Нейтральная территория

Телевизор. Изобретение одновременно новое, относительно истории человечества, так и довольно старое, ведь даже наши бабушки и дедушки успели его обуздать. Он собирает в себе весь этот широкий и безграничный мир и даже больше, и одновременно собирает около себя всех жителей дома. Эти жители обычно называются семьёй. Но в данном рассказе будут фигурировать такие люди, которых обычной семьёй не назвать уж точно. Тёплый весенний вечер пятницы. В такое время уже можно гулять без курток, рвать сирень с кустов, ища заветный пятилистник, или просто возвращаться домой, наслаждаясь погодой. Этим и большим занимались клоны, кроме… Куромаку. Он, кажется, ломал всю концепцию свободы и простого человеческого счастья. Иронично, ведь он наоборот — соблюдает все законы и принципы общества. Но именно на это ему было наплевать. Он не понимал, почему люди вокруг так радуются естественной смене сезона. Может, потому что он клон, и некоторые процессы и понятия в клонах отличаются от человеческих? Но его теорию ломало то, что остальные клоны тоже проявляли восторг из-за таких простых моментов. А для него это сути не меняло. Просто одежды меньше носить, да не бояться поскользнуться и упасть лицом в сугроб. «Не таким» был он по ещё одной причине. Он остался один в квартире. Очень редкое явление, учитывая, что Фёдор не разрешал им лишний раз выползать из дома. Однако, спустя время, когда окружающие привыкли к ним и к легенде, что Фёдор имеет целых восемь братьев-близнецов, он стал более лояльным к таким вылазкам наружу, и то ругал, если они задерживались до поздна, «вдруг вас менты остановят, а у вас и так документов нет! У меня нет лишних денег ваши проблемы разгребать, мне и этих проблем хватает…». В итоге пока Фёдор ушёл на смену в доставке, Пик на работу, а остальные разбрелись кто за покупками, то на прогулку, Куромаку пришёл домой, где царила такие редкие и ценные тишина и покой. Он ещё несколько раз обошёл всю квартиру, подозревая, что кто-то просто вернулся и уснул в каком-нибудь укромном уголке, но никого не было. С облегчением выдохнув, он всё же удосужился снять кожаную куртку и сумку через плечо и пойти в свой уголок, который он отвоевал у Фёдора. Это был угол в комнате Создателя, где стояли стол, шкаф, старый ноутбук, за которым он часто работал. Это было его место уединения, место, где он хотя бы мог оставить свои вещи, ведь в углу гостиной, на матрасе, на котором он спал, просто некуда было их девать. Оставив вещи, он быстро переоделся в чуть более домашнюю одежду, свои старые рубашку и брюки, в которых уже не комильфо выходить на люди. Сегодня вечер пятницы, а значит, завтра можно было не идти на работу. Но дистанционную доработку документов никто не отменял. Однако… Потребность отдохнуть всё же никто не отменял. Потому он прошёл к гостиной, что была объединена с кухней, и уселся на своё законное кресло. Он откинулся на спинку и прикрыл глаза. Просто чтобы перевести дух от всего произошедшего. Но через несколько минут полная тишина стала отзываться неприятным звоном в ушах, и, решив его заглушить, лениво потянулся к пульту, лежащему на диване, и включил первое попавшееся на минимальную громкость. Но этот случайный канал не был таким простым. Как раз в это вечернее время начиналась программа, расследующая всяческие преступления, политику, прочие «очарования» реальной жизни. Кажется, называлась «Следствие вели», как увидел Куро, приоткрыв один глаз. Вот тут-то было не до спокойного отдыха. С первых слов программа цепляла взор, реальные фотографии с места преступлений, интервью, документы… И всё больше она в себя вовлекала Куромаку, что всё так же скептически поглядывал на экран, но даже в его позе виднелась заинтересованность. Голова уже держалась ровно, руки поправили очки, чуть съехавшие с носа, перенеслись на колени, затем сцепились в замок. Спина выпрямилась в таком сосредоточении. А затем добавился бубнёж под нос. Такое часто бывало, он несознательно комментировал происходящее или свои мысли, а значит он точно увлёкся процессом. Это происходило минут двадцать, пока не послышался проворот ключей в дверях. Куромаку автоматом глянул на часы. Полвосьмого. Примерно в это время приходил Пик со своей работы. Как он понял, тот работал грузчиком. Или… охранником? Или кем он вообще работал? В прочем, не особо ему это было важно. Главное, не один Куро из клонов работает и приносит хоть что-то в дом, остальное его вообще в Пике не интересовало. А если даже и интересовало, то остальное…

Раздражало.

