Месть

Шан Дэ ненавидел Эм Джи Воспоминание о своём бывшем месте работы приносили почти физическую боль. Он ненавидел Майти Глори - ненавидел до скрежета в зубах и желания проломить череп всем сотрудникам этой сраной корпорации. За то, что устроились туда работать. За то, что косвенно из-за них погиб Шан Чао… Его сын. Его кровь. Его самое великое достижение: достижение как отца. После смерти его супруги именно Шан Чао стал единственным выходом для тех немногих чувств, что остались внутри Шан Дэ. Он испытывал к нему теплоту, отцовскую заботу и желание защитить - его сын отвечал ему тем же. Мальчик любил его - как и должен любить своего родителя прилежный сын. Шан Чао видел свое будущее, строил на него планы - мечтал пойти по стопам отца, стать менеджером популярного героя. Сам Шан Дэ изначально был не согласен с выбором сына: он видел его минимум директором какого нибудь важного прибыльного предприятия. Знаний парню должно было хватить с лихвой: лучшее возможное образование и отец, способный дать совет в любой непонятной ситуации. Однако постепенно, с каждым новым разговором на эту тему, со стороны мужчины приходило всё меньше возражений по поводу желаний сына, пока они и вовсе не исчезли, уступив своё место аккуратным предостережениям. Шан Дэ не мог отказать ему. Слишком уж Шан Чао был… светлым, ярким. Его сын был светом, солнцем, что, как казалось, никогда не перестанет освещать темную, полную мрака жизнь директора тогда ещё Эм Джи. Шан Чао всегда стремился к лучшим результатам, всегда поддерживал своих друзей и даже просто знакомых! Сразу вспоминается случай, когда он потратил все свои карманные деньги с накоплениями, чтобы оплатить операцию матери одной своей подруги. Непомерная глупость - так Шан Дэ тогда и сказал своему сыну, на что услышал лишь звонкий смех и объяснение в духе: «Ну как я мог не помочь?». Действительно, зная Шан Чао, он просто не мог пройти мимо. Все эти поступки, поведение, вкупе с невероятной харизмой, доставшейся Шан Чао от матери, делали из просто неплохого парня настоящего героя. Не такого, каких делал Шан Дэ - настоящего, готового помочь просто потому что он может. Все эти качества контрастировали с ценностями и взглядами на жизнь самого мужчины, однако… он любил Шан Чао. Возможно даже, наверное, видел в нём лучшую версию себя самого - не испорченного управлением крупной корпорации, трудными решениями и, самое главное, опытом. Ведь опыт говорил, буквально кричал Шан Дэ - рано или поздно его сын пожалеет о своём гуманизме. И он пожалел… Шан Дэ изначально был против авантюры своего сына. Уже будучи директором Тримен, брать под опеку не кого-то, а подражателя самого И-соула - буквально иконы Эм Джи… было опасно. И поэтому он не стал этого делать: банально не хотелось подставить своё детище под бесконечный процесс судебных разбирательств. А Шан Чао всё никак не мог отказаться от этой затеи: сидел до ночи в университете, работал со своими дружками над чёртовым костюмом, слил на эту безумную авантюру все свои сбережения. В итоге, на свою беду, его ждал успех: уродец Ян Чен начал набирать популярность. Ещё тогда Шан Дэ должен был прервать этот цирк, отговорить своего сына от лишних рисков. Но он поступил иначе… Глупо поступил, чего уж говорить. Поддавшись искушению и ярким, таким заманчивым рассказам Шан Чао, Шан Дэ всё же дал добро и выделил бюджет на раскрутку нового И-соула. План был прост: дождаться, когда Эм Джи выиграет судебное разбирательство (ни одна корпорация не будет сидеть и смотреть, как на их активе, бренде наживаются всякие сторонние лица), а затем прибрать парнишку себе. Следом аккуратно намекнуть своему сыну о необходимости изменения образа Ян Чена, после чего получить в своё распоряжение полноценного, пусть и не такого популярного, героя. Вот только какого-то чёрта Ян Мо и его выблядки сыграли крайне подло: вместо культурного судебного разбирательства выбрали самый настоящий скандал, что смешало всё карты Шан Дэ и заставило его сыграть уже более открыто… Подсказать номер нужного человека будучи директором огромной корпорации было не сложно. Просветитель славился своей дотошной любовью к справедливости, так что пройти мимо такого громкого дела он просто не мог. Всё получилось даже лучше, чем директор Тримен мог предположить: Ян Чен не просто отделался лёгким испугом - он нехило так поднял свой уровень Доверия, что не могло не сказаться на аппетитах Шан Чао. Он так ярко, радостно рассказывал вечером того дня о случившемся, что Шан Дэ не мог сдержать тёплую улыбку. Впрочем, на этом ситуация не закончилась: теперь мужчина мог выступать более открыто, позволив своему сыну заняться делом по-серьёзному. Профинансировав новую модель костюма, дав необходимое финансовое обеспечение проекту Шан Чао, Шан Дэ думал, что всё складывалось как нельзя