Мастерство активного слушания

Бриенна не могла поверить в происходящее. С начала её первого рабочего дня прошло всего тридцать минут, а она уже сидела и выпивала с пациентом! — Меня уволят, — застонала Бриенна, глядя на виски в своём стакане. — И отберут лицензию. — Да успокойся ты. Я все решу, — опрокинув стакан залпом, Ланнистер с присущей всем самоуверенным богачам ленивой грацией поднялся с дивана, и подойдя к двери, защёлкнул замок — Вы не у себя дома, мистер Ланнистер! — её возмутила такая наглость и фамильярность. — Разве вы не должны задавать мне вопросы, просто Бриенна? — Джейме плеснул в свой опустевший стакан ещё виски. — Видимо, вы действительно слишком устали держать все в себе, — Бриенна решила, что, в её работе, главное было уметь слушать, а с виски или без, уже без разницы. — Почему вы решили разорвать отношения только сейчас? — Я… — Джейме на мгновение запнулся, будто размышляя, рассказывать ему или не нет. — Она не была счастлива в браке, — сказал он горько. — Я был нужен ей. И все ждал, чтобы когда-нибудь сбежать с ней на край света, где никто не знал бы наших имён. Бриенна глубоко вздохнула. Должно быть, это было ужасно больно. Вкус виски на языке напомнил ей о студенческих днях и вечеринках в кампусе. — И вы поняли, что она не хотела этого? Что все это не было взаимным? Ланнистер налил новую порцию виски. — Я и не понимал. Меня просветил младший брат… — он провёл ладонью по лицу, откинув назад волосы. — Он рассказал мне, сколько мужчин у неё было… Черт возьми. Я даже не могу сосчитать! — он с громким стуком поставил стакан. — Эй, не бей! Я даже не знаю, сколько стоит этот стол, — Бриенна проварила, не появились ли трещины. — К черту стол, — отмахнутся он. — Я куплю десяток таких. — Твой брат мог и солгать. — Не стал бы! — Хорошо. Давай тогда не будем о больном и сменим тему, — она подняла руки в примирительном жесте. — Как вообще начались ваши отношения? Возможно, мы сможем найти определённый набор качеств, объясняющий такую фиксацию на этой женщине, чтобы ты мог начать двигаться дальше. — У наших отношений нет конкретного начала, просто ну… — его лицо стало задумчивым. — Мы всегда были вместе. Я не помню без неё даже одного дня. Наш отец был настоящим дерьмом, а наша жизнь… — Стой, — Бриенна едва не поперхнулась глотком виски и решила, что ослышалась. — Ваш отец? В смысле, вас усыновили? — Нет, — выдохнул он, будто опомнившись понял, что ему придётся объяснять и это. — Я не понимаю, — Бриенна отставила стакан. — Ваши родители сошлись, когда вы были ещё детьми? — Да нет же, — повторил Джейме, будто она была умственно отсталая, и скрестил руки на груди. — У нас общие биологические родители. А она — моя сестра-близнец. Бриенна не нашла что ответить, и сосредоточилась только на том, чтобы захлопнуть рот. — Подожди… — её мозг грозил вот-вот взорваться. — А что конкретно ты подразумевал под понятием «отношения» со своей сестрой? Возможно, она просто не догадывалась о твоих… чувствах к ней. — Думаю, после рождения нашего третьего ребёнка она уже должна была о чем-то догадываться… Стакан выскользнул из её пальцев, грохнувшись об пол, но не разбившись. — …А ещё у нас как-то был секс на похоронах. Бриенна почувствовала острую необходимость последовать за стаканом. — Что? — понадеялась, что ослышалась. — Что? — повторил он за ней, пододвигая к ней свой вновь наполненный стакан. — Пей давай. Она поморщилась, но глотнула сразу все. — Как это произошло? — все, что смогла выдавить она. — В смысле, спасибо, что открыл такую сокровенную информацию, бла-бла, не представляю, каково это держать в себе, но… Как, черт возьми, вы с сестрой до этого додумались?! Джейме откинул голову назад, задумчиво