Чёртов акцент

      Легкое чувство тошноты пробивалось сквозь толщу глубокого сна, вытягивая разум в реальность. Семён сморщился от чувства, которое он не мог перепутать ни с чем — похмелье. Сухость во рту вызывает резкое желание вскочить с нагретого места, но тяжесть тела не дает сделать это так сразу. Странно, но тело какое-то уж слишком тяжелое… Парень разлепляет глаза, пытается проморгаться и осознает, что понятия, блять, не имеет, где он находится и как здесь оказался. Очередной номер отеля, судя по всему. Но съемки в другом городе давно завершились, так как же Лесков умудрился попасть в эту постель? Скинув с себя увесистую руку… Семен резко оборачивается и отползает на край кровати, чуть не падая. Его глаза округляются от шока при виде того, кто грузом все это время крепко спал, плотно к себе прижимая. Направление глаз металось от его лица до массивных плеч. В жизни Лесков попадал в разные ситуации, но просыпается где-то в Москве с грузином-экстрасенсом он впервые…       Когда это началось? Может даже с первых дней съемок? Может вообще в первую их проходку в готический зал? Камеры, свет, пристальное внимание к собственной персоне доставляли огромный дискомфорт ведьмаку из Сибири. И единственное, что зацепило его в тот день, когда Марат Башаров объявил шоу открытым — забавный акцент и лучезарность одного из участников. Глупая улыбка так и лезла на лицо, как на зло попадая в каждый кадр хрономертража. Семён старался её сдерживать, но что-то с теплом разливалось в груди при виде Анзора, которым очаровываться стало весьма не к месту, ведь тот, исходя из подобных предчувствий, самый настоящий конкурент. «Медвежонок» (такое уж сравнение пришло при оценке внешности Одишария) умел колдовать, в успешности его прохождений и способности расположить к себе героев, кажется, не сомневался никто. Возможно, не один Семен чувствовал это, если уж в зале стояли не одни лишь мошенники.       Ведьмак только рад по минимуму общаться со съемочной группой, как и с самими участниками. Подсознательно Анзора он особо сторонился, но даже сам себе не признавал этого. Анзор Одишария — такой же участник, как и все остальные… Уже слабо верилось. Семен старался быть не заметным, но не отрывал глаз от кудрей, густых бровей, орлиного профиля не смотря на огромный риск пересечься взглядами. Так глупо использовал свои предчувствия, чтобы вовремя отвернуться, уткнуться в телефон с серьёзной миной или вовсе уйти куда-нибудь за бутылочкой воды, которую потом приходилось просто вертеть в руках, ведь пить не хотелось. Как же глупо было рассчитывать, что мужчина со сверхспособностями ничего не заметит, особенно когда такие случаи повторяются уже несколько проходок. Вот так Семён и накликал беду на свою голову после Лукоянова. — Привет, — знакомый низкий тембр раздался справа, когда вылизанный гримерами Лесков сидел и поправлял перчатки. Неожиданно, однако… — Привет, — почти на автомате произнес в ответ Семён. — А это… — с улыбкой показал пальцем на запястья, полностью спрятанные под тканью. — Ты прячэшь руки, — слова с акцентом звучали четко, но Анзор словно не знал, как корректно спросить об этих перевязках, которые он то и дело замечал на теле парня. — Чтобы ограничивать своё видение… — объяснения сами сорвались с уст, прежде чем ведьмак успел задуматься, стоит ли делиться такой информацией. Но вдумчивое кивание Анзора служили тем самым тайно желанным вниманием для Семёна. — Интересно… — широкая улыбка вмиг засияла на лице экстрасенса. — Я не видела такой метод ранше.       Эта манера говорить не в том роде или это счастливое выражение… В общем что-то заразило Семёна улыбкой. Он не смог проконтролировать нежность своего взгляда. А Одишария на самом деле и хотел произвести такой эффект, при этом сам не выглядел лукаво или как-то хитро, скорее даже наоборот. — Изучаешь соперника? — Нет, нет, просто любопытства. — Прям нимба над головой не хватает, — Семён обвел пальцем над макушкой, а его «соперник» посмеялся, словно это был лучший комплимент, а не подкол. Лесков не понимал зачем (возможно, импульсивное желание утолить «любопытства» мага еще больше), но он достал из кармана острую звёздочку и протянул ее грузину. Сюрикен в его руках стал выглядеть нереалистично маленьким. Анзор ощупывал предмет, прежде всего его пальцев касалось оружие. Холодное, опасное… Оно создано для того, чтобы ранить. Был ли этот жест предостережением? Держись от меня подальше, не то покусаю? Нет, такого не может быть… — Если понравился — забирай… …ведь этот маленький кусочек металла в самом деле подарок. Подарок в виде частички Семёна, который сам чем-то похож на этот причудливый для Анзора предмет. Для мужчины совершенно другой культуры и традиции. Отвлекшийся от мыслей Одишария заметил на себе взгляд, который как будто ждал ответа. — Понравился. Забираю.