Только такое слово можно было подобрать для описания отношений этих двоих. Хоть это раздражение и было с обоих сторон лишь тихим протестом друг против друга, но иногда даже бытовые ссоры могли стать причиной криков и пару раз почти драки. Их бесило буквально всё. Но особенно — власть. Им нужен был какой-то авторитет, которого клоны могли слушаться помимо Фёдора, и в этом вопросе их мнения категорически делились. Они оба предлагали свою кандитатуру, но спустя много времени, разговоров и ссор, пришли к выводу, что власть будут делить. Пик — хорошая рабочая сила, Куромаку — мозги, отличный тандем. На том они и сошлись, нехотя, но сошлись. А дальше этого разговоры не заходили, так, перекидываются парой слов по бытовой части и на этом достаточно. Дольше просто было нельзя, иначе это явно дойдёт до споров. И сейчас Куромаку этого тоже не хотел. Вот зайдёт он в квартиру, а дальше? Дальше никакого спокойствия! Уйдёт эта блаженная тишина, Пик начнёт бубнить, мол переключи на новости, что сегодня в мире произошло. А на происходящее в квартире ему плевать?! Однако вопреки предрассудкам Куро, всё произошло совсем иначе. Дверь открылась, и довольно тихо закрылась, не хлопнув. Тот, судя по шороху, разувался и снимал куртку, а затем тяжелые шаги спокойно надвигались в сторону гостиной. Куромаку же решил его игнорировать еще на моменте, когда провернулся ключ, соответственно, забылся в мыслях и вновь увлёкся просмотром. В проёме показалась статная фигура, буквально черное пятно, если бы не солнечный свет из окон. Фиолетовые лохматые волосы, синий свитер, черные штаны, всё такое мешковатое и немного пыльное. Полная противоположность Куромаку. Он застыл в проходе, оглядываясь. Никого, кроме Куро, сидящего немного напряжённо в своём кресле. Тишина и спокойствие. Кроме тихих разговоров телевизора. Он заинтересованно глянул на экран и прислушался. Спустя пару минут он не двинулся. Не сказал ничего. Даже наоборот, присел на диван, в уголок, на другом конце от трефового. Куромаку это прекрасно заметил и сильно удивился. Но не успел опомниться, как снова был затянут рассказом с телевизора. Так прошло ближайшие полчаса. Пик сидел расслабленно, откинувшись на спинку дивана, а Куро наоборот, чуть нагнулся и заинтересованно глядел. Да так, что снова погрузился в мысли и, позабыв, что рядом сидит Пик, начал тихо бубнеть, комментируя происходящее. Пик повернулся на Куро, когда услышал от него звуки, удивился, но повернулся обратно к экрану, немного ухмыльнувшись. Уже ближе к концу, где давали все раскладки на преступление, Куромаку возмущённо выпрямился и повысил голос до своего обычного. Видимо, это заявление опровергло все его мысли насчёт убийцы. —Это абсолютно нелогично! —Ты можешь не орать? Я пытаюсь слушать. — сказал Пик своё первое слово, но даже не обернулся на собеседника. —Но это же просто бред! Он не мог быть убийцей! — он уже повернулся на Пика, выплёскивая эмоции. —Вполне себе мог. У него были на это причины. — тот тоже обернулся, но голос был спокоен. Куромаку уже мысленно сдался, откинувшись на спинку кресла и раздражённо выдохнув. «Да кому я это всё рассказываю! Такому идиоту не понять такое сложное и запутанное дело. У него такой концентрации и критического мышления нет, в отличие от меня…», возмущался он уже внутренне. Такое эго редко в нём вспыхивало. —Начнем с того, что он с самого начала был подозрительным. Ему всегда так везло… то тут появился вовремя, то там что-то услышал. Вроде давал правдивую информацию полиции, но на деле же вся она была мало полезна, потому что