Под звуки сирен

      Крик Клэр Кеннеди-Редфилд вырвался с дыханием, едва прийдя в себя.       Темнота поглотила спальню, когда кошмар рассеялся. Её грудь тяжело поднималась и опускалась, дыхание было резким и неровным, а сердце колотилось как при километровой пробежке. Алая пижама промокла насквозь, кожа покрылась испариной.       На мгновение она не шелохнулась.       Как в полудрёме.       По-прежнему в Раккун-Сити.       Не в том, который правительство похоронило много лет назад, а там, где ее сознание отказывается забывать.       В ночи раздаются звуки сирен.       Огонь взмывал в небо, и как весь город сгорал живьем.       И Леон.       Клэр крепко зажмурилась.       Все еще та картинка перед ней.       Кошмар начался точно так же, как начинаются воспоминания прошлого.       Дождь, барабанящий по разбитым улицам. Холодное неоновое сияние умирающего города. Ее бурые сапоги, брызгающие в лужах, которых была не только вода.       Она бежала.       Звала его по имени.       Как это было впервые.       Леон!       Двери полицейского участка выбиты.       Вестибюль выглядел, как погром после штурма: мраморный пол испачкан кровью, столы опрокинуты, гильзы валялись повсюду, как мелкий щебень.       Там был Леон Кеннеди.       На полу.       У Клэр снова отнимает дыхание, когда образ вновь навязывается в голову.       Он опирался об стойку перед эмблемой полицейского участка Раккун-Сити, прижав одну руку к боку, а вторую по-прежнему сжимал пистолет, пытаясь сопротивляться, когда мир вокруг угасал.       Кровь пропитала форму.       Слишком много.       Взглянув на нее, он приподнялся. Светлые волосы испачканы кровью. На его лице играла та же кривая улыбка, которую всегда ей дарил, когда обстановка становилась напряжённой.       — Эй… Клэр.       Ее желудок резко скрутило.       Даже во сне знала.       Знала, что рана слишком глубокая, знала, что времени мало.       Она опустилась рядом с ним и обхватила за плечи, слегка встряхивая его.       — Нет, нет, нет! Не теряй сознание, прошу.       Леон пытался что-то сказать, но не вышло. Голова медленно склонилась вперед, упираясь в ее плечо.       Пистолет выскользнул из его руки, а сирены пронзительно продолжали вопить.       Клэр резко открыла глаза.       Потолок спальни постепенно стал проступать перед глазами.       Ее руки дрожали, горло жгло так, словно кричала во всю, надрывая связки.       Она сидела в темноте, пытаясь отделить сон от реальности.       Леон не умирает в ее объятиях, не истекает кровью под эмблемой полиции.       Он...       Ее взгляд невольно скользит к пустой стороне кровати.       Холодные простыни.       Леон уехал рано утром.       Тихая комната вдруг казалась слишком просторной.       Клэр прижала ладонь к лицу и глубоко вздохнула.       Лишь сон.       Она уже это проходила, но оно стало перманентным.       Принимая бензодиазепин, сон гарантирован без сновидения. До сих пор удается Клэр не выдавать тревожность перед Леоном посреди ночи, успокаивая себя тем, что совместную жизнь, которую делят вместе — реальна, а не иллюзия разума.       Ранее такие эпизоды были … щадящими.       Призрак Раккун-Сити имеет тенденцию проникать в ее сон, когда она меньше всего ожидает.       В этот раз что-то ощущается иначе.       Ярче.       Острее.       Как будто оно пытается ей что-то показать.       Телефон вибрирует на тумбочке, звук нарушает тишину.       Клэр слегка хмурится.       Только близкие знают: когда что-то срочное, могут звонить и в позднюю ночь. Она тянется к телефону. Экран освещает темную комнату.       Шерри Биркин (4 сообщения).       У Клэр сразу сдавило в груди.       