—я попал в ад.

Сознание вернулось не болью, а странным, ватным чувством нереальности. Ли Чон Кан моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд на сером, сыром небе над головой. Пахло прелой листвой, сыростью и еще чем-то металлическим, чужим. Он сел, и бледно-голубой хвост волос упал на плечо. Под руками была не мягкая трава его родного Сеула, а чавкающая, холодная грязь. Рядом валялся перевернутый деревянный ящик, из которого вывалились… аптечки. Красные, с белыми крестами, они выглядели до жути не к месту в этом лесу, полном сломанных деревьев и гнетущей тишины. — Что за… — прошептал он, и его голос прозвучал глухо, будто поглощенный невидимой ватой. В следующую секунду мир взорвался звуками. Где-то совсем рядом истошно закричал человек, и этот крик оборвался чавкающим ударом. Чон Кана пронзил ледяной ужас. Он вскочил на ноги, инстинктивно прижимаясь спиной к шершавому стволу дерева. Его черные джинсы мгновенно пропитались влагой, но он не замечал холода. Инстинкт, вшитый в подкорку неведомо как, сработал раньше, чем мозг обработал информацию. В ту секунду, когда из тумана вынырнула высокая фигура с окровавленным лезвием и пустыми глазницами вместо глаз, Ли Чон Кан даже не успел закричать. Он просто дернулся. Пространство вокруг него на миг исказилось, и он исчез. Невидимость, продлившаяся всего несколько ударов сердца, дала ему те самые спасительные секунды, чтобы откатиться в сторону и спрятаться за гнилым пнем. Убийца, потеряв цель, замер, прислушиваясь, а затем медленно побрел прочь. Чон Кан сидел, зажимая рот рукой в перчатке с вырезанными пальцами, и чувствовал, как бешено колотится сердце о ребра. Он слышал свои способности не ушами, а нутром. Маленький внутренний хронометр отсчитывал секунды: «60 до следующей тени... 100 до того, как я смогу помочь...» Помочь. Кому? Здесь? Он посмотрел на свои руки. В этом мире он был не просто перепуганным парнем в уютном светло-зеленом свитшоте. Он был тем, кто может кинуть аптечку. Кусочек жизни посреди смерти. Следующие полчаса стали адом наяву. Лес превратился в лабиринт страха. Чон Кан бежал от одного укрытия к другому, используя невидимость экономно, только когда тени убийц подбирались слишком близко. Он видел, как другие Выжившие, такие же напуганные, пытались чинить генераторы, и как их хватали и уносили в темноту. И вот тогда это случилось впервые. Он увидел парня в разорванной рубашке, того самого, которого в его голове уже окрестили «Эллиотом» за трогательную попытку починить сломанную стену. Эллиот споткнулся, и убийца — огромный, ревущий монстр с кувалдой — занес оружие для удара. Время для Чон Кана остановилось. Хронометр внутри щелкнул: «Перезарядка способности завершена». Не думая, повинуясь только отчаянному желанию не дать этому парню уместить, Чон Кан рванул из укрытия. Он выхватил из воздуха одну из аптечек, которые, казалось, следовали за ним по пятам, и, размахнувшись, швырнул её. Аптечка описала дугу, стукнулась Эллиота прямо в плечо и упала к его ногам, ярким пятном на серой земле. Эллиот дернулся, на секунду отвлекшись, и это движение спасло ему жизнь. Удар кувалды прошел в сантиметре от его головы, врезавшись в землю. Парень, не веря своему счастью, схватил аптечку и, петляя, бросился прочь. А Чон Кан уже вжимался в стену полуразрушенного здания, с ужасом понимая, что убийца, разъяренный упущенной жертвой, теперь смотрит прямо в его сторону. 90 секунд до следующей аптечки. 50 до невидимости. Слишком долго. — Эй! Сюда, быстро! Кто-то схватил его за рукав свитшота и дернул в темный проем двери. Чон Кан влетел внутрь и замер. Перед ним стоял тот самый Эллиот, тяжело дыша, сжимая в руке аптечку. — Ты… это ты кинул? — выдохнул Эллиот, глядя на него с каким-то новым, почти благоговейным выражением. — Я думал, я труп. Откуда ты взялся? — Я… я не знаю, — честно признался Чон Кан, всё ещё трясясь. — Я просто… должен был. Это моя... работа теперь, да? Эллиот посмотрел на аптечку, потом на бледное лицо Чон Кана, на его нежный голубой хвост, выбивающийся из-за ворота свитшота, и вдруг улыбнулся — усталой, но тёплой улыбкой. — Ты Хиллер, — сказал он, и в его голосе не было вопроса, только утверждение. — Настоящий. Я Эллиот. Добро пожаловать в ад, новенький. Рад, что ты здесь. Вдалеке снова раздался рев убийцы. Перезарядка невидимости Чон Кана показала 10 секунд. Аптечки — 80. — Взаимно, — тихо ответил Чон Кан, впервые чувствуя, что, возможно, его навыки здесь не просто случайность. — Я Ли Чон Кан. И я… я попробую тебя прикрывать. Сто секунд до следующей помощи. В этом мире, полном боли, это была целая вечность. Но теперь у Чон Кана была цель. И, кажется, первый друг