Зов тишины

Съемки 25 сезона «Битвы экстрасенсов» в самом разгаре. Заброшенная усадьба в Ленинградской области встречала участников промозглым ветром и запахом сырой листвы. Семён Лесков стоял чуть поодаль от съемочной группы, засунув руки в карманы длинного черного пальто. Он наблюдал. Не за ведущими и не за заданием, а за ней. Она появилась в кадре недавно, и уже о ней шепталась вся съемочная группа. Высокая, статная, с копной темных волос и цепким взглядом человека, который видит гораздо больше, чем положено. Звали её Алиса. Одета она была так, словно собиралась не на кладбище душ умерших, а на светский вечер: короткое платье, обтягивающее фигуру, и умопомрачительные каблуки, которые противно цокали по разбитому асфальту, рискуя провалиться в щели. Семён хмыкнул. Ну надо же. Явилась, блин, королева бала. Ведущий дал задание: нужно было узнать причину смерти трёх мужчин в заброшенном месте. Задание было не из простых, но все участники ждали своей очереди с высоко поднятой головой. Алиса, гордо цокая каблуками, прошла мимо Семёна. Он специально встал у неё на пути, загораживая проход к зданию. — Дорогу, пожалуйста, — холодно бросила она, даже не взглянув на него. — А вы уверены, что вам туда? — лениво протянул Семён, кивая на её ноги. — Там корни, ямы. Ваши шпильки застрянут. А если упадёте, платье порвёте. Алиса наконец остановилась и медленно перевела на него взгляд. В её серых глазах плясали бесенята, но голос остался ледяным: — Беспокоишься о моём гардеробе, Лесков? Мило. Но красотой, в отличие от некоторых, я победу брать не собираюсь. Семён усмехнулся, но не обиделся. Наоборот, в его взгляде мелькнул интерес. Обычно люди проявляют слабину, даже не понимая, что это простая манипуляция. Эта же просто отшила его, поставив на место, и пошла дальше, даже не оглянувшись. — Эй, — крикнул он ей в спину. — Сломаешь ногу - не зови на помощь! — Не дождёшься! — донеслось в ответ, прежде чем она скрылась за поворотом. Семён покачал головой. Забавная. И сильная. Он почувствовал её силу ещё отборочном туре - плотный, тяжелый кокон энергии, который она, в отличие от других участников, даже не пыталась демонстрировать. Она его прятала. Или не умела пользоваться. Это было странно и интригующе. Съемки затянулись до сумерек. Солнце село, и заброшенное здание погрузился в полумрак, который так любят операторы для создания «атмосферы». Семён уже выполнил задание. Он сделал все, что от него требовали. Сейчас он стоял около автобуса, на котором они приехали. Семён не курил. Вообще. Он презирал эту привычку, считая, что дым забивает каналы восприятия. Рядом с ним кто-то из съемочной группы дымил сигаретой, и Семён брезгливо отодвинулся. — А где эта, в платье? — лениво спросил он у ассистентки. — Алиса? Осталась в здании. Давно уже там. Может проведаешь её? — девушка махнула рукой в сторону темнеющего вдали двухэтажного здания с пустыми глазницами окон. — Она сказала, что ещё что-то почувствовала и не может уйти. Скоро ночь, а у неё даже фонарика нет. Чокнутая. Семён нахмурился. Он посмотрел на здание. Обычное место силы - точнее, место боли. Там когда-то давно повесилась девушка. Ничего опасного, просто эхо эмоций. И вдруг его будто током ударило. Он не услышал голос. Он не увидел картинку. Он почувствовал волну липкого, животного страха, которая накатила оттуда, из темноты, и так же быстро схлынула, словно её заткнули пробкой. Но он успел опознать «подпись». Это была её энергия. Алиса. — Твою ж дивизию, — выдохнул Семён, отбрасывая мысль о том, что «она просила не лезть». Он рванул к старому зданию быстрее, чем операторы успели спросить, куда он пошёл. Внутри всё кипело от злости и странного, незнакомого ему раньше чувства. Страха? За неё? Глупо. Она сама виновата, попёрлась в самое