Наследник Тьмы

Гарри не помнил, как выбежал из дома, громко хлопнув дверями. Как мчался по улице, едва не попал под машину, как почти налетел на какого-то мужчину, который ещё долго кричал ему что-то не сильно красноречивое в спину. Его сердце колотилось, и он не мог понять - от страха это более, или гнева. Пожалуй, от всего сразу. Голова до сих пор звенела от удара, что прилетел от дяди Вернона. От криков тёти Петуньи и смеха кузена, которого он яростно ненавидел. Он всех их ненавидел, и не потому, что сам был плохим, избалованным ребёнком. Впрочем, кого он обманывал - его характер и вправду оставлял желать лучшего, но Гарри искренне считал, что в этом виноваты именно родственники. И каким бы он не был сложным, Гарри уверен - он не заслуживал на те слова, что говорили ему каждый день с отвращением, не заслуживал на побои и ежедневные наказания. Спина до сих пор болела после недавнего побоя, воспоминания о ремне и свисте, с которым он рассекал воздух - до сих пор вызывал дрожь. Гарри свернул за поворот и спрятался в переулке. Он не был уверен, будут ли его искать, но решил перестраховаться. Грудь тяжело вздымалась, синяки и раны пульсировали болью. Ноги подкашивались. Но он не позволял себе сесть. Ярость и гнев заставляли его стоять на месте, и лишь холодная стена была ему поддержкой. Гарри осторожно поправил очки. Те были и так полусломаны, он надеялся, что удар дяди Вернона по носу не сломал их окончательно. Он не так переживал за сам нос, как за то, что не сможет видеть. Он простоял так с добрый час, пока окончательно не убедился, что никто за ним не гонится. Это был последний день Гарри в доме Дурслей. ** Даже страшно подумать, как бы загремел "Ежедневный пророк" и весь магический мир, если бы узнал, что Мальчик Который Выжил, герой, победитель Тёмного Лорда - теперь живёт обычной жизнью попрошайки и целыми днями занимается тем, что ворует еду и убегает от магловских копов. В какой ужас пришло бы Министерство магии, если бы узнало, кого однажды Гарри встретил на улице... Все бы кричали о краже Гарри Поттера, о лживом министерстве, которое не сказало, что на самом деле Воландеморт жив, хотя и само министерство бы не понимало, как такое могло случиться. Но никто не узнал, и герой исчез тихо - как дуновение ветра. Том Реддл более не кричал о своей власти и не стремился захватить мир. Не так быстро. Возвращение к жизни далось ему слишком тяжело, а каким бы злодеем и тёмным волшебником он не был - Том всё же хотел жить. В тот день Тому не понадобилось заклинание Империуса или Круциатуса, чтобы заставить ребёнка пойти с ним. Когда он увидел героя магического мира, - тощего мальчишку со сломанными очками и худым телом, - то увидел в нём своё прошлое. Гарри навсегда запомнил день, когда он пошёл с этим человеком. Уже точно не помнил, к чему стремился, когда согласился. Хотел обещанной власти? Или просто внимания? Прошло много времени, несколько лет. Гарри рос в окружении холодных господ, Пожирателей Смерти. Беллатрисы, которая заботилась о нём, - если можно было так назвать изнуряющие тренировки, на которых она не давала ему продыха ни на секунду. Но Гарри не жаловался - он понимал, что это ради силы. Ради того, чтобы стать тем, кого больше никто и никогда не сможет ударить. Том, которого, как он узнал, в магическом мире называют Воландемортом, всегда внимательно наблюдал за тренировками, часто проводил и свои собственные, но больше не по магическому бою, а окклюменции. И самой большой наградой для Гарри было похлопывание по щеке, обжигающее холодом. Сначала он мог срываться. Кричать, даже плакать. Пугался собственных магических выбросов. Тогда его запирали в комнате, которая даже днём была очень тёмной, и там он приходил в себя. Закрытое пространство заставляло успокоиться. Но и подчиниться... Днём - тренировки, холод. Ночью - обжигающие мысли о том, сколько боли он сможет причинить когда-нибудь другим, и предвкушающее чувство приводило его в сладостный трепет. Он желал мести людям, которые отправили его к тем родственникам и заставили страдать. Магическая война уже закончилась, когда Гарри поступил в Хогвартс. Миром уже правил Воландеморт. Студенты в страхе преклоняли пред ними головы и даже колени. А Гарри вершил правосудие и чувствовал себя полным власти и тёмного удовлетворения. С приходом Воландеморта к власти в школу вернулись телесные наказания. Любая провинность - студента бросали на лаву и секли. Том никогда не отказывал Гарри в удовольствии понаблюдать за этим зрелищем. Гарри смотрел, упивался звуками ударов и на лице его появлялась полная наслаждения улыбка. Иногда просил ему самому дать плеть, особенно когда там встречались подростки - к детям он всё таки питал некую слабость. В такие моменты он чувствовал себя на пьедестале. Он стал самым верным и приближенным к Волендеморту соратником. В делах, помощи - а по достижению совершеннолетия и в постели. Казалось, в последние года Том только и думал об этом, и едва Гарри исполнилось семнадцать - приказал регулярно приходить в его комнаты. И Гарри исполнял приказ даже с неким удовлетворением. Он не мог сказать, была ли это любовь, и чувствовал ли он её - но когда на его плечах было столько власти, порой хотелось отдать контроль кому-то другому. И Гарри не сопротивлялся, когда тела касались настойчивые руки, даже в тех местах, куда он боялся и сам смотреть. Когда его прижимали к постели и не давали дышать настойчивым поцелуем. Когда прижимали запястья к подушке и не давали произнести ни звука. Через какое-то время он понял, что ему не хватает чего-то. Ответ пришёл при очередном "просмотре" порки. О своих соображениях Гарри сообщил Тёмному Лорду, на что тот ответил хриплым смехом, а чёрные глаза ехидно сверкнули красным. Следующей ночью когда он пришёл в комнату своего властелина - всё изменилось. Гарри ходил с исполосованной спиной и ноющими костями от веревок и плетей, но всё это наоборот вскруживало ему голову от удовольствия и каждый раз он хотел больше. То, что приносило ему раньше боль - стало тем, от чего он зависел. И физически, и морально. И Тёмный Лорд позволял ему хотеть большего - но сам брал вдвойне, и те бессонные ночи превращались в сладостные пытки, о которых Гарри мечтал без устали. Даже Пожиратели Смерти никогда не смели перечить и стоять на пути юного наследника, даже если им что-то не нравилось. Ибо видели, как их повелитель к нему благосклонен. Порой на Гарри накатывал страх. Что, если когда-нибудь всё это закончится? Что, если однажды он станет ненужным? Воландеморт увидел его мысли. И той ночью до посинения кожи на теле Гарри, до беспамятства, - доказал, что никогда не отпустит от себя парня, и сказал, что если увидит ещё подобные мысли - накажет втройне сильнее. Гарри лишь улыбнулся. И сразу сделал заметку, что так и заставит поступить своего Тёмного Лорда следующей ночью. Днём он любил подчинять. Ночью же - с удовольствием подчинялся сам.