остаток суммы от второго билета оставила у себя наличкой, ещё успеет пригодиться. Встречай меня, Новый Орлеан! Теперь у меня начинается новая жизнь! Французский квартал встретил меня свойственным ему праздничным настроением. Всюду горели огни, люди были одеты в яркую одежду, а вдоль улицы тянулась толпа, что ритмично двигалась под разливающуюся в пространстве мелодию джаза. Идти, кроме отеля, мне было некуда, да и, чтобы найти жильё нужно потратить не мало времени, а то и риэлтора толкового искать придётся, если у самой по-быстрому не выйдет устроиться. И так, мне пришлось выбирать. Тащиться со всеми своими шмотками по городу в надежде попытать счастья в поисках хаты, или же плюнуть на всё, сдать чемодан в камеру хранения и отправиться в вооон тот бар, вывеска которого притягивает взгляд, уж больно симпатично мигает в вечерней темноте. Решила всё же воспользоваться третьим вариантом и сразу же завалилась туда. Напряжение, что не покидало меня давило всё сильнее с каждой секундой, эмоции пытались вырваться наружу и перерасти в бурную истерику, но я держусь словно кремень. — Водку! — Уверенно кидаю запрос симпатичной блондинке лет двадцати семи от роду и шлёпаюсь своей упругой от бесконечного бега за Калленом задницей прямо на высокий крутящийся стул, оставив поклажу с вещами прямо у барной стойки. Ожидание напитка заставляет меня нервничать, такое чувство, что эта дамочка сейчас начнёт требовать с меня документы, от чего я неосознанно начинаю сначала болтать ногами, а потом и вовсе отталкиваться ими от начисто вымытой плитки пола и крутиться вокруг своей оси, заодно наблюдая за сложившейся в заведении обстановкой. Вдалеке, за столиком у окна вальяжно расселся молодой мужчина, на вид ему лет двадцать, не больше, его тёплые шоколадные глаза горели чертовскими огоньками, и он с хитринкой окидывал своим хозяйским взглядом всех посетительниц, вошедших через массивную деревянную дверь ведущую в этот бар, да потягивал чистый виски, ни капли при этом не морщась. Рядом с ней, буквально через стул, притаился паренёк, примерно её возраста, лет семнадцать-восемнадцать, больше никак не дашь. Его зелёные глазищи уставились в одну точку, а рука машинально наливала в стакан какой-то алкоголь непонятного цвета, затем он залпом осушал стеклянную тару и циклично повторял все действия с самого сначала. Затем, когда его бухло заканчивалось, он взмахом руки просил повторить, Ками, как я увидела на бейдже барменши, ставила возле него свеже-откупоренную бутылку, вздыхала и отправлялась обслуживать других посетителей, вскоре очередь дошла и до меня. Литровая стеклянная бутыль с прозрачной жидкостью со стеклянным звоном бухнулась на массивную сверкающую от чистоты недавно отполированную стойку. Стакан приземлился в след за ней. Тогда и я взяла пример со своего соседа и потянулась, чтобы налить огненную жидкость в сверкающий стакан, ободок которого был незамысловато украшен налипшим на сироп сахаром и долькой апельсина, как у меня внезапно кто-то перехватил такую возможность. Мой сосед пересел на стул ближе ко мне, налил своего пойла себе, а моего мне, затем внимательно всмотрелся в мой вид, просканировав пристальным взглядом с головы до пят, что я аж ощутила себя будто обнажённой перед ним, и мягко улыбнувшись представился слегка хрипловатым голосом, — Гарри. А затем вновь замолчал, продолжая свои монотонные действия, что он совершал и до моего прихода сюда, добавилось лишь одно: теперь, он наливал и мне. Так мы и глушили обжигающую горло жидкость до тех пор, пока зажатую до предела внутреннюю пружину не отпустило. И тогда меня прорвало. Я взахлёб рыдала на плече незнакомого парня, ничего ему не объясняя. А ему будто этого и не было нужно, он просто мягкими касаниями гладил мою спину в попытках успокоить. Это помогло. Истерика продлилась минут пять. Чему я была рада. Эти два придурка не достойны и капли пролитых слёз, а я потратила целых пять минут своей жизни выплёскивая горе от потери их обоих. Вот же дура! — Изабелла, можно просто Иза, — опомнилась, что не успела