пекло на каблуках. Внутри было темно, хоть глаз выколи. Семён шёл на ощупь, но больше ориентируясь на магический след. Он чувствовал её присутствие как горячий шар в груди. Она была на втором этаже. Он влетел в комнату и замер. Алиса сидела на корточках в углу, прижимаясь спиной к стене. Её короткое платье задралось, но Семёну было не до того. Она дрожала. Не от холода - от ужаса. Её зрачки были расширены так, что почти закрывали радужку, а изо рта вырывался сиплый, прерывистый хрип. Вокруг неё была тьма. Не метафорическая, а самая настоящая, энергетическая. Сущность? Нет. Это было что-то вроде эха насильственной смерти, которое, почувствовав живую, но ослабленную душу, попыталось вцепиться в неё. — Алиса! — крикнул Семён так, что казалось, что старая штукатурка сейчас посыпется с потолка. Она дёрнулась, но взгляд остался бессмысленным. Она не видела его, она была в ловушке собственного страха и чужой боли. Семён выругался сквозь зубы. Он шагнул в центр комнаты, рассекая пространство руками, словно раздвигая плотный занавес. Он был сильнее. Намного сильнее этой дряни. Но проблема была в Алисе. Тьма держалась за неё, потому что сама Алиса её кормила своим ужасом. — Слышишь меня? — Семён опустился перед ней на корточки, схватив за плечи. — Прекрати! Ты сильнее! Соберись! Он чувствовал, как его сила пытается выжечь эту ментальную грязь, но та отрастала снова, питаясь её паникой. — Чёрт, — прошептал Семён. Доминировать над ней силой было нельзя - он мог сломать силу Алисы. И тогда он сделал единственное, что пришло в голову. Он перестал давить. Он просто раскрылся. Создал вокруг них обоих плотный купол, который Семён называет «защита от сил». Не от внешних, а от внутренних. Он накрыл ею Алису, как одеялом, блокируя её собственный дар и доступ к нему извне. В ту же секунду Алиса судорожно вздохнула, как человек, вынырнувший из-под воды. Тело её обмякло, и она без сил уткнулась лбом ему в плечо. — Тише, тише, — Семён сам не заметил, как его голос из грубого стал неожиданно мягким. — Я держу. Всё чисто. Она дрожала уже не от страха, а от отката. Семён сидел рядом, продолжая держать защиту. В темноте, в пыли, на холодном полу заброшенного флигеля. — Ты... ты пришёл, — выдохнула она, когда смогла говорить. — Я позвала... мысленно. Я думала, это бесполезно. — Я слышу тишину, — усмехнулся Семён, поглаживая её по спине. — А когда такая громкая, как ты, орёт, тем более услышу. Она слабо стукнула его кулаком в грудь. — Хам. — Сама дура, — парировал он беззлобно. — Говорил же тебе про каблуки? Упасть не упала, но дров наломала. Где твоя хвалёная сила? — Я не умею ей управлять, — глухо призналась Алиса. — Она есть. Много. Но она как цунами. Я не знаю, как сделать из неё ручеек. А здесь... это место меня высосало. — Понятно, — Семён помолчал. — Научишься. — Ты научишь? — она подняла голову и посмотрела на него. В темноте её глаза блестели от непролитых слёз. Семён заглянул в них и понял, что пропал. Это было не соперничество, не флирт, не желание доказать своё превосходство. Это было что-то другое. Желание защитить. Спрятать за своей спиной. И при этом никогда не выпускать из рук. — Научу, — сказал он тихо. — Но сначала давай выбираться из этой дыры. И, ради всего святого, завязывай ты с этими дурацкими каблуками. Алиса фыркнула, но это был почти смех. — Не дождёшься, Лесков. Они делают мои ноги красивыми. — С твоими ногами и валенки будут смотреться отлично, — буркнул Семён, помогая ей встать. Съемки того дня закончились экстренно. Алису отпаивали чаем, Семён отмазывался перед продюсерами, сказав, что у неё «случился контакт», и он его прервал, чтобы сохранить участницу. Ему поверили. Ночью участников разместили в гостинице неподалёку. И пусть всех расселили по разным номерам, Алиса и