Она открыла сообщения.       Текст короткий, колеблющий.       Клэр.       Леон в Раккун-Сити.       Шёл по следу.       Он не выходит на связь. У меня не выходит возобновить канал.       Слова расплываются, перед глазами темнеет.       У нее сжимается нутро и перечитывает текст снова и снова.       Кошмар вновь всплывает в ее памяти.       Леон, прислонившийся к стене.       Кровь, пропитывающая насквозь одежду, а его голос затихающий.       Клэр сжимает телефон в руке.       — Нет, — шепчет она, — не позволю.       Она отбрасывает одеяла в сторону.       Ступая босыми ногами по холодному полу, она торопливо натягивала куртку. Хаотичные мысли сбивают рациональность.       Раккун-Сити.       Шерри не стала бы так говорить, если бы не случилось что-то неладное.       Клэр хватает шлем с кухонного стола, дверь квартиры с грохотом захлопывается. Выходя на улицу, городской воздух кажется резким и суровым. Мотоцикл стоит у обочины, все еще влажный после ночного дождя. Клэр запрыгивает на него и запускает двигатель.       Рев заполняет тихую улицу.       Ее руки сжимают руль.       Леон…       Морок витает в ее сознании.       Его голос, его кровь, как он скончался в ее объятиях.       Клэр сильнее нажимает на газ.       Мотоцикл рвется вперед по пустым проулкам. Уличные фонари проносятся мимо нее длинными золотистыми полосами, мчась по городу.       Грудь сдавило, до нестерпимости.       Раккун-Сити.       Из всех возможных мест.       Город, который едва не забрал его к себе. Город, который едва не убил обоих, прежде чем осознали с чем столкнулись. Клэр сильнее нажимает на педаль газа. Ветер хлещет по ее куртке, когда наконец в поле зрения появляется база бывших S.T.A.R.S. Здание возвышается из темноты, как твердыня, прожекторы освещают парковку.       Она жёстко тормозит у входа и спрыгивает с мотоцикла, не дожидаясь, пока мотор полностью заглохнет. Передние двери раздвигаются, когда она входит. Флуоресцентный свет внутри кажутся слишком ярким. Ее ботинки громким эхом раздаются по коридору. Дверь кабинета Криса приоткрыта. Он тут же поднимает глаза от стола, нахмурившись, он откладывает документ, который читал. Удивление промелькнуло на лице, когда он узнал сестру в проходе.       — Клэр?       Она снова и снова переживает тот момент, когда бездыханное тело Леона распласталось перед ней. Не в силах выдавить слово, когда невидимые руки тревоги душат шею.       Крис медленно встает.       — Что случилось?       Клэр с трудом сглатывает, скрывая дрожь в руках, скрестив на груди.       — Шерри написала, — и пока голос ее не подвел, продолжила. — Он пропал без вести.       Выражение лица Криса меняется. В комнате воцаряется тишина. Крису не нужно спрашивать, за кого идет речь. Оба знают, какой идиот — тот муж, за которого она вышла замуж.       — Леон не выходил на связь уже несколько часов. Как в воду канул, поэтому Шерри написала. — она ходила по офису, навязчиво проводя рукой по волосам. — В который раз он клялся, что это всего лишь чертова краткосрочная миссия!       Крис внимательно наблюдает за ней.       — Знаю, что это свойственно бывать и часто, — выпаливает она. — Понимаю, но…       Ее голос ломается. Свет в глазах меркнет, когда морок откровенно смеется над ней. Клэр перестает ходить по комнате, плечи слегка дрожат.       — Не знаю, как мне быть без него, Крис, — взмолилась она перед братом, признание вырывается быстрее, чем он попытался остановить ее. — Не после всего что...       Ее взгляд падает на серебряное кольцо. Она прижимает ладонь к губам, мягко касаясь по металлу, закрывая глаза, отказываясь доводить мысль до конца. Крис подходит к ней и кладет твердую руку ей на плечо.       — Клэр.       Она поднимает на него глаза.       — Я в курсе.       Она хмурится.       — Как?       — Нашли следы трекера сегодня вечером, — говорит Крис. — Моя команда сообщила об этом.       Клэр уставилась на него, Крис спокойно продолжил:       — Я отправил их два часа назад. Раккун-Сити не такой уж и большой.       Давящее чувство в груди слегка ослабло.       Этого мало, но достаточно, чтобы снова дышать.       Крис успокаивающе сжал ее плечо.       — Они обыскивают местность.       Клэр опустила взгляд, её пальцы бессознательно скользят по кольцу, холодный металл под кожей. Крис изучает ее, прежде чем снова продолжит.       — Ты всерьез думаешь, что такого парня как он легко одолеть?       Клэр медленно выдыхает. Несмотря на страх, сжимающий тело, на ее лице появляется хрупкая улыбка.       — Нет, — тихо говорит она, — он слишком упрям.       Ведь Леон Кеннеди уже слишком много раз обманывал смерть.       Ее взгляд скользит к окну.       Ночь за окном бесконечно растягивается над горизонтом города.       Где-то далеко, среди руин Раккун-Сити...       Леон вновь сражается.       Клэр отказывается верить, что тот кошмар был чем-то большим, чем просто сон. Потому что если это не так...       Она не готова жить в мире, где нет Леона Скотта Кеннеди.

***

      Клэр медленно делает выдох, потирая затылок. Прошло несколько часов с тех пор, как Леон вернулся с операции, покрытый синяками и кровоподтеками. Выглядит он лучше, чем она себе предполагала. В их квартире слабо пахнет кофе и холодным ночным воздухом, который Леон принес с собой. Ее взгляд скользит в сторону гостиной. Ее муж спит на диване, ранее уверяя, что не устал, но Клэр знает лучше. После отчета и сбора улик неудивительно, что ему пришлось пережить в Раккун-Сити, стоит только адреналину выйти из организма, что Кеннеди вырубился. Он растянулся на диване, который она настояла приобрести, накрыв глаза рукой, приглушенный свет мешал ему даже во сне.       Клэр тихо подошла ближе.       Леон редко выглядит умиротворенным, когда спит. Едва ли не каждую ночь брови сдвинуты, а челюсть слегка сжата, словно он все еще сражается с чем-то.       Сегодня ночью по-другому.       Он выглядит изможденным. Такой усталостью, которая проникает до самых костей. Клэр опускается на колени возле дивана, опираясь руками о его край. Просто наблюдает, как он дышит.       Медленно. Ровно.       Живой.       От этой мысли у неё защемило в горле. Тем же вечером она была на другом конце города, убежденная, что, возможно, больше никогда его не увидит. Воспоминание не полностью улетучилось. Она осторожно протягивает руку и смахнула прядь волос с его лба. Леон шевельнулся, но не проснулся, его рука вниз сдвинулась по груди. Кольцо на пальце отразило мягкий свет из кухни. Клэр слабо улыбается, кончиком пальца проследила по одной из царапин на металле.       — Все еще надеваешь его на ночь, — тихо шепчет она.       Сзади раздаются шаги. Клэр оглядывается через плечо, Крис прислонился к дверному проему кухни, скрестив руки. Как она этого не заметила.       — Разве ты уже не уходил?       Крис пожимает плечами.       — Ключи забыл.       Она поднимает бровь.       — Они в кармане.       Крис замолкает, потом вздыхает.       — В кармане.       Клэр качает головой.       — Никак не умеешь притворяться.       Крис отталкивается от дверного косяка и подходит ближе, приглушая голос, как только замечает спящего Леона.       — Выглядит скверно.       Клэр тихо фыркает.       — Как и после любой миссии.       — Верно, — бормочет Крис, — но был на грани.       