глядя в потолок. — Не знаю. Я бы мог сказать, что это из-за того, что наша мать умерла, что наш отец нас не видел в упор, и мы были всегда предоставлены сами себе, но это такой бред! Даже если бы мы все жили в одной комнате и круглые сутки за нами бы наблюдали, это не уменьшило бы моего интереса к Серсее. Её, конечно, больше была интересна история о сексе на похоронах, но да ладно, она ведь психолог, раз он решил повернуть в корень их с сестрой отношений, следовало его выслушать. — Имя как у суки, — Бриенна сказала это прежде, чем успела осознать, но виски уже немного ударило ей в голову. Черт. Джейме пожал плечами. — Многие считают её такой. — А ты сам? — Да, — просто ответил Ланнистер, неосознанным движением поправив свои безупречные золотистые волосы. — Она — жестокая, хладнокровная, и абсолютно безжалостная манипуляторша. Но это не меняет моих чувств к этой похотливой сколопендре. Бриенна едва не сдержалась, чтобы не рассмеяться и твёрдо решила больше не трогать виски, ведь совсем не маленьких размеров бутылка и так была уже на половину пуста. Или на половину полна? — Расскажи о вашем детстве. Когда ты впервые почувствовал влечение к своей сестре? Что именно в ней привлекало тебя больше всего? — Бриенна попыталась срыть слишком явный интерес в собственном голосе. Ведь как так, черт возьми? Что за вселенский закон подлости? Он сам назвал её похотливой сколопендрой, почему же все ещё был с ней. И почему у неё самой, Бриенны, никто не задерживался надолго, хотя она пыталась был хорошей изо всех сил? Где здесь логика? — Я не знаю. Серсея всегда была рядом со мной, мы вместе играли, спали, ели, мылись, даже менялись одеждой. Думаю, мы не считали себя двумя разными людьми вначале. А потом… в какой-то момент мы стали интересоваться… — Джейме задумчиво чертил кончиком пальца круги на своём колене. — Серсее было интересно, почему одно маленькое отличие между нами виновато в том, что её заставляли ходить на пение и танцы, а мог выбрать более интересные занятия, например, фехтование и футбол. Все эти розовые платьица и бантики в которые её одевали… Она терпеть их не могла. Я даже надевал её одежду, чтобы она могла ненадолго стать мною. А потом, мы начали играть… Просто запирались в комнате и разглядывали друг друга, что-то представляли, смотрели фильмы на старых кассетах и играли во взрослых… — он закатил глаза, усмехаясь и вспыхивая до ушей. — Хорошо, что я уже не помню всего. Мне хотелось касаться её, мне нравились её волосы, нравилось, что самая красивая девочка в мире была моей и только моей. И мне нравилось, что ей тоже нравилось все то, что мы делали. Это был наш секрет. Бриенна в который раз глубоко ужаснулась, не в состоянии вспомнить хоть что-то чему её учили в университете и на практике. — Могу сказать, что в детстве это нередко случается, — ответила она, удивляясь собственным словам. — Формирование сексуальности и собственной идентичности происходит задолго до полового созревания. Это нормально. Но, насколько я могу судить из рассказа, ты никогда никого другого не замечал? Зеленые глаза её собеседника остро сверкнули. — Не правда. Я не ходил с мешком на голове, Бриенна. И у меня никогда не было проблем со зрением. Но абсолютно все девочки, девушки и женщины никогда и в подметки не годились моей сестре. Они просто не Серсея. Но черт… Она сведёт меня в могилу! — вскричал Джейме, вновь потянувшись за бутылкой. — Моя жизнь становится такой отвратительно пустой без неё. Что бы я ни делал, чем бы ни занимался, я всегда жду момента, когда мы наконец встретимся и я прижму её к себе… — он будто одернул себя, за проявление эмоций. — Это исключительно сексуальное влечение? — она хотела все глубже прощупать почву. — Нет, — Джейме скривился. — В смысле, да, трахать её — просто бесподобно, и я никогда не упускаю любую возможность сделать это, но это далеко не все, — от переполнявших его эмоций он вскочил на ноги, принявшись ходить по кабинету взад-вперёд. — Когда мы вместе, все будто становится на свои места. Будто я наконец становлюсь собой вполне. Целым. И это приятно. Пусть и её поведение ужасно бесит меня и иногда я ужасно хочу её придушить, — стиснув зубы, он сжал руки в кулаки. — Когда я один… мне то и дело хочется… — он снова запнулся, громко сглатывая, — сказать ей что-то, обсудить, пошутить. Никто другой не поймёт меня так же хорошо. Половина меня будто отсутствует. Я думал, что после смерти её мужа она будет только моей. А она в это время спокойно трахается с другими!!! — он изо все сил пнул ногой стену. — Понятно все с тобой, — Бриенна кивнула. — Это совершенно естественно. — Серьёзно что ли? — скептицизм в его голосе граничил горьким сарказмом. — Понимаешь, у близнецов уже с рождения есть некая психологическая связь, и даже, если дети слабы и нуждаются в помощи — их не разлучают. Вы выросли вместе, провели всю жизнь вместе, и проявление интереса — далеко не редкость среди братьев и сестёр, пусть многие и отрицают это. Но твоя связь с ней, за счёт каких-то особых обстоятельств укрепилась куда сильнее, и у тебя просто не было возможности строить эмоциональные контакты с людьми вне этих отношений, ты просто не искал ничего помимо неё, а ещё, ты почти полностью утратил границы своей личности. — Слушай, я вообще не понял, что ты хочешь этим сказать, — Джейме без грамма стеснения подошёл к её пока ещё совсем пустому рабочему столу, и отодвинув крышку, выудил из ящика сигары. — Это все очень заумно и интересно, но что мне с этим делать? Бриенна не заметила, как выпила ещё, засматриваясь на точеный профиль Джейме. Ей захотелось его нарисовать. И она подсела к нему на диван. Его длинные изящные пальцы обхватывали сигару. Ногти были идеально ровно подстрижены, а на кутикуле — ни единой, даже малюсенькой, заусеницы. Бриенна давно заметила, что неухоженные мужские руки отталкивали её куда сильнее, чем даже самое уродливое лицо. — И что блин тебе не понятно? — она фыркнула. — Ты просто слился с ней. Как сиамский близнец. — Прикольно звучит, — хмыкнул Ланнистер, садясь прямо на стол. — Слышал, у них может быть даже одно сердце на двоих. И остальные органы тоже. Например, печень. И один тогда умирает при разделении, разве нет? — Да, — Бриенна кивнула, но во время опомнилась. — То есть нет. Ты-то тут вообще причём? Твоя печень в полной безопасности. И твоё сердце мы вернём туда, где ему положено быть. У тебя есть какие-нибудь интересы или хобби? — У меня полно этих сраных интересов, — пробормотал он, возясь с зажигалкой, — И дофига долбаных хобби. Яхты, — кивнул он, прикуривая. — И большой теннис. Гольф. Верховая езда… — А те, которые вот вообще никак не связаны с твоей сестрой? Ланнистер задумчиво посмотрел куда-то в потолок, закуривая. После затянувшийся паузы Бриенна кашлянула. — Все так плохо? — Иногда я скупаю прикольную недвижимость, это считается? — Уже хоть что-то, — Бриенна поморщилась от окутавшего её облака дыма и от мысленного сравнения собственной жизни с его. — О, я все ещё обожаю фехтование! Серсея до сих пор презирает его, потому что ей отказали в занятиях в детстве. Но с Мирцеллой часто тренируемся вместе. Бриенна решила, что вряд ли бы этот мужчина так далеко ушёл в свою зацикленность от сестры, если бы у него была необходимость каждый день ходить на работу и думать, как бы обеспечить себя базовыми потребностями. Так или иначе, ему бы пришлось контактировать с миром за пределами