Без выхода

Они не были плохими. Просто… никто никогда не пытался сделать их хорошими. Семеро парней, затерявшихся среди серых улиц, где не было ни правил, ни будущего — только сегодняшний день и адреналин, который помогал не думать о завтрашнем. Они собирались у старого склада, курили, смеялись слишком громко и дрались слишком часто. Ким Намджун — тот, кто всегда шёл впереди, даже если не знал, куда именно. Ким Сокджин — ворчал, но всегда оставался рядом. Мин Юнги — молчал больше всех, но бил точнее остальных. Чон Хосок — смеялся так, будто это спасало его от чего-то внутри. Пак Чимин — острый, быстрый, опасный. Ким Тэхён — странный, непредсказуемый, но верный. И Чон Чонгук… Их младший. Их слабость. Их причина. Он был другим. Слишком светлый для этой грязи. — Хён, да ладно тебе, я сам справлюсь, — смеялся он, когда его пытались удержать от очередной драки. И каждый раз они верили. Каждый раз — зря. В тот вечер всё пошло не так. Сначала это была обычная заварушка — чужой район, чужие лица, крики, удары. Ничего нового. Но потом появился нож. Слишком быстро. Слишком близко. — ЧОНГУК! — крик Тэхёна разорвал воздух. Поздно. Металл вошёл в его тело с отвратительным звуком. Чонгук даже не сразу понял, что произошло. Только посмотрел вниз… и медленно осел на колени. Мир будто остановился. А потом… сломался. — Ты… — голос Юнги был тихим. Слишком тихим. Парень с ножом ухмыльнулся. — Сам полез. Это было последнее, что он сказал. Юнги не помнил, как оказался рядом. Не помнил, как его рука сжала чужое горло. Не помнил, как ударил. Зато помнил звук. Хруст. И тишину после. Они стояли над телом. Над двумя телами. — Мы… — Хосок впервые не мог закончить фразу. — Заткнись, — резко бросил Намджун, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. — Просто… заткнись. Чимин дрожал. Тэхён держал Чонгука, прижимая к себе, будто это могло удержать его здесь. — Хён… он холодный… — прошептал он. И тогда страх стал реальным. Настоящим. Не тем, который можно забить кулаками. — Интересно. Чужой голос. Они не заметили, как появились эти люди. Тёмные костюмы. Спокойные лица. Взгляды, от которых хотелось отвернуться. — Дети… а уже такие перспективные, — сказал мужчина, делая шаг вперёд. Намджун мгновенно встал между ними и остальными. — Убирайтесь. Мужчина усмехнулся. — Или что? Убьёшь меня так же, как он? Взгляд упал на Юнги. Тот не ответил. — У вас есть выбор, парни, — продолжил незнакомец. — Либо полиция. Тюрьма. Конец. - он сделал многозначительную паузу, — Либо… мы. — Нам не нужна ваша помощь, — сквозь зубы процедил Джин. — Нужна, — спокойно сказал тот и кивнул на Чонгука. — Особенно ему. Все замерли. — Он умрёт без нормальной помощи. Тишина стала давящей. — Что вы от нас хотите? — глухо спросил Намджун. Мужчина мрачно усмехнулся. — Всего лишь… чтобы вы стали полезными. *** Больница, запах антисептика, белый свет — всё было чужим. Чонгук лежал неподвижно. Слишком тихо. Слишком… не он. — Он в коме, — сказал врач. — Мы сделали всё, что могли. — Он очнётся? — спросил Тэхён, не отрывая взгляда от младшего. — Мы не можем ничего обещать. - вздохнул врач. *** — Теперь вы принадлежите нам. Контракт лег на стол. Намджун долго смотрел на него. — А если мы откажемся? — Тогда он останется здесь. Без дальнейшего лечения. Юнги сжал кулаки. — Сука… — Подписывай, — тихо сказал Джин. — Хён… — Подписывай, Намджун. Один за другим они кивнули. И в этот момент… они перестали быть просто компанией с улицы. Они стали оружием. *** Годы прошли быстро. Слишком быстро. Они учились убивать так же легко, как раньше дрались. Учились не задавать вопросов. Учились выживать. И постепенно… перестали быть теми, кем были. Только одно оставалось неизменным. Каждый вечер. Одна и та же комната. Один и тот же человек. Чонгук. — Ты бы видел нас сейчас, — усмехнулся как-то Хосок, садясь рядом с его кроватью. — Тебе бы это точно не понравилось, мелкий. Тэхён молчал, сжимая его руку. Юнги стоял в стороне. — Это всё из-за нас, — однажды сказал Чимин. — Нет, — резко ответил Намджун. — Это все ради него. Но даже он не был уверен, правда ли это. И однажды… — Показатели изменились! Мир снова остановился. — Он приходит в сознание! Тэхён замер. — Чонгук…? Пальцы его слабо дрогнули. А затем... Медленно… очень медленно… он открыл глаза. И первое, что он увидел — их. Но не тех. Не тех, кого он помнил. — …хёны? Тишина. И в этой тишине родился страх. Настоящий. Потому что теперь им предстояло объяснить… кем они стали. И главное — почему.