представиться сама, на что брюнет хитро улыбнулся, с посылом вроде: наконец-то до тебя дошло. На что я заливисто расхохоталась, а он поддержал мой смех своим, пускай и тихим, немного сипловатым, но уже более живым, чем то, каким парень казался в начале. Тоненькая полоска шрама, что мельком показалась из-под курчавой чёлки, заставила меня проявить интерес, но спросить о нём не осмелилась, потирая свой след, что оставил после себя Джеймс в прошлом году. Не все готовы рассказать о таком, сам поделится, если захочет. — Какими судьбами тебя занесло в эту дыру? — После минутной паузы поинтересовался новый знакомый. — Обстоятельства так сложились, — загадочно-обтекаемо ответила я. — А тебя? Судя по акценту, ты, явно, не местный. — Вернула парню его же вопрос. На что тот лишь усмехнулся и с ехидством протянул, — тоже обстоятельства. — Затем он уставился в потолок будто вспоминая что-то неприятное, а затем вернул своё внимание ко мне. Так неспешно мы и болтали, при этом каждый находясь в своих собственных воспоминаниях, не делясь ими с собеседником, но мы уже были не наедине с теми монстрами, что там обитали. — Позвольте, я присоединюсь? — Ворвался в нашу вялотекущую беседу тот самый мужчина. — Кол Майклсон. Мы с Гарри подвинулись, от чего он в итоге вернулся на свой первоначальный стул, я уместилась по центру, а Кол плюхнулся, поставив локоть на столешку подперев тем самым свою голову, прямо рядом с моим чемоданом, на который при этом пристально уставился практически не моргая, и монотонно-задумчиво стал постукивать себя по губе указательным пальцем руки, на которую опирался его подбородок. — Как вижу, вы оба не местные? — Сразу же перешёл он к делу, на что мы, как болванчики кивнули. — Уже нашли себе местечко, где сможете кинуть кости? — Продолжил интересоваться он. Одет то Майклсон был довольно богато, вряд ли он хочет нас ограбить, скорее затащить в какой-нибудь притон, но и на сутенёра он не очень-то и похож, а я таких видела на работе у отца, когда мне было тринадцать, его срочно отправили на вызов, где и пришлось наблюдать картину ареста подобной мрази, а этот, явно, не такой. — Не искал, — ответил Гарри, а я кивнула, подтверждая, что тоже нахожусь в статусе бездомной в этом городе. — Тогда добро пожаловать ко мне в дом, не пугайтесь, мы с братьями и сёстрами обитаем в огромном особняке, что принадлежит нашей семье с момента основания этого города, наши предки участвовали в его постройке, — сладко лил в уши мёд этот прелестный шатен, а главное, что мне уж очень хотелось на это согласиться. Тем более, он — мажор, а не сутенёр, да и Гарри, вроде, тоже склонен к принятию его предложения. Далее события полетели с неимоверной скоростью, мы пили, болтали, и даже немного делились секретами, потом шутили и оказывали поддержку друг другу. Пока наши с Гарри взгляды окончательно не осоловели и Кол не вызвал такси. В особняк мы прибыли посреди ночи, но он был пуст, по словам парня, его родственники разбежались кто куда и вернутся должны только в понедельник, но на это нам уже было абсолютно плевать. Зеленоглазый брюнет скинул свою сумку с плеча на пол, и плавно подошёл ко мне, с умилительным просящим разрешения взглядом уставился на мои губы, на что я лишь улыбнулась и сделала шаг на встречу к нему. Голова в алкогольном тумане, а тело полно энергии и требует движения. Парень с желанием впивается в мои губы глубоким поцелуем, проводит по нижней губе своим горячим языком, от чего по всему телу пробегает ток, а с губ слетает тихий стон. С Эдвардом было не так, его холодные словно камень губы не приносили такого удовольствия, и чего я тогда в нём только нашла? Инстинктивно ответила парню и сплела наши языки в жарком танце, нас уже не волновала слюна, что тонкими струйками стекала по подбородкам, дыхание учащалось, а кожа начинала гореть. Мои руки потянулись к его шее, в попытке притянуть парня поближе, и им это удалось, в то время как его крепкие увитые мышцами руки мягко опустились на мои ягодицы, обтянутые джинсой. А затем подал голос тот, кто с вожделением следил