зоны комфорта и его сепарация произошла ты уже давно. Прокрутив в голове последнюю его фразу, Бриенна переспросила: — А Мирцелла это…? — Моя дочь, — ответил он с такой гордостью, словно это было его самым большим достижением в жизни. — Ей всего пятнадцать, но она делает куда большие успехи, чем я в её возрасте. Бриенна приподняла брови. Какая гармоничная семья. — То есть со своими детьми ты общаешься. А они знают о том кто ты им? — Бриенна решила лишний раз не произносить этого вслух. — Конечно, мы общаемся, особенно после смерти мужа Серсеи, — Джейме скривился её удивлению. — И нет, ни Джоффри, ни Томмен пока ни о чем не подозревают, Серсея не хочет шокировать их и боится, как бы не пошли слухи. Пока знает только Мирцелла. Бриенна неосознанно придвинулась ближе. Вот это было уже интересно. — И как же так вышло? — Ну… — Джейме пожал плечами. — Она увлекается естественными науками, и единственная из всех моих детей слушала курс биологии в школе внимательно. Её смутили группы крови. У её «отца», — Джейме показал пальцами кавычки, — группа крови была… — он призадумался, — четвёртая вроде бы, а у Мирцеллы первая. Потом она испугалась, что её удочерили и решила в тайне сдать тест ДНК. Я порезал палец о её виолончель и она, воспользовавшись подвернувшимся случаем отнесла салфетку в лабораторию. С результатами она направилась прямиком ко мне. Бриенна в ужасе представила себя на месте этой бедной девочки. — Она, должно быть, была в полном шоке? Или в ярости? — Да нет, — пожал плечами Джейме. — Она тогда принесла пончики с кофе и, на всякий случай, попросила подтвердить, точно ли Серсея её мать. Все прошло спокойно. Она сказала, что в глубине души даже не удивлена, видела, как мы с Серсеей смотрим друг на друга, — Джейме едва сдерживал улыбку. — Она даже стала называть меня папой, когда мы одни. — Наверное, вы с ней хорошо ладили ещё до этого открытия? — Да, мы провели много времени вместе, я практически её вырастил. Так вышло, что Серсея забеременела снова, когда Мирцелле было всего три месяца, и до самих родов она мучилась ужасным токсикозом и была так слаба, что теряла сознание, едва вставала с кровати, а потом появился малыш Томмен, немного раньше срока, и забрал все её внимание. У Джоффри была няня, а Мирцелла была ещё слишком мала, чтобы доверить её чужим людям. Её «отца» она практически вообще никогда не интересовала и он не возражал, что я на время переехал к ним, чтобы как заботиться о них обеих. Когда Мирцелла подросла, я сделал ей детскую её мечты у себя дома, с огромным кукольным замком и всеми игрушками, что она когда либо хотела, Мирцелла все чаще оставалась у меня. Серсея немного ревновала, что я переманиваю дочь к себе, но Мирцелла уверила её, что любит нас двоих одинаково. Бриенна отчаянно пыталась это переварить. Насколько же был слеп муж его сестры, что ничего не замечал. Под его носом жила полноценная семья, в которой он был лишним. Здесь было ужасно все, но если девочка была счастлива… Не все могли похвастаться любящими отцами, или вообще отцами. — А её не смутили ваши… куда более крепкие родственные узы? Ланнистер пожал плечами. — Мы не выбираем кого любить. Она сказала, что ей нравится видеть Серсею счастливой, и что лучшие её воспоминания, это когда мы выбирались куда-нибудь все вместе, только впятером. К сожалению или к счастью, Мирцелла растёт слишком быстро и уже сама успела влюбиться в одного… Тристана, — Джейме закатил глаза. — Впрочем, он неплохой парень, они с восьми лет пара на бальных танцах, он всегда был гостем на её днях рождения и она на его. А ещё, он точно знает, что я умножу его на ноль, если с головы моей девочки упадёт хотя бы волос по его вине. Бриенна не представляла