Семён были сейчас в одном номере. Лесков стоял на крыльце, вдыхая свежий воздух. Он не курил, но ему нравился запах ночи. Дверь позади скрипнула. Алиса вышла на крыльцо, переодетая в длинный тёплый свитер, который явно был ей велик размера на три, и джинсы. В руках она держала тонкую сигарету. — Курить после такого - последнее дело, — прокомментировал Семён, не оборачиваясь. — А я не после такого, я просто курю, — парировала она, чиркая зажигалкой. Огонёк осветил её бледное лицо. — Спасибо, кстати. За сегодня. — Обращайся, — хмыкнул Семён. — Хотя лучше не надо. Моё сердце старого деда таких встрясок не выдержит. — Старого деда? — Алиса усмехнулась, выпуская дым в сторону, чтобы не попадать на него. Она заметила, что он брезгливо поморщился, и отошла на шаг. — Ты себя со стороны слышал? Тебе лет-то сколько? — Столько, сколько нужно, — загадочно ответил Семён и, наконец, повернулся к ней. — Иди сюда. — Зачем? — насторожилась она. — Защиту поставлю на ночь, чтобы тебе эта дрянь снова не приснилась, — соврал он. Ему просто хотелось, чтобы она была рядом. Алиса недоверчиво посмотрела на него, но подошла. Сигарета догорала у неё в пальцах. Семён положил ладони ей на виски. Она замерла, чувствуя тепло. Он не делал ничего сверхъестественного, просто водил большими пальцами по её скулам, глядя в глаза. Защита? Какая к чёрту защита. Он просто не мог оторваться. — Лесков, — выдохнула она. — Ты чего? — Смотрю на самую проблемную участницу этого сезона, — прошептал он. — Которая в коротких платьях лезет в самое пекло, а потом дрожит у меня на плече. — Я не дрожала, — возразила она слабо. — Дрожала, — настаивал он, приближая своё лицо к её. Запах её духов мешался с горьковатым ароматом табака. Семёну это не нравилось, но сейчас было всё равно. Он хотел её. Не как соперницу, не как коллегу. Как женщину. Алиса затушила сигарету о перила и отбросила её в темноту. Её руки легли ему на грудь. — Семён, — позвала она. Это было разрешение. Он поцеловал её. Нежно. Осторожно, словно она была хрустальной. Его губы мягко касались её губ, дразня, исследуя. Никакой спешки, никакой грубости, присущей его образу. Только тепло и ласка. Алиса выдохнула ему в губы, прижимаясь к нему ближе. Поцелуй длился бесконечно долго. Семён гладил её по щеке, запускал пальцы в волосы, наслаждаясь моментом. Когда они оторвались друг от друга, в её глазах стояло уже не испуганное, а тёплое, томное выражение. — Знаешь, — хрипло сказал Семён, касаясь лбом её лба. — Другие или боятся, или подлизываются. А ты... — А я шла в коротком платье напролом? — усмехнулась она. — Именно, — он чмокнул её в кончик носа. — С завтрашнего дня научу контролировать твой цунами. И никакой самодеятельности. Если чувствуешь опасность - сразу зови. Я услышу. — Прямо как сегодня? — Прямо как сегодня. Только в следующий раз я тебя спасать буду не в пыльной команате, а где-нибудь в более приятном месте. — Например? — Например, в моей квартире, — в лоб заявил Семён. — Где есть кровать, а не холодный пол. Алиса рассмеялась тихо и мелодично. — А ты быстрый, Лесков. — Я терпеливый, — серьёзно ответил он, глядя ей в глаза. — И я не отступлю. Даже если ты будешь носить каблуки высотой с Эйфелеву башню. — Это шантаж? — прищурилась она. — Это компромисс, — улыбнулся Семён, беря её за руку. — Пойдём. А завтра у нас новый день и новая битва. — Битва? — переспросила Алиса. — Ну да. Мы же соперники, забыла? — Семён подмигнул. — Только теперь это будет самая интересная битва в моей жизни. Они пошли к дому, держась за руки. Впереди были новые испытания, съемки и конкуренция. Но сейчас, в эту холодную весеннию ночь, двое сильнейших экстрасенсов нашли друг в друге нечто большее, чем просто соперника. И, кажется, оба были не против проиграть в этой личной войне.