Ice and Fire, иль же два отчаянных моряка

Пекод опасно качался на высоких и беспощадных волнах, на палубе воцарился хаос: Кто-то кричал, кто-то истерично смеялся, а кто-то отчаянно звал родителей, даже зная, что они не придут и никогда не обнимут рыдающее от страха и издающие последние вздохи прежде чем утонуть в глубине морской, тела их детей, что когда-то были так невинны и наивны. Но единственная фигура, что казалось, наслаждалась этим бедствием с лицом полным предвкушения и безумной искры в серых как небо затянутое серыми тучами, глазах. Капитан Ахаб, она знала, она чувствовала этот день и ещё несколько дней до приказала своему верному, первому помощнику подготовить экипаж к надвигающейся битве. Жаль конечно, что не каждый матрос, даже после нескольких предупреждений и тщательных подготовок не смог психологически и физически выдержать столь сильный шторм, но Ахаб продолжала твердить, что каждая жертва – это лишь новый шаг к киту, что каждая душа которую унесло волнами, иль же была превращена в уродливую, мерзкую русалку – это воистину гордая смерть, ради уничтожения главного источника всея зла. Старбак же был вынужден смотреть на всё это, он видел как всё больше людей умирало отчаянно зовя Капитана и своих родителей, желая верить, что это просто дурной сон от переутомления после работы на судне. Он слышал каждый крик, каждый опасный брызг волн и думал, «а не лежат ли все эти смерти на мне? Не моя ли это вина, что я помочь им не могу?», Старбак был человеком добрым, но увы, море было местом суровым и не знающим, что такое жалость. Стоило шторму прлгреметь, как Капитан гордо вскинув гарпун выкрикнула «ПОКАЖИСЬ ЖЕ, БЛЕДНАЯ ТВАРЬ, ЧТО ПОСМЕЛА ПУСТИТЬ КОРНИ НЕНАВИСТИ В ЛЮДСКИХ СЕРДЦАХ!» – Пробивался сквозь крики и грозу, властный голос Ахаб. Она выкрикивала приказы, даже зная, что половина матросов которых она окликает уже мертвы отдав свои души не только морю, но и ей. Но вместо зверя о котором она так яростно кричала, их всех ослепила яркая вспышка белого света. Это не был шторм и не был кит, это было, что-то другое, выходящее за рамки человеческого понимания. После резкой вспышки наступила тьма и гробовая тишина, словно мир распался на тысячи маленьких кусков.      «Вставай, твоя цель всё ещё дышит. Разве ты не желаешь пронзить эту омерзительную, бледную плоть?» – Слова, чей-то до тошноты сладкий голос, но он казался таким родным, но так быстро забылся и исчез, словно само море, сам мир заговорил, чтобы передать эти слова. Привычное ощущение палубы под ногами резко сменилось, чем-то мягким, мягким как земля, но в то же время твёрдым из-за кучи маленьких камушков под спиной. Ахаб открыла глаза и вместо шторма и хаоса от кучи смертей в море, сменилось густыми деревьями над головой и дневным светом, что пробивался сквозь пышную листву. Море сменилось сушей, от которой пожилая морячка уже давно отвыкла. Ощущение земли перемешанной с камнями под собой было странным, непривычным, но Ахаб сейчас это не волновало. «Где я, чёрт возьми?» – Пробормотала себе Ахаб под нос, медленно садясь схватившись одной рукой за голову, что ныла так, словно её несколько раз подряд ударили об что-то очень твёрдое. Ахаб не помнила ничего с той ночи, память давалась ей обрывками которые по какой-то причине казались ей не знакомыми. Вспышка, крики, смерти, а затем – пустота, словно её вырезали из мира. Придя в себя, старуха медленно встала оглядываясь, пока не поняла, что её фуражка, которая была её гордостью как Капитана Пекода отсутствовала, но это было ещё ладно, её это не сильно волновало. И тут Ахаб поняла, что помимо фуражки отсутствует и её гарпун. Гарпун которым она клялась проткнуть сердце бледного кита и после гордо повесить его на стену, как знак её самой главной победы в мире. Медлить было нельзя, ведь откуда она могла знать, что сейчас находится не в ловушке? Конечно, Ахаб не боялась и могла бы и постараться отбиться в случае чего, но сейчас она предпочла просто уйти куда подальше от этого места. Пока она шла по густому лесу, внимательно всматриваясь в каждый куст и прислушиваясь к различным звукам, Ахаб начала надеяться, что её столь жестокая судьба, всё таки сжалилась и оставила ей хоть одного матроса с её экипажа, даже если самого слабого, ведь так хотя бы ей не придется жертвовать своей шкурой по различным пустякам, да и в целом. «Неужели ты правда позволишь себе лежать как кучка мусора, пока кто-то может быть в опасности?» – Голос, тот же самый, что слышала и другая душа, но ещё более сладкий, словно нежное, испечённое с материнской любовью печенье, густо политое сладким мёдом. Знакомо, больно, но быстро исчезло из памяти, словно ничего и не было. Густая трава щекотала нос, заставив спящего на ней мужчину поморщится, вырывая его из глубокого сна. Трава и земля обнимала тело нежно, почти успокаивающе, но даже не смотря на это, Старбак резко открыл глаза и вскочил чуть не ударившись головой об ветку дерева, что по сравнению с его гигантскими "братьями" выросло совсем маленьким. «Капитан? Пип? Квикег? Где.. где все?» – произнёс Старбак обращаясь к лесу в надежде, что кто-нибудь из знакомых ему лиц откликнется на вопрос, но никаких голосов и признаков человеческой жизни не последовало. Старбак был один. Один посреди густого леса, что совершенно не был ему знаком. Он ничего не помнил, но странное чувство вины перемешанное с тревогой начинали брать вверх, но Старбак сразу же постарался успокоиться делая глубокие вдохи. «Я просто сплю, это всё просто кошмар, всё хорошо» – такими мыслями первый помощник Капитана Пекода, пытался себя успокоить, ведь ничего хорошего не выйдет, если дать панике волю и контроль над телом и разумом. Он не мог просто стоять и медлить как напуганный зверёк, ему нужно было осмотреться, ведь вдруг он здесь не один? Вдруг кто-то ещё из Экипажа Пекода здесь? Или вдруг на него с кустов сейчас выскочит какая-нибудь тварь? Сглотнув, Старбак отправился в путь, стараясь быть максимально осторожным и тихим, чтобы в случае чего, его никто не заметил, хотя как скрытность и тишина могла бы помочь в случае, если бы его кто-то или, что-то унюхало? Но Старбак старался гнать тревожные мысли прочь, стараясь оставаться начеку. Часы длились мучительно, тревога разрасталась всё больше и больше с каждым вздохом и шагом, пока в один момент Старбак не вышел на открытую поляну, посреди которой стоял большой камень с символами и иероглифами которые Старбак не мог разглядеть и прочитать, ведь язык был ему неизвестен, да и надписи были уже потертыми от времени. Пока он разглядывал камень не зная, куда идти ему дальше, он услышал до боли знакомые шаги, а за ними голос который он бы узнал из тысячи. «Значит и мой верный помощник здесь, да?» – Это была Ахаб. Как они оба и надеялись, судьба не оставила их одних, только.. Старбак надеялся, что он не один и другие в полном порядке, а Ахаб же надеялась, что море сменившее воду на землю и деревья, не забрало у неё "живой щит". «Капитан!» – Старбак подбежал к ней, искренне радуясь, что хотя бы его Капитан в порядке. «Боже мой, я так волновался, что вы пострадали!» – Произнес Старбак тяжело дыша от быстрого бега. «Старбак, ты же знаешь, что пока я знаю, что кит живой – я не позволю себе умереть, не так ли?» – Сказала Ахаб относясь к беспокойству своего первого помощника с привычным для неё безразличием к этому. Для неё это было не более чем продолжение охоты на бледного кита. «Да и похоже, море наконец решило показать своё истинное, ещё более мерзкое "Я", а это значит, что всё что мы пережили на борту Пекода – было не более чем, подготовкой к основной части охоты на того зверя, что испортил жизнь каждому из нас.» – Конечно, слушая каждое слово своего Капитана, Старбак всё больше убеждался, что Ахаб никогда не изменится, ведь он искренне не понимал: как можно так безразлично относится например к тем же смертям своих людей? Иногда, Старбака это даже пугало, но он быстро отнекивался от этих мыслей, напоминая себе, что Ахаб просто желает избавить людские сердца от их ненависти и гнева, что породились от бледных корней кита. «..Наверное вы правы, Капитан.» – Произнёс Старбак, он знал, что сейчас не лучшее время, чтобы спорить с капитаном, ведь откуда он знает, что ей придет в голову после этого? В одиночку он отпускать её никуда не собирался, ведь ни он, ни она не знают, что скрывается за этой фальшивой красотой этого мира? Остальную часть дороги они шли молча, время тянулось к вечеру и оба моряка начинали уставать от, по ощущениям бесконечной ходьбы. Они ведь даже не знали куда идут, они просто шли прямо в надежде найти, что-нибудь помимо бесконечных деревьев. И когда уже Старбак хотел предложить передохнуть, удача улыбнулась им и те наткнулись на деревню, хоть и заброшенную. Деревня выглядела так, будто здесь произошла настоящая бойня насмерть: Некоторые дома были развалены в руины, от которых остались только гниющие доски и уничтоженные в пыль камни, некоторые дома и что-то, что раньше было церковью, было беспощадно сожжено превратившись в уродливый пепел. Но некоторые дома были плюс минус хорошо сохранены и вполне пригодные для ночлега. Два уставших моряка решили, что исследование деревни подождёт и выбрав самый приличный на вид домик, решили переждать одну или две ночи в нём. Конечно, как на зло в доме была лишь одна кровать, но Ахаб это ничуть не смутило и она почти сразу провалилась в сон, что было для неё даже удивительно, учитывая тот факт, как хреново она спит. Старбак же слегка смутился, ведь спать в одной постели с Капитаном ощущалось для него крайне смущающим, но в то же время он так ужасно устал, что все переживания отходили в сторону, освобождая путь усталости от пережитого стресса и длительной ходьбы, так что, Старбак лёг рядом с его Капитаном, стараясь занимать как можно меньше места и с последней мыслью «Всё может подождать до завтра, верно?» – Он провалился в сон. «Может сейчас всё и вправду может подождать, но будет ли оно ждать потом?»