Взгляд Клэр снова скользит к Леону.       — Слишком.       Между ними тишина. Крис прислоняется к стене рядом с диваном. Клэр не сложно было понять, что он наблюдает за ней.       — Нестись сломя голову через полгорода, — говорит он в конце концов.       Клэр не реагирует.       — Вся дрожащая, влетела в кабинет.       Она по-прежнему не отвечает, Крис вздыхает.       — Ты так не выглядела с времен инцидента Террагригией.       Клэр поднимает на него взгляд.       — Крис.       — Ты думала, что он мертв.       Слова тихо раздаются в комнате.       Клэр смотрит на свои руки, долгое время молчит и все же отвечает.       — Я увидела это.       Крис слегка хмурится.       — Во сне.       Голос Клэр звучит еще тише.       — Видела, как он умирал.       Чувство наваждения снова пробегает по ее спине. Крис внимательно наблюдает за ней. Клэр медленно выдыхает.       — Оно было реальным.       Крис кивает. Кошмары — ни для кого не новость. От них избавиться сложно. Клэр нежно проводит пальцами по волосам Леона.       — Он не представляет, как близко был, — шепчет она. — Иногда задаюсь вопросом, не слишком ли мы спокойно относимся к тому, что постоянно балансируем на грани со смертью.       — Уверен, что он это понимает, — Крис тихо хмыкает. — Но не покажет этого.       Клэр оглядывается. Крис работает с Леоном достаточно долго, чтобы распознать эту привычку.       Шутки. Отвлечение внимания. Остроты, после пережитого опыта, близкого к смерти. Тихая совесть, скрытая под сарказмом.       Клэр тихо вздыхает.       — Это так.       Ее рука теперь легко лежит на груди Леона, чувствует его сердцебиение сквозь ткань.       Жив. Все еще здесь. Все еще с ней.       Крис на смотрит на них обоих, потирая затылок.       — Знаешь… когда я получил известие о нем…       Клэр поднимает глаза, Крис слегка пожимает плечами.       — Он вынудил меня поволноваться.       Это заставляет ее слегка улыбаться.       — Ты?       — Что, удивлена? — Крис кивнул на Леона, источника причины. — Это твое влияние.       Клэр вопросительно поднимает бровь.       — Это прозвучало очень близко как… одобрение.       — Не привыкай.       Она слегка ухмыляется, а выражение лица Криса немного смягчается, он продолжает.       — Парень повидал само пекло.       Клэр кивает.       — Как и мы.       — Да.       Крис смотрит в окно, где вдали слабо светится горизонт Нью-Йорка.       — Но в отличии от остальных, у него есть к кому вернуться.       Клэр на мгновение следует за его взглядом, и возвращается к Леону. Ее пальцы слегка сжимают его ладонь. Потёртый серебряный перстень приятно холодит.       — Всегда, — тихо говорит она.       Крис отталкивается от стены.       — Так, ладно.       Клэр поднимает глаза.       — Тебе уже пора?       — Да.       Он направляется к двери, но останавливается.       — Клэр.       Она смотрит на него, Крис кивает в сторону дивана.       — В следующий раз, когда он исчезнет часа так на четыре…       Клэр вздыхает.       — Я в курсе.       Крис ухмыляется.       — Ты все равно прибежишь в офис, как на судный день.       Клэр не отрицает, Крис тихонько смеется и уходит. Она сидит рядом с Кеннеди. Леон сонно ворочается, убирая руку с глаз.       — Клэр?       Она мягко улыбается.       — Отдыхай, еще рано.       Леон прищуривается, глядя на неё.       — Опять смотрела, как я сплю?       Клэр наклоняется и нежно целует его в лоб.       — Ну если только немного.       Леон бормочет что-то невнятное и снова засыпает. Клэр еще немного остается, все еще держа ладонь.       Чтобы убедиться, что он здесь.       Чтобы убедиться, что морок остался сном.