лучше. Даже Ян Мо, казалось, затаился. Как показало будущее, он затаился исключительно для нового подлого удара… Что случилось дальше, Шан Дэ помнил слабо. Всё его существо, всё тело было переполнено болью от потери последнего близкого человека. Он возненавидел этот мир, его долбаное устройство, героев, Ян Чена, всё живое. Каждое движение, дыхание, даже мысли сопровождались неприятным гулом, пустотой, болью, бесконечной скорбью. Однако после на место пустоты пришла ненависть, чёрная, клокочущая внутри ярость. Тримен перестала быть просто корпорацией, источником дохода и новых перспектив - корпорация стала способом осуществления мести. Все герои, каждый сотрудник детища Шан Дэ превратились в орудия отмщения. И из этого широкого ассортимента мужчина выбрал самый совершенный кинжал… Найс. Герой, чей путь изначально был… дефектным. Само его существование как героя было экспериментом. Экспериментом над тем, получится ли с помощью Страха создать популярного героя. Весь образ Найса был соткан из чёрных нитей, переплетавшихся для создания совершенной картинки, белоснежной улыбки, необычного и такого интригующего стиля боя. Идеальный герой… ха, бред какой-то. Шан Дэ изначально не был уверен в успехе этого мероприятия, однако, к его удивлению, Найс таки достиг популярности и пятнадцатого места в рейтинге. Как раз незадолго до смерти Шан Чао… Выбор именно Найса в качестве орудия убийства был сделан исключительно из холодного расчёта: сам герой являлся послушной собачонкой, готовый ради осуществления своей идиотской мечты замарать белоснежный костюм кровью десятков убитых. К тому же, не нужно было с нуля выращивать убийцу, как это было с Гоуст Блейдом, да и ждать повышения в рейтинге, чтобы осуществить свою месть. Идеальный кандидат… так казалось тогда. На самом же деле Найс со своей главной задачей не справился. Если говорить точнее, то он закончил своё жалкое существование абсолютным неудачником. Но обо всём по порядку. Найс с треском провалился во время инцидента в Руинах. Он не смог уничтожить всю исследовательскую группу, позволив этой мелюзге с розовыми волосами себя обвести вокруг пальца. Хорошо ещё, что Шан Дэ не привык доверять кому либо полностью: решение отправить в качестве поддержки Фобиаклона оказалось как никогда удачным. Это позволило свести всю потасовку в Руинах к хоть сколь-либо удовлетворительному раскладу. Но Шан Дэ уже тогда сделал определённые выводы: его орудие было неидеальным, и с этим надо было что-то делать. Найс с треском провалился во время своей следующей миссии. Он не смог убить Смайла, вместо этого столкнувшись с Драгон Боем - очередным уродом Ян Мо. Как итог - потеря популярности и Доверия. Зато его соперник поднялся в рейтинге аж до третьего места. Всё это в преддверии турнира героев делало Найса уязвимым, ведь преодолеть пять пунктов рейтинга с подмоченной репутацией было крайне сложно. Как будто ему этого было мало, Найс провалил и следующее задание. Не смог раздобыть подписи жителей района стариков. Его остановила… малявка и её шавка. Собака… оказалась лучше него. Пёс забрался в десятку раньше Найса. Это было так… разочаровывающе. Как будто весь изначальный план Шан Дэ был скомкан и выкинут ввиду ужасного инструмента осуществления мести. Найс же, кажется, подумал, что он главе Тримен больше не нужен. Глупость какая. Отказываться даже от такого ничтожества было бы слишком нецелесообразно. Найс всё ещё мог принести пользу. Как минимум в качестве главного героя Тримен. Возможно, при полноценном заражении Страхом он мог бы даже потягаться с И-соулом… Но Найс поступил глупо: предпочел прервать свое существование, спрыгнув с крыши небоскреба. Он так и не стал десятым героем рейтинга. Не смог прорваться на турнир и уничтожить И-соула так, как хотел бы этого Шан Дэ. Громко. С вызовом. Чтобы Ян Мо осознал, что он следующий. Чтобы он мучился каждый день и каждую ночь. Чтобы настрадался также, как и сам Шан Дэ после потери Шан Чао. Чтобы когда Найс пришел и за ним, он молил о быстрой смерти. И чтобы Шан Дэ не позволил ему отделаться так легко… Но стоит сказать спасибо Найсу - он открыл миру героев совершенно неожиданную, новую личность. Серую мышь, абсолютного нуля. Рекламщика, чья работа, конечно, помогала Тримен, однако его потеря тогда не значила бы для Шан Дэ абсолютно ничего. Того, кто смог надеть на себя личину идеального героя. Он показал главе Тримен Линь Линя. Парень… удивил. Без лишних слов. Шан Дэ даже изначально не знал о подмене своего главного актива: Джей удосужилась сказать ему правду только спустя неделю, когда сменщик Найса был готов к выходу в свет. Не сразу, но своего главного менеджера он всё же простил: в конце концов разумную инициативу следовало поощрять, да и ситуация сложилась как нельзя лучше. Линь Лин сделал всё как надо. В отличие от Найса он смог довести начатое до конца. Влетел в топ десять красиво, заменив собой отслужившего свое Несгибаемого. Приумножил свой уровень Доверия, хотя… Скорее уровень Доверия Найса. Если бы не Просветитель, никто не заметил бы подмены. Просветитель, хотя, правильнее будет сказать Божий Глаз… «Прожектор» сыграл грязно. Шан Дэ мог бы разозлиться на Микки и его сборище злодеев, однако, как ни странно, изначально они действовали в интересах главы Тримен. Линь Лин был временной мерой, инструментом, который свою задачу выполнил. Оригинал был почти готов к тому, чтобы вновь занять своё место, однако… бывший рекламщик удивил даже повидавшего многое Шан Дэ… Знал ли Линь Лин, что своими действиями он совершит то, что большинству казалось невозможным? Вот так, на кулаках, выйти на бой против сильного злодея, накачанного Страхом, при это абсолютно без Веры. Буквально самоубийство, однако… так героично, так в духе героев золотого поколения. Линь Лин в момент стал буквально олицетворением героизма, героев и всей системы, построенной Комиссией после Рассвета. После его слов о том, как он хотел стать настоящим героем, у Шан Дэ не было сомнений: они все видели восхождение новой легенды. Звезды, кометы, которая своим сиянием в тот день затмила даже сильнейших. Вера в Линь Линя буквально за считанные минуты достигла показателей пикового Найса, а затем устремилась ещё выше, достигнув уж совсем заоблачных цифр. Пожалуй, если не брать в расчет бытие Линь Линя Найсом, это был самый быстрый рост в рейтинге за всю историю. Шутка ли, но Комиссия не дала новому герою более высокий ранг исключительно из-за скандала вокруг Тримен и Найса в частности. Ну и, так сильно шатать топ десять за пару недель до турнира они тоже побоялись. Далее была целая чехарда событий. Шан Дэ поспешил сразу взять в оборот нового героя, так как понимал, что на такой лакомый кусочек тут же слетятся хищники. И не прогадал: телефон парня разрывался от сообщений с предложением контракта, совершенно фантастичными условиями и обещаниями сделать Обычного Человека «великим». Шан Дэ даже на какой-то момент подумал, что не сможет удержать Линь Линя в своих руках: Зак и Микки серьезно нацелились на парня, однако… Неожиданно, но «помощь» пришла оттуда, откуда не ждали. Хотя, правильнее будет сказать ожидали: очередной пакости от Ян Мо, если быть совсем уж точным. Этот урод поспешил вмешаться в ситуацию, но своими действиями сделал неожиданно только лучше. Его приказ И-соулу убить Луну смог решить сразу две проблемы Шан Дэ: удержать Линь Линя в Тримен и тем самым очистить репутацию корпорации после не самых, кхм, красивых с точки зрения морали событий. Ян Мо сам дал в его руки новый инструмент, новое оружие. Шан Дэ мрачно ухмыльнулся: он мог понять чувства, которые Обычный Человек испытывает сейчас. Злость, горечь утраты, желание мести и всепоглощающую, абсолютную пустоту внутри. Те же эмоции, что были и у директора Тримен когда-то. Вот только маленькое, незначительное, но в тоже время огромное отличие есть. Линь Лин хочет мести, но она не стала смыслом его существования. Он продолжит сиять, рано или поздно сможет отпустить Луну, как прошлый этап своей жизни. Да, ему будет больно. Да, скорее всего рана в его душе останется, но она перестанет кровоточить, покроется защитной коркой. В конечном итоге Линь Лин сможет пойти дальше. Шан Дэ же никогда не сможет простить, отпустить. Он никогда не отступит от своей главной цели. Месть стала необходимым элементом жизни мужчины, и без неё, как без завершающего кусочка пазла, его существование перестанет иметь хоть сколь-либо смысла. Линь Лин устремил свой взгляд в будущее, в то время как взор Шан Дэ устремлен в прошлое. И эта абсолютная истина никогда не изменится. В любом случае, уничтожить И-соула на турнире не выйдет. Ладно. У Шан Дэ уже есть план. Появился у него и более прочный, надежный клинок. Инструмент, который в дальнейшем может помочь не только в мести, но и в борьбе Тримен за гегемонию - возможно, уже не под чутким руководством Шан Дэ, но да ладно. Ему плевать. Главное для него - месть. Но Шан Дэ не был бы собой, если бы не предпочел перестраховаться, поэтому вместе с Линь Линем на турнире оказался и Найс. Его сломанный, жалкий, ржавый инструмент нуждался в починке. Страх помог склеить осколки идеального героя воедино, при этом лишив десятого героя самого главного недостатка - лишних эмоций. Теперь он имеет шанс выполнить свое предназначение, если у Обычного Человека не выйдет. А пока они оба должны подняться в рейтинге. Перед схваткой с И-соулом им нужно стать сильнее. Чтобы победа была абсолютной. Чтобы уродец Ян Чен не имел и шанса на выживание. И когда его голова будет лежать на столе директора Тримен, он сможет почувствовать удовлетворение, ведь… Последним в его списке мести останется Ян Мо…