Два трона

Звонок наконец прозвенел. ‎По аудитории сразу прокатилось оживление. ‎Студенты начали закрывать тетради, собирать ручки, кто-то уже поднялся с места, кто-то обсуждал лекцию с соседом. ‎Ло выдохнул. ‎Казалось, будто эта пара длилась не полтора часа, а весь день. ‎Он медленно закрыл тетрадь и засунул её в сумку. Голова всё ещё была забита совсем не учёбой. Даже слова профессора о стихиях уже почти стёрлись из памяти. ‎Ло нахмурился ещё сильнее. ‎— Ну конечно... — пробормотал он себе под нос. ‎Он поднял сумку и направился к выходу вместе с другими студентами. ‎У двери его вдруг кто-то легко коснулся плеча. ‎ — Ло. ‎ Шатен обернулся. ‎Позади стоял Эграса. Светлые волосы эльфа мягко сияли в солнечном свете из окон. Зелёные глаза внимательно смотрели на друга. ‎— Что случилось? ‎Ло несколько секунд молчал. ‎Потом лишь тяжело выдохнул. ‎— Пойдём. ‎ — Куда? ‎— В библиотеку. ‎Эграса сразу понял, что дело серьёзное. ‎Обычно Ло не любил говорить о своих проблемах посреди коридора, но если сам позвал поговорить — значит, его действительно что-то грызло. ‎Они молча вышли из потока студентов. ‎Коридоры академии постепенно наполнялись шумом перемены. ‎Где-то смеялись первокурсники. ‎Кто-то спорил о результатах практики. Мимо пробежала группа первокурсников. Но Ло почти ничего не замечал. Он шёл чуть впереди, нахмурившись и глядя под ноги. Эграса не торопил его. Он знал его достаточно давно. Когда тот молчит — лучше дать ему время самому начать разговор. ‎Через несколько минут они зашли в библиотеку. Здесь, как всегда, было гораздо тише. Только шелест страниц. ‎Приглушённые шаги между стеллажами. ‎И запах старых книг. ‎Они прошли в дальний угол возле высокого окна. Здесь почти никого не было. Он поставил сумку на стол и тяжело опустился на стул. ‎Эграса сел напротив. Несколько секунд стояла тишина. Потом эльф тихим голосом, будто не хотел спугнуть раненого зверя, спросил: ‎— Так что сказал директор? ‎Ло долго молчал. ‎Смотрел куда-то на поверхность стола, будто там был написан ответ. ‎Потом тяжело выдохнул. ‎ — Помнишь полнолуние через несколько недель? ‎— Да. ‎ — Оказывается, именно тогда нас с Джоном представят как официальную помолвленную пару. ‎На несколько секунд повисла тишина. ‎Ло горько усмехнулся. ‎— Знаешь, что самое лучшее? ‎Он опёрся локтями на стол. ‎В его голосе появилось раздражение, которое он сдерживал всю пару. ‎— Мы даже учебный год не закончили. Мы даже нормально друг друга терпеть не можем. Мы чуть не убили друг друга на практике. А директор такой: «О, кстати, через неделю будете стоять вместе перед всей знатью». Его голос постепенно становился раздражённее. — Будто мы не два студента. Будто мы не люди. Будто мы какие-то политические документы. ‎ Он фыркнул. ‎— Этот к Тёмной империи. Этот к Ледяной. Складываем вместе. Готово. Союз создан. ‎ Он откинулся на спинку стула. ‎— А потом директор говорит, что после церемонии я должен ехать в Ледяную империю. К его родителям знакомиться. Потому что так надо. ‎Он особенно выделил последние слова. ‎— Потому. Что. Надо. ‎Эграса видел, как пальцы Ло невольно сжимаются в кулак. ‎ — И что ты ответил? ‎ Ло коротко рассмеялся. ‎Но смех вышел без радости. ‎— А что я мог ответить? Что не хочу? ‎Что мне плевать на их традиции? Что я не просил этого? ‎Он покачал головой. ‎— Никто не спрашивает. ‎– Голос стал тише. ‎— В этом вся проблема. ‎ Он смотрел в окно. На деревья за стеклом. ‎На студентов, которые проходили по двору. ‎На людей, которые могли сами решать, куда идти после занятий и с кем проводить своё время. ‎И вдруг почувствовал странную зависть. ‎ — Меня даже никто не спросил, