Продолжение Фелинии

Центр Антрополиса. Огромнейший центр, огромные компании бьются лишь за место рекламы на этих огромных экранах. Технологии. Водитель: Приехали. Ах да. Блейз засмотрелся в машине на пролетающие мимо огромные здания и достопримечательности. Вместе с Блейзом ехал его представитель — Рейни Блю. Рейни: Всё, Блейз, выходи. Опять куда-то идти. Блейз неловко нажал на ручку, которая магическим способом открыла дверь. Чудные технологии. Хотя Рейни уже был рад, что он вообще умеет нажимать на неё — его тренировали вчера, чтобы просто не выглядеть глупо, особенно перед представителем мэра. Вышли они около другого большого здания, которое выглядело более красиво, но менее технологично. Даже трудно передать текстом, насколько оно огромное и красивое, учитывая, что здание в форме какого-то утёса. Это было весьма красиво. Рейни: Блейз, не отставай. Рейни сильно нервничал, для него это событие века. Блейз тоже волновался, но это ничем не выражалось. Блейз и Рейни были переданы какому-то охраннику... Ну, Блейз так думает... Наверное. Эта маленькая кучка прошла какие-то «посты» и в итоге зашли в какую-то кабину. Этот охранник нажал на кнопку, какие-то пропуски вставил, и кабина резко начала подниматься. Слава Фелису, Блейза предупредили об этом, и он не начал паниковать. ~Дынг ~: 149 этаж Кто это говорит? Эх, ладно, потом спрошу. У Блейза в целом было много вопросов, но он понимал, лучше их придержать для Рейни после этого события. Все медленно вышли из этой кабины и пошли к каким-то дверям. ~Шик Сами открылись... Это что за хрень? Перед друзьями открылся отличный вид: просторная комната с столом и креслом, в котором, видимо, и сидит «Корнелиус». Неплохое местечко с отличным видом на город, не зря делали такое высокое здание. Корнелиус: Приветствую. Рейни как будто сидел на иголках, хотя он стоял. Блейз же стоял рядом с ним. Блейз думает, что если Рейни так далеко стоит, значит, не надо ближе. Корнелиус Фолкнер неспеша поднялся из кресла и начал свою речь. Корнелиус: Господин Блейз. По виду Рейни можно понять, что голос мэра вызывает у него мурашки — он стоял как столб. Корнелиус: Я не стану ходить вокруг. Вы сделали то, чего не смогли сделать мы. Система, которая десятилетиями выстраивалась, оказалась прогнившей до основания. А мы — те, кто должен был это видеть — смотрели и не замечали. Корнелиус на удивление начал хвалить Блейза, Рейни чуть расслабился. Корнелиус: В городе, где каждый день что-то взрывается, где люди боятся выходить на улицы, где власть десятилетиями сидела в одном и том же «Чёрном доме» и никто не задавал вопросов — вы пришли и сказали правду. Не через суды. Не через жалобы. А просто — взяли и показали. Блейзу стало неловко от таких комплиментов. Корнелиус: Ваше видео посмотрели миллионы. Я смотрел его дважды. Вы говорили не как политик. Вы говорили как человек, которому надоело молчать. Многие из тех, кого арестовали, работали в этом здании. Сидели в кабинетах этажом ниже. Я здоровался с ними. Я подписывал бумаги, которые они приносили. Я не знал. И это — моя вина. Но Корнелиус резко просил острый взгляд на Блейза. Корнелиус: Но меня всё же интересует один единственный вопрос... Напряжение можно было не просто понюхать, его можно было выпить. Корнелиус: Как вы узнали то, чего никто не знал? ... Рейни как ответственный решил ответить. Рейни: Т-тут такое дело... Он не из города... Лесной... Несмотря на то что это обыкновенный вопрос, Рейни обливался потом, и Блейз даже заметил, что он едва дрожит. Пауза. ... Взгляд Корнелиуса смягчился. Корнелиус: Понятно... Тогда всё становится на свои места. Пронесло. Вдруг глаза Корнелиуса загорелись. Корнелиус: Я не стану спрашивать, как ты выживал. Не стану благодарить за то, что ты сделал. Ты не ради благодарности это делал. Корнелиус говорил очень спокойно и заманчиво. Корнелиус: Я хочу предложить тебе кое-что другое. Что-то намечалось. Корнелиус: Ты первый, кто вышел из леса и заговорил. Ты первый, кого услышали. И если сейчас мы ничего не изменим, то через год, через десять лет снова появится кто-то, кто скажет «это не наша проблема». И снова будут те, кто живёт за чертой. Те, кого мы не видим. Те, кого мы называем «лесными», как будто это не люди. Умелая дипломатия, однако же. Корнелиус: Я хочу создать должность, которой раньше не было. Управляющий делами лесных жителей. После этих слов было понятно, что будет дальше. Корнелиус: Не советник. Не помощник. Не придаток к моему кабинету. Отдельная позиция, которая имеет право голоса, право инициировать проверки, право доступа к документам и право говорить от имени тех, у кого никогда не было голоса. Очень сладко. Корнелиус: Ты не обязан соглашаться. Ты можешь отказаться, и я не буду больше поднимать этот вопрос. Возможность отказаться. Корнелиус: Но я хочу, чтобы ты знал: если ты согласишься, то у тебя будет не должность. У тебя будет возможность сделать так, чтобы никто больше не говорил о лесных в прошедшем времени. Чтобы никто больше не называл тебя «лесной» как приговор. Идеальная дипломатия. Кто бы от