Цена одной роковой ошибки...

Зелёный туман Варуленда всегда действовал Пику на нервы, но сегодня он буквально душил. Пиковый Король сжал рукоять меча так, что перчатки жалобно скрипнули. Его верные подданные, отправленные сюда с дипломатическим (хотя кого он обманывал — разведывательным) визитом, бесследно исчезли в этом изумрудном мареве. — Вару, мелкий паразит, если ты решил поиграть в прятки, я вытрясу из тебя всю краску вместе с очками, — прорычал Пик, переступая границу «зелёной империи». Он ожидал ловушек, окриков стражи или хотя бы фирменного ехидного смеха из-за ближайшего куста. Но его встретила тишина. А через минуту — странный, сладковатый запах, от которого перед глазами поплыли фиолетовые круги. «Сонный газ? Серьёзно?! Как банально...» — это была последняя чёткая мысль, прежде чем колени подогнулись, и Король рухнул на мягкий мох. (В Варуленде): Проснулся Пик не от пения птиц, а от резкого, холодного лязга железа. Голова раскалывалась, во рту стоял противный привкус того самого газа. Он попытался подняться, но тяжелые кандалы на запястьях и лодыжках грубо впились в кожу, пригвождая его к ледяному полу. Это была не просто камера — это был сырой каменный мешок, пропахший плесенью и дешевой зеленой краской. — Эй! Есть кто?! — голос Пика сорвался на хрип. — Выпустите меня, или я сровняю это место с землей! За дверью послышалась суета, приглушенные споры стражников и, наконец, быстрые, нервные шаги. Тяжелый засов отодвинулся с мерзким скрипом. В проеме показался Вару. Но это был не тот самоуверенный паяц, которого Пик ожидал увидеть. Вару выглядел растерянным, его кудрявая шевелюра была всклокочена, а руки заметно дрожали. — Тише ты, переросток, — шикнул Вару, оглядываясь через плечо. — Мои придурки-стражники решили проявить инициативу. Перестарались, черти... Они реально думали, что я обрадуюсь «подарку» в виде пленного короля. Он быстро подошел к Пику, копаясь в связке ключей. Его движения были лихорадочными. — Ты... ты сам пришел за ним? — Пик недоверчиво сощурился, глядя, как Вару судорожно отпирает замки на его руках. — А кто еще? — буркнул Вару, наконец освободив его. — Если бы они узнали, что я тебя выпускаю, тут бы начался бунт. Пошли. Тихо. Через черный ход в замок. Нам нужно спрятаться, пока твои псы снаружи не начали грызть мои ворота. Пик поднялся, едва не упав от головокружения. Вару тут же подставил плечо — непривычно худое, но надежное. В этот момент, в этой темной тюрьме, между ними проскочило что-то странное: не вражда, не стёб, а странное, хрупкое доверие. — Идем, — шепнул Вару, но Вару выглядел паршиво. Его обычный задор испарился, оставив лишь тёмные круги под очками и непривычно опущенные плечи. Пик поднялся, разминая затекшие запястья. Он ожидал подвоха, подножки или хотя бы ведра краски над дверью, но Вару просто стоял в стороне, прислонившись к холодной стене. — Почему? — коротко бросил Пик, проходя мимо. — Устал, — выдохнул зелёный клон, даже не глядя на него. — Устал от их тупости, от этого вечного праздника, от... всего. Иди в мой замок, там безопаснее. Если тебя увидят на улице, они снова тебя скрутят, а у меня нет сил объяснять этим фанатикам, что объявлять войну Пиковой Империи — это не «прикольный пранк», а суицид. Они пробирались к замку через чёрный ход, по узким, заснеженным переулкам. Пик молчал. Внутри него кипела ярость, но где-то глубоко под ней теплилось странное чувство. Он видел, как дрожат руки Вару, когда тот открывал потайную дверь в свои покои. Вару, который всегда казался неуязвимым в своей наглости, сейчас выглядел как побитый ребёнок. Когда они оказались в безопасности, Пик на мгновение замер у порога. — Спасибо, — слово далось с трудом, почти через силу. Он не смотрел в лицо Вару, глядя куда-то в сторону окна. Вару лишь фыркнул, пытаясь вернуть прежнюю маску: — Ого, Король умеет говорить вежливые слова? Смотри, а то корона свалится. Иди спи, «спаситель». Завтра что-нибудь придумаем. Но «завтра» не наступило в тишине. На рассвете горизонт окрасился в зловещий фиолетовый цвет. Это был не рассвет — это были огни сотен факелов и вспышки тяжёлых орудий. Пиковая Империя, не дождавшись своего короля и решив, что он убит или захвачен для пыток, перешла границу. — Они здесь... — прошептал Вару, глядя в окно на то, как первые снаряды разносят изумрудные ворота его города. — Пик, они же всё уничтожат. Пик бросился к выходу, на ходу подхватывая свой шлем. Он должен был остановить это безумие. Он должен был сказать им, что он жив. Но в хаосе войны, среди криков и порохового дыма, голос одного человека — даже короля — часто тонет в грохоте стали. Снаружи ревел хаос. Замок содрогался от ударов тяжёлых орудий Пиковой империи. Генералы, ослеплённые верностью и яростью, не слушали донесений — они пришли мстить за «убитого» короля, и никакие крики стражи Варуленда не могли их остановить. — Стой! Назад! — Пик вылетел на балкон, пытаясь перекричать грохот, но ветер уносил его голос. — Отставить огонь, идиоты! Вару стоял рядом, бледный, без своих очков — они разбились где-то в суматохе, обнажив испуганные, непривычно человеческие глаза. Он смотрел, как рушится его вымышленный рай, как изумрудные башни осыпаются каменным градом. — Они не услышат, Пик... — тихо произнёс Вару. — Для них я уже злодей, который тебя погубил. В этот момент внизу, в клубах дыма, показался силуэт одного из элитных стражников Пика. Тот вскинул винтовку, целясь в «похитителя», который стоял слишком близко к их королю. — Вару, назад! — Пик рванулся к нему, но было поздно. Грохот выстрела слился с раскатом грома. Пуля, предназначенная «врагу государства», вошла точно в грудь, прямо в сердце. Вару качнулся. Его тело внезапно стало очень лёгким, почти невесомым. Пик подхватил его, рухнув на колени прямо на холодный камень балкона. Кровь — настоящая, красная, а не зелёная краска — быстро пропитывала тонкую ткань рубашки. — Ты... ты что наделал, придурок?! — голос Пика дрожал, он прижимал ладони к ране, пытаясь остановить то, что остановить невозможно. — Держись, слышишь? Я их всех казню, я... врачей сюда! Вару судорожно вдохнул, вцепляясь в стальные наплечники Пика. На его губах появилась слабая, совсем не язвительная улыбка. Он притянул Пика ближе, чтобы тот услышал его последний шепот сквозь канонаду взрывов. — Знаешь... хотя я всегда казался бесчувственным... и всех бесил... — Вару запнулся, изо рта брызнула кровь, но он упрямо закончил: — Но... я люблю тебя... мой король... Его рука бессильно соскользнула с доспеха. Глаза замерли, отражая фиолетовое небо и догорающий Варуленд. Пик замер. Слова эхом бились в его голове, выжигая всё остальное. «Я люблю тебя». Тот, кого он считал лишь досадной помехой, только что отдал за него жизнь, напоследок разрушив всю его броню одной фразой. Король Пик, великий и грозный, сидел посреди руин и впервые в жизни не знал, как приказывать своему сердцу не разрываться на части. Над Варулендом пошёл снег, медленно укрывая белым саваном два силуэта на балконе.