Давайте о серьёзном

Сегодня быть сиротой — норма. Да вот так прямо. Теперь это норма. Нормальность. Абсолютно. Только раньше сиротой называли того, у кого не было живых родителей или близких родственников. А теперь сирота это — тот, кто спит в соседней комнате, ходит в ту же школу, носит ту же фамилию, с его кровной семьёй, но никогда не был нужен. Нас много. Не удивляйтесь. Они уродились «по залету». Стали «уродами», что появились случайно. Случайная искра, о которой пожалели на следующее утро. Они — спутники ненужной планеты, их запустили на орбиту по инерции, а потом забыли, что они вообще летают. Их не спрашивают, комфортно ли им в вакууме, достаточно ли у них топлива, чтобы вернуться. Их просто однажды запускают, чтобы «так было принято». А дальше они кружат в одиночестве, наблюдая за чужой жизнью через стекло. В обществе любят рассуждать о ценности семьи. О материнском инстинкте. Ооооо… Хахаха. О священном долге. Не важно перед кем. Но давайте честно: некоторые из нас появились на свет не от большой любви, а от большого «не уследили», «надо было», «аборт грех», «рожу — потом разберемся». И «потом» не наступает никогда. И тогда начинается главная ложь. Ребенок живет в семье, у него есть свидетельство о рождении, после паспорт с пропиской, три кормления в день и новый ранец к первому сентября. По всем формальным признакам, он не сирота. Но он сирота, потому что он никогда не слышал, как его имя произносят с нежностью. Потому что его рисунки не висят на холодильнике. Потому что его «почему» раздражают, его слезы бесят, его успехи — случайность, а неудачи — позор семьи. Он — функциональный элемент интерьера, как телевизор, как холодильник. Есть… и ладно! А потом общество удивляется: «Как же так? Рос в полной семье, а вырос волчонком. Мы ему давали всё!» Давали еду, одежду, крышу. Но не давали главного права быть нужным. И тут я скажу крамольную вещь. Кукушки, те, кто подкидывает яйца в чужие гнезда, — на деле прекрасные родители. Потому что они хотя бы честны. Они не мучают ни себя, ни ребенка иллюзией любви. Они выбирают тому, кто еще не родился, другое гнездо, где его, возможно, примут. Кукушка не лжет птенцу: «я твоя мать, и я тебя люблю», зажимая ему рот подушкой. Она просто уходит, давая шанс. Страшны не кукушки. Охохо. Страшны те, кто остается. Кто кормит, поит, одевает, но внутри мертв. Кто смотрит на своего ребенка как на отбывание пожизненного срока. Кто вырастил тело, но убил душу. Эти «заботливые родители» создают сирот при живых отцах и матерях. Сирот, которые всю жизнь будут искать взгляд, в котором они не обуза, не случайность, и не ошибка. И таких сирот много. Мы живем в мире, где быть сиротой в семье — норма. Потому что редкая семья возникает из «хотим». Обычно она возникает из «надо»: надо родить, надо жениться, надо не разводиться, надо не позориться. И дети в таких семьях — заложники этого «надо». Они растут с чувством, что они кому-то должны. За то, что их покормили. За то, что их не сдали в детдом. За то, что их просто не убили. Но настоящая семья не кровь. Настоящая семья — это выбор. И если твои биологические родители не сделали этого выбора, они не родители. Они — доноры генетического материала. А ты сирота. И это честнее, чем притворяться, что «папа устал на работе», а мама «просто нервная». Перестаньте врать, что «семья» — это святое. Святое — уметь делать осознанно, а не штамп в паспорте. Если вы родили случайно и воспитываете по обязанности — вы создали сироту. И этот сирота, повзрослев, либо будет всю жизнь выпрашивать любовь у всех тех, кто не умеет давать или будет пользоваться его, либо научится выживать сам. И тогда он пойдет по миру одинокий, свободный и дикий. И будет он сильнее вас, потому что он хотя бы знает правду, ему не на кого рассчитывать, кроме себя. А вы будете доживать свои дни, удивляясь, почему ребенок, у которого было всё, не приезжает на праздники. И не позвонит. Потому что сирота вырос.