за всем этим безобразием — Кол Майклсон собственной персоной, что так и стоял в ожидании, что мы отлипнем друг от друга, — Ребят, я вам не мешаю? И тут в меня словно вселился кто-то чужой, более раскованный, уверенный в себе и чертовски распутный, давно привыкший пользоваться своей привлекательностью. Зазывающе ухмыляюсь и маню мужчину пальчиком к нам, призывая присоединиться к веселью. Его взгляд уже пылал предвкушением, он сам хотел этого, и наконец получил. Он стремительным шагом подошёл ко мне со спины и нежно сжал правую грудь, которую от кожи его ладони отделяла лишь тонкая ткань чёрной футболки с надписью AC/DC, лифчики я терпеть не могу, не понимаю зачем их вообще носить со вторым то размером, если с этой удавкой почти невозможно дышать, а функционал нужен только для полушарий побольше. Затем он лёгкими касаниями стал подниматься всё выше, сначала пройдясь щекоткой по вырезу декольте, уделил внимание выпирающим ключицам и в конце остановился на шее. Он слегка надавил на неё, заставив меня запрокинуть голову назад и жадно поцеловал в уже распухшие от поцелуев губы, в то время как Гарри на месте точно не стоял, парень уже успел избавиться от своего худи и наслаждался, осыпая поцелуями свободную от руки Майклсона часть шеи и ключиц. Плавно стали все втроём пробираться к комнате Кола, в которую он нас направлял по ходу дела. Мы ни на мгновение не могли оторваться друг от друга, пока парни оставляли по пути к постели свою одежду постепенно оголяя сначала свои торсы, а затем и более интимные части тела, я всё ещё оставалась в футболке. Джинсы же пали смертью храбрых ещё на первом этаже, у входа, под сильными пальцами хозяина особняка, ничего, он богатый, купит новые, но вот что-то меня насторожило, но я не стала на этом зацикливаться, отдаваясь полностью в плен ласк, которыми меня окружили эти двое. Первым, медленно стягивая с меня трусики, до места назначения добрался Гарри, в то время как Кол уткнулся носом в мою шею и не переставал терзать тонкую чувствительную кожу поцелуями. Брюнет сначала прошелся пальцами по чувствительной горошине, заставляя меня дёрнутся от ощущений, испытанных впервые. Если целовались мы с Эдди часто, то вот дальше, этот застрявший в своей эпохе нраволюб ни разу не зашёл. А затем я почувствовала его дыхание на своём лоне, и тёплый язык стал вытворять то, к чему я совсем не была готова. Этот парень заставлял меня стонать и выгибаться, тяжело дышать и царапать плечи Кола, ибо они были единственным до чего я могла дотянуться в том полубреду, в который меня погружали эти ласки, а затем моё тело стало трястись от наслаждения. Это оргазм? Проскользнула мимолётная мысль, после чего стало совсем не до неё. Гарри прошёлся своим членом по моим половым губам и стал входить медленно внутрь. Ощущения были не понятными, я всё ещё продолжала содрогаться от предыдущего воздействия, как заметила изменения на лице Кола. Его глаза почернели, венки вокруг век вздулись, а клыки удлинились. Ещё один вид вампиров? И угораздило же меня сбежать от одних, чтобы попасть в объятия к другому? Брюнет не дал мне сосредоточиться на размышлениях и издавая соблазнительные хриплые стоны стал медленно двигаться, постепенно наращивая скорость, от чего звуки хлюпанья и шлепков, доносящиеся до моих ушей, заставляли меня краснеть. В каком-то порыве я закинула свои ноги на его поясницу и притянула парня поближе немного ограничив амплитуду его движений и вновь перевела взгляд на Кола. Точно, кровь почувствовал, его клыки уже начали прокусывать мою артерию, но это не было болезненно, будто его слюна обладала обезболивающим эффектом. Лишь бы смог остановиться. Флегматично пронеслось в голове, а затем я почувствовала второй в своей жизни оргазм. Гарри поднял взгляд на нас с Колом и его глаза засветились потусторонним зелёным пламенем, но ничего не успело произойти, как Кол вернул свой прежний вид, прокусил своё запястье и поднёс его к моим губам. — Пей, — интимно прошептал он мне прямо на ухо слегка покусывая его уже обычными зубами. Я послушалась и сделала пару