умничка

Ночь. Данила курит, выдыхая терпкий дым сигарет в тёплый летний воздух. Из клуба тихо доносится электронная музыка, а перед входом в здание сидят несколько поддатых подростков. Открывается дверь клуба, и пьяный брюнет выходит из душного помещения. От Руслана прёт перегаром, а его толстовка облита чем-то явно алкогольным. — Данюш, привет, — пьяный голос доносится, когда брюнет подходит ближе. Он хорошо вписывается в тихие звуки клуба. — Русь, какого хуя ты тут делаешь? — голос Дани строгий, но мягкий. Он кладет руку на плечо кареглазого, чуть поглаживая большим пальцем. — Ну, дань, меня Илья позвал. Я же не могу другу отказать, понимаешь? — Тушенцов лезет в объятия рыжего, обвивая руками его торс. Даня вздыхает, но гладит тёмные волосы, целуя его в макушку. — Ладно, поехали домой, — Даня берёт Руслана под руку, помогая ему дойти до машины. Сев в салон, Данила включил печку, увидев, как брюнет дрожит от холодного ночного ветра. Он завёл машину и выехал с парковки. Руслан тем временем места себе не находил: то на левый бок повернётся, то на правый. — Данечка, я тебя хочу, — шепчет Тушенцов Дане на ухо. Он чуть ли не залез на него, положил руку Дане на колено в опасной близости к паху и поглаживал, перебирая ткань штанов между пальцев. — Русь, блять, сядь нормально, я за рулём! — строго ответил Данила, останавливаясь на светофоре. Как только машина остановилась на красный, лицо Кашина сразу поворачивают и впиваются в губы требовательным поцелуем. Тот от неожиданности резко вдыхает, чувствуя запах алкоголя на чужих губах, но на поцелуй отвечает, хоть и слабо. Руслан на сиденье встаёт на колени, пытаясь пересесть на Даню, но его останавливают, разрывая поцелуй. — Блять, Руслан, до дома потерпи — дыхание сбито, и в низу живота завязывается тягучее чувство возбуждения. Но на светофоре загорается зелёный, и руки снова ложатся на руль. Руслан что-то недовольно мямлит и отворачивается к окну. Но уже спустя минуту кладет голову на Данины колени. Коробка передач неудобно впивается в бок, но брюнету будто наплевать. Даня недовольно вздыхает, заворачивая к дому. Машину быстро паркует и поднимает Тушенцова с колен. Тот послушно поднимается и выходит из машины, слегка покачиваясь. — Данюш, ты бля... Вот ты ахуенный, реально... — шепчет он, пока рыжий пытается довести Руслана по ступенькам на седьмой этаж, ведь ебаный лифт, как обычно, не работает. Открыв дверь квартиры ключом, Даня включил свет в коридоре, затаскивая туда Руслана. Кроссовки быстро слетают с ног, и Руслан оказывается зажатый у стены рядом с тумбочкой. — Сучка ты такая, Русик, — шепчет Кашин и целует шею брюнета, на что тот тихо стонет, откидывая голову назад. Даня чувствовал аромат, исходящий от Руслана: запах перегара, смешанный с табаком, и лёгкий шлейф цитрусовых духов, которыми он обычно пользуется. На смуглой коже Тушенцова уже виднеются бардовые засосы и следы от укусов. Руки Кашина под толстовкой, а Руслан извивается под ним, будто это единственное, в чём он нуждается сейчас. — Дань, я умничка? — вдруг спрашивает Руслан. Видимо, пьяный мозг вспомнил тупой мем из тик-тока. — Умничек ебут у тумбочек, — добавляет он и чуть улыбается. — Блять, — Даня вздохнул — то ли от тупости Руслановых слов, то ли от возбуждения, которое растёт с каждой секундой. Но вот Руслан уже сидит на тумбочке, Данила — между его ног, стягивает с брюнета толстовку. Пухлые от поцелуев губы рыжего сжимают сосок, выбивая звонкие стоны из старшего. Язык обводит ореол, а руки спускаются ниже, сжимая бёдра. — Даня... бля... хули ты ждёшь? — постанывает Руслан, призывая Даню к действиям. А его просить два раза не надо. Он приспускает штаны с трусами, оголяя налитый кровью член. Затем в сторону летят Руслановы джинсы. Из тумбочки татуированная рука достаёт бутылёк смазки. Даня выдавливает щедро прозрачный гель на пальцы. В нос ударил химозный запах банана, от чего он поморщился. Руслан в нетерпении ёрзает на деревянной поверхности, придвигаясь ближе к парню. У него член уже давно стоит, истекая предэякулятом. На лбу выступила испарина, а в глазах всё слегка плывёт от алкоголя и сильного возбуждения. Пальцы Данилы находят напряжённое колечко мышц и осторожно толкаются внутрь. Слышится стон Руслана, и его голова ложится на Данино плечо. Пальцы с татуировками входят глубже в тёплое нутро, раздвигая тугие стенки. Брюнет содрогается, когда в него входят два пальца полностью. Они двигаются внутри на манер ножниц, подготавливая пульсирующую дырочку. — Дань... Дань, я готов уже... бля... — хнычет Руслан на ухо Кашина. От тёплого дыхания в шею по телу рыжего пробежали мурашки. Он вытащил пальцы, опять взял бутылёк, и теперь прохладный гель выдавил на свой напряжённый орган. Размазал его, проводя пару раз ладонью по всей длине, и приставил головку ко входу. Брюнет двинул бёдрами навстречу, сам насаживаясь на член. Стоны слетели с уст обоих, утопая в темноте квартиры. Данила начал с медленного темпа, давая Руслану привыкнуть, но Тушенцов только хныкал. Он хотел большего, его тело хотело большего. Темп медленно нарастал. Тумбочка под разгорячённым телом трясётся, что явно слышат соседи, но обоим плевать. Они, кажется, этого даже не заметили. Член Кашина бил точно по простате, и брюнет громко стонал на каждый толчок, сжимая ткань футболки на Даниной спине. Коридор заполнился пошлыми звуками: шлепками кожи, стонами Руслана и тихим рычанием Данилы. В комнате витал запах пота, алкоголя и приторный аромат смазки. Кашин, почувствовав скорый оргазм, начал буквально вбиваться членом в тело Тушенцова. Тот даже не сопротивлялся, выгибался навстречу, тихо скулил и стонал на Данино ухо. Пару толчков и Даня кончает, наполняя нутро Руслана тёплым семенем. Руслан хныкнул, когда Кашин вышел. Он уже чувствовал близкий оргазм, но его прервали. Даня же чуть отстранился и, чмокнув тёмную макушку, наклонился ниже прямо к члену Тушенцова. Сначала он просто обвёл языком головку, собирая предэякулят, но, не медля, сразу взял половину. Данила ловко работал языком и втягивал щёки, двигая головой. Руслан просто взорвался. Оргазм накрыл его сладкой волной, и он излился в Данин рот, сжимая рыжие пряди. Данила проглотил всё до единой капли. Они обвили друг друга руками, прижимаясь ближе. Тяжёлое дыхание обоих ярко контрастировало с тишиной квартиры. Где-то за окном послышался громкий лязг мотора, за стеной орали соседи, но парни не замечали ничего, кроме друг друга.