Посади меня

Цербер, который защищает свет «Иногда самые страшные монстры рождаются не из зла… а из боли, которой не дали выхода». Намджун посмотрел на Чонгука долгим, пронизывающим взглядом. — Тэхён — это бездна. Он стал лучшим полевым агентом страны. Настоящим призраком. Профессионалом, способным внедриться в любую структуру. Но за маской «Светлячка» скрывается то, чего мир боится называть вслух. Вы слышали о Цербере? Юнги резко выпрямился. Комната замерла. — Тот самый неуловимый наемник, за голову которого Интерпол готов платить миллионы? — прошептал Хосок. — Да. Это он. Мой младший брат. Мой цепной пес, которого я сам спустил с поводка. Я просто обернул самое острое и опасное лезвие в шелк и пронес его прямиком в полицейский участок. — Джин должен был приехать в Сеул в гости. Но он исчез. Позже нашли тело. Все следы были замяты так профессионально, что я понял: законом этого ублюдка не достать. И я позвал Цербера. Я ввел его в наш отдел под видом Тэхёна-полицейского, чтобы он нашел и уничтожил убийцу нашего брата. Мы создали для Тэхёна фальшивую личность и сняли «левую» квартиру, создав видимость его совместной жизни с парнем. Это была идеальная ширма, чтобы пустить по ложному следу таких любопытных полицейских, как Чонгук. Но на самом деле всё это время Тэ жил со мной — в нашей квартире . Намджун тяжело вздохнул. — Мы копали под маньяка по кличке «Судья». Его настоящее имя — Пак Хён Сик. Он декан престижного института, блестящий хирург. Но у него был брат-близнец, Кан Минсок. Идеальное, железное алиби. Пока один читал лекции студентам, другой убивал. Они инсценировали смерть одного из братьев еще в юности, оставив подставное тело. Идеальная схема социопатов. — Но они сорвались, — голос Намджуна стал ледяным. — Джин случайно снял их вместе ночью в гроте у фонтана. Он просто делал снимки для очерка, но перфекционист Хён Сик не мог оставить свидетеля. Они убили Джина. Тэ так и не смог смириться со смертью Джина. Он до сих пор говорит о нем только в настоящем времени, и вы сами это видели. Мы потеряли брата — не по крови, а по тем трудностям, что прошли вместе. Знаете, это как с другом, с которым прошел войну. С братом, ради которого ты сам бы на эту войну пошел. Мы столько раз спасали друг друга... И даже в самые критические моменты — ни одной осечки, ни единого предательства. Представляете? А потом убили шестнадцатилетнюю девочку, Сону, ту , которую мы так оберегали. … Ведь Тэхён понял всё. Он знал, что в суде Хён Сик выйдет сухим из воды благодаря своему статусу и алиби брата. И тогда Пак Хён Сик совершил последнюю ошибку: он убил собственного брата-близнеца Минсока, чтобы не оставлять свидетелей, и подставил Тэхёна. Улики, следы, время — всё указывало на Тэ. Тишина сжалась до точки. — Тэхён всё понял. Он принял решение. Он знал: если он докажет свою невиновность сейчас, Хён Сик исчезнет, сменит личность и продолжит убивать. Закон бессилен там, где правит дьявол. И Тэхён взял вину за убийство Минсока на себя. Он сам шагнул в клетку, чтобы оказаться в одном пространстве с маньяком. — Но его там убьют! — сорвался Чонгук, хватая Намджуна за лацканы рубашки. — Там люди Хён Сика, там ад! Намджун посмотрел на него с печальной, мудрой улыбкой. — Эй, Гуки… Ты даже не представляешь, кто твой парень. Он не жертва. Он — возмездие. Тэхён войдет в эту тюрьму как концентрированная кислота. Он выжжет всё, что стоит на его пути к цели. Он выйдет оттуда с еще живым сердцем Пак Хён Сика в кулаке. Он откусит твой тофу у входа в тюрьму, улыбнется своей квадратной улыбкой и пойдет домой. Потому что он — Цербер. И он защищает свой свет. Чонгук медленно опустился на стул. Он любил не просто человека. Он любил стихию, которую сам мир боялся называть по имени. «Иногда ты думаешь, что держишь в руках свет. А потом узнаёшь — это не свет. Это огонь, который просто выбрал тебя… не сжечь».