неё не расплылся бы? ... Блейз знал, что если согласиться, это будет большая ответственность, но отказ — это прямой знак того, что ему всё равно на лесных. Тяжело. ... Спустя минуту молчания Блейз произнёс. Блейз: ... Да. Это слово имело вес. Огромный вес. --------------------------- ~Топ, топ, топ Чёрт, какой же неудобный этот костюм! Блейза, по его мнению, нарядили как дурачка. Этот чёрный пиджак и белая рубашка с галстуком выглядели отлично на Блейзе. Дома Алекс даже чуть ли не поцарапала его костюм в состоянии полнейшего восхищения. Самому Блейзу было неудобно, и ему не особо нравилось в нём идти. Сколько ещё можно идти, где зал? Блейза сопровождали его охранники в место «Зал Управляющего Делами Лесных Жителей», проще говоря — зал, где и будут писаться законы, и будут участники, и многое другое. Чистый лист, на котором Блейзу предстоит писать. Спустя ещё минуту эта группа дошла до входа. Как только двери открылись, перед Блейзом предстал огромный зал. Он, конечно, не очень большой, но он уже больше их главной коммуны. Вау. Блейз с волнением начал подниматься за кафедру. Надо было начать. В зале не было участников, ведь Блейз никого не назначал — это поистине новая отрасль, которой никогда не было. Блейз: А где мне, собственно, принимать решения? Охранник: Можем пройти в ваш личный кабинет, он находится недалеко. Блейз: Опять идти?! Охх... Ладно, идём. Спустя несколько минут они всё же дошли до места, где будет начинаться история отрасли. Блейз устало сел за стул. Надо что-то написать. ... Ну, начнём хотя бы по плану. Первое, что Блейз написал: «Право Лесного Жителя». За двадцать минут Блейз уже закончил писать свой первый закон. В нём говорилось, что лесной должен быть равен с городским, и если зашёл в общество городских, значит, нужно придерживаться их законов и правил. «Обучающие центры» — Закон о социализации: в некоторых местах будут специальные районы для социализирующихся лесных. «Закон Центров» — Закон о правилах в тех районах, где социализируются лесные, что, например, там будут специальные психологи и другие специальности, помогающие продвигать социализацию. «Право Миграции» — разрешается спокойная миграция, но обязательный досмотр на болезни, другие психологические тесты для безопасности. «Право слова», «Суд Лесных», «Право Коммерции» и т.д. Законов было очень много, Блейз писал их весь день. Надо было продумать каждый момент, от этого зависели целые общества. Надо отправить на проверку, или как там её. Да, проверка. Блейз: Отнесите, пожалуйста, мэру. Охранник аккуратно взял бумаги и вышел за дверь... Так. Блейзу надо было ждать. Кроме законов в тех бумагах была ещё одна бумага с личными просьбами. 1 — Предложение выдвинуть своих доверенных лиц в помощники и совет. 2 — Просьба активно рекламировать миграцию в город, если, конечно, его все бумаги будут подписаны. Надо было ждать. Как хорошо. Лен неплохо поднялся по карьере какой-то политической шишки. Кафе Вэл начала чаще посещаться из-за слухов, что она сожительница «Героя», то есть Блейза. Гизмо стал известным, ведь помогал, по слухам, Блейзу, его заработок очень поменялся в лучшую сторону. Остальные ребята не работают, но из-за согласия Блейза они перебрались в дом побольше. Намного больше. Пент- нет, Пинхаис? Пент-пентхаус, вот! Конечно, ещё чуть денег пошли на улучшение как раз карьеры Вэл, Лена и Гизмо. Удобненько. Пока Блейз размышлял, уже пришёл ответ. Все бумаги подписаны, а личные просьбы остались без ответа, но с какой-то галочкой. Одной... надо ждать. ------------------------- Блейз: Я дома! Блейз наконец-то пришёл домой. Блейз уже закончил седьмой день своей работы. В городе начались необратимые процессы. Социализация и внедрение нового общества. А жизнь Блейза шла своим чередом. Алекс: Ура! Алекс прилетела на крыльях веселья и, как всегда, была полна энергии, казалось, она даже подпрыгивает от волнения. Блейз: Ты такая же неугомонная. Блейз говорил это с привычным раздражением. Блейз: Ты же помнишь, завтра тебе надо быть в совете? Только, пожалуйста, не разнеси мне весь стол. Алекс: ПОМНЮ, ПОМНЮ! Не разнесу! Блейз уже снял официальную одежду, Алекс не могло это не вздернуть. ~Пых Алекс облепила Блейза то ли объятиями, то ли просто держалась за него. Блейз медленно отлепил её. Блейз: Ладно, ладно. Пошли, как я и обещал, почитаем. Гизмо, как всегда, что-то чинил. Лен ещё не вернулся, как и Валентина. Куки читала новые книги, Мими увлекалась новыми материалами для вязания. Рейни же просто гулял и наслаждался жизнью. Не зря Рейни наслаждался жизнью — скоро он будет его советником. Алекс: ПОШЛИ, ПОШЛИ! Я специально ради тебя не читала, пока тебя не было! Блейз: Спасибо-спасибо. В голосе у Блейза не слышалась благодарность, но отчётливо слышалась его спокойность и комфортность. Ему было комфортно с ней общаться, хоть он это и заметил относительно недавно. Предстоит длинная, изматывающая и очень эмоциональная сессия чтения книг. Но, несмотря на всё это, Блейз заметил одну вещь, которая в лесу не проявлялась из-за слишком простой системы. Жизнь шла.