глотков, как его рана исчезла, а вслед за ней затянулась и моя, и даже боль, которая должна была мучить меня внизу живота так и не появилась. После этого парни помогли мне перебраться на колени вампира и оседлать уже его, брюнет же стал выцеловывать мою спину, ища там чувствительные точки, при нахождении которых он щекотал их своими дыханием и языком, в то время как Майклсон держал меня за талию и помогал своими бёдрами двигаться ритмичней, задавая нужный темп. Кувыркались мы долго. До тех пор, пока я просто не отрубилась на груди одного из своих партнёров, устав так сильно, что даже не поняла на чьей именно отключилась. Утро наступило в обед, после столь интенсивной ночки удивительно, но чувствовала я себя прекрасно! Едва смогла разлепить глаза и оглядеться, уснула всё же на груди Кола, а Гарри пристроился сзади, обняв меня со спины, и мерно посапывал прямо в моё ухо, что вызывало табуны мурашек от лёгкой щекотки. Затем взгляд упал на запястья, сначала на то, что принадлежало Гарри, а потом на своё. Там красовались татуировки с непонятными символами: вписанный в треугольник круг, разделённый пополам высотой. — Что это? — Просипела сорванным из-за стонов голосом, и парни зашевелились. Кол с интересом разглядывал и своё запястье, но не успел он и слова вставить, как вклинился Гарри с ответами. — Это брачные тату, у нас с Колом чёрные, то есть мужские татуировки, что делают нас с ним кем-то вроде названных братьев, а вот у тебя красная, теперь ты жена каждого из нас, — ошарашенно выплеснул пласт знаний на нас зеленоглазик. — В смысле брачная?! — Удивилась я, серьёзно, без кофе такая информация с утра заставляет мою голову болеть, даже если организм всё ещё находится под чудо действием целебной крови Майклсона. — Я женат?! — Удивлённо выпучил глаза вампир, а потом шлёпнул себя по лбу и раздосадовался, — ну вот, теперь и я с братом женщину делю, хоть и с названным, что за семейное проклятие?! Это он видимо о чём-то своём сокрушается, вампирском. — А сколько тебе лет, Кол, ты же вампир? — В лоб интересуюсь уже у своего мужа. Хоспаде! Муж! В восемнадцать лет! Чарли меня убьёт! А Рене будет счастлива, что у меня их целых два! Так и представляю её с заговорщической улыбкой, дёргающую бровями, подмигивающую и выставляющую оба больших пальца, поднятых вверх, прямо к моему лицу. — Тысяча почти, — пробормотал в ответ Кол. — Вот это мне везёт с парнями, — само уничижительно усмехаюсь, на что мужья поднимают вопрошающие взгляды на меня. — Предыдущему была сотня, но он из других вампиров, тех, что сияют на солнце, как диско-шар и их яд убивает, либо обращает, — поясняю я, неосознанно потирая своё запястье со шрамом. Гарри, же видя это, касается и своего шрама на руке, который буквально можно было прочесть. Там написано: я не должен лгать. Жесть. Что же с ним произошло? — Мне двадцать шесть, — разрушив тишину произнёс он, — и я — Повелитель Смерти, не старею, не умираю, а теперь и вы тоже не сможете, мы все связаны брачной тату, она буквально берёт все плюсы и смешивает их, а затем распределяет их между всеми нами. — Мне восемнадцать, на меня не действует магия или вампирские способности, предположительно обладаю врождённым щитом, — продолжила рубрику откровенных признаний я. — Ну, я — первородный вампир, — закончил Кол. — Вот и познакомились, — рассмеялась я, а затем поднялась с постельного хаоса и направилась прямиком в душ приводить себя в порядок. Ещё нужно связаться с Чарли и сообщить ему, что его дочь внезапно вышла замуж, сто процентов спросит не в Вегас ли я улетела. Супер! Хотела обратиться в вампира, чтобы разделить вечность с Эдвардом, а в итоге стала женой Повелителя Смерти и первородного вампира вместе взятых, ещё и бессмертием наделена в придачу ради которого не пришлось умирать! Шикарный поворот событий! Мне нравится! Коварно ухмыляюсь своему отражению в зеркале и завершаю макияж алой помадой. Не зря я покинула этот унылый Форкс, права была мама на счёт того места, здесь я обрела куда больше, чем могла получить там. И ни капли об этом не жалею!