себе, как бы она отреагировала, узнав, что её дядя, на самом деле её отец. Хотя нет. Два в одном. Отцодядя что ли? Она хотела ещё выпить, но сдержалась. — А сыновья? Джейме пыхнул сигарой. — Джоффри выбирает колледж, вернее, Серсея выбирает, чтобы он там перезнакомился с отпрысками всяких выскочек. А Томмен проводит почти все время в приюте. Бриенна распахнула глаза. — В каком ещё приюте? — Для животных, разумеется. Решил заняться волонтёрством и теперь дома его почти не бывает. Его бы воля, забрал бы всех котов и жил бы с ними. Бриенна глубоко вздохнула. А ведь она раньше была твёрдо уверена, что от близкородственных связей рождаются только больные дети. Удивительно. Бриенна поймала себя на том, что зависла на рассматривании пуговиц на рубашке Джейме, совершенно отклонившись от реальности. — Подожди, что-то мы свернули не туда. Мы ведь хотели найти тебе занятие, отдельное от твоей сестры. А какая у тебя работа? Джейме призадумался. Переход с семьи в работу явно получился резковат. — Мне принадлежат акции нескольких довольно крупных корпораций, которые приносят постоянный доход, а ещё, после смерти отца руководство его банка тоже перешло ко мне, и хоть всем занимается в основном Серсея, я иногда прихожу на всякие встречи с инвесторами, подписываю документы. Но это так глупо. Я чувствую себя идиотом на всех этих собраниях. Я вообще не понимаю, чего ради там собираться. — То есть ты… — Бриенна воздержалась от слова «безработный», — имеешь много свободного времени. — Поверь, его никогда не хватает. Ты выглядишь, как заучка и точно должна знать каково это, когда в сутках не хватает часов. Бриенна вспыхнула. Почему он вдруг это сказал? Она ещё со школы была той ещё заучкой. Но как иначе получить место в университете тем, кто не родился с золотой ложкой во рту? Да и чем он был занят, в конце концов? Настоящий чёртов мажор! Бриенна хотела шлепнуть себя по щеке. Нельзя. Нельзя осуждать пациентов. Она снова потянулась за выпивкой, желая притупить своё раздражение. — Думаю, стоит начать выстраивать твои личные границы, расширять круг твоих самостоятельных интересов, о которых твоей сестре не будет известно. — Ей всегда все известно, — Джейме выдохнул очередное облако сизого дыма. — Это же Серсея. — А она что, Бог? — Бриенна отобрала у него сигару, тоже желая попробовать. — Око Саурона? — Богиня, — Джейме усмехнулся, когда она закашлялась от слишком крепкого дыма. — Меня сейчас стошнит, — Бриенна закатила глаза, притом, реально ощутив тошноту. — Отлипни от неё наконец. Боги… Тебе нужно завести друзей, — она потёрла глаза, пытаясь игнорировать то, что она уже была пьяна. Причём непростительно сильно для… Полудня. Уже был полдень. Черт возьми. — Меня из-за тебя уволят, — простонала она, пытаясь встать и дойти до стола. — Ты просто в сопли, — Джейме расхохотался. — Но не переживай. Я возьму тебя в аренду на весь лень. — Что? — Бриенна опёрлась о стол. — Я тебе что… лыжи напрокат? — Сегодня да. Бриенна удивилась, как этот мужчина совершенно не выглядел пьяным и шёл твёрдо и прямо. Он покинул кабинет, оставив её один на один с почти пустой бутылкой. Воспользовавшись одиночеством и личной уборной, она освободила свой организм от избытка промелий, как и всегда во время особенно бурных тусовок. Обычно, после такого ловкого приёма, ей выпадала честь дотаскивать своих университетских приятелей до их комнат в кампусе, будто тяжело раненых солдат после битвы. Сила притяжения была особенно сурова с проигравшими. Мир вокруг будто жил отдельно от неё, но в груди щекотало то, что бывало с ней крайне редко Азарт и предвкушение. А ещё, она боялась, что Джейме Ланнистер передумает и все возможное приключение сойдёт на нет.