главные детали, что могли бы действительно помочь делу, он удобно забывал или «не слышал». Только и делал весь фильм, что создавал видимость работы, подчищая следы и аккуратно скидывая вину на этого, друга своего… — он забыл имя, но этого персонажа как раз показали на экране, пока там тихо заканчивали историю. —Но это же… —Второе! — Пик нарочно протянул и совсем немного повысил тон голоса, чтобы Куро не перебивал. -Тебе не показалось странным, что он всегда упоминал при разговорах куда и с кем шел его дружочек? В любой удобный момент он всегда упоминал эти вещи, чтобы потом указать на виновника, припомнив эти факты. Хм, как же, однако, удобно, что единственный человек, который всегда был на нейтральной стороне и не винил беспричинно второго, скоропостижно умер при аварии. — он усмехнулся и мотнул головой, будто удивлялся «глупости этих простых смертных». — Пьяным сел за руль? Серьёзно? Ничего, что вначале упоминали, что у его жены были проблемы с алкоголем, из-за чего та и погибла? И этот человек, что скорбит о ней весь фильм и не приходит на корпоратив с алкоголем, будет напиваться в хлам и садиться за руль, чтобы доехать до отеля в десяти минутах ходьбы? Бред. —Это… — Куромаку уже давно его внимательно слушал, а вся его уверенность в его же утверждении постепенно выветривалась, оставляя лишь горький осадок того, что «Великий мыслитель этой квартиры» оказался неправ и это ему доказывает… Пик. — И последнее. Хоть убийца и оказался достаточно умным, чтобы соврать копам о их закадычной дружбе с жертвой, но он совершенно забыл о важной вещи. Помнишь, тот говорил о том, что жертва в день преступления поехала вместе с ним в лес, на природу, якобы рыбачить? —Да! И в деталях дела было указано наличие рыболовных принадлежностей у обоих сторон! — Куро тоже наконец влился в этот разговор. —Мгм, а ещё был указана какая рыба была в ведре для улова. Знаешь в чем прикол? Ее не могло там быть банально потому, что она не водятся в пресных водах, какая сельдь и треска… —Э-это значит… Боже… — иронично, он был атеист. Но в этот раз можно. —Мг, он уехал с места не потому, что «забыл выключить утюг дома». Он убил жертву и уехал домой, соврав, что оставил его в лесу по обстоятельствам. Куро замолчал, переваривая всё вышесказанное, и свой проигрыш. Пока у Пика даже мускул не дрогнул, голос не повысился, будто он объяснял что-то очевидное, у Куромаку в этот момент перевернулась вся жизнь, точнее сказать, представление о его главном сопернике.

«Как. Как я сам всего этого не замечал? Все эти зацепки я и сам прекрасно видел и слышал, но связывал их… По-другому. В этом моя ошибка. А он…»

Он обернулся на Пика, который понял, что разговор завершён, и стал переключать каналы на что-то другое, пока и вовсе не встал с дивана и не пошёл на кухню, чтобы поужинать.

«…Он не так глуп, как кажется.»

Размышления пошли и дальше, пока в квартиру не ввалились остальные клоны с уже привычным весёлым шумом. Куро всё ещё сидел в кресле и оглядывался, будто только что проснулся. По телевизору уже шли какие-то новости на другом канале, ребята разбирали покупки, радостно хохотали, как и всегда. Но взгляд замер на Пике. Он стоял у плиты и наливал себе черный кофе, ничего не подозревая. Взгляд был только на нём, тихий, но очень заинтересованный. Такое любопытство редко можно заметить, учитывая, что он никем из жителей не был заинтересован.

«Нужно получше тебя изучить.»

И с этой мыслью он встал с кресла, уже подходя к остальным клонам, пытаясь понять, из-за чего такой шум.

И это изучение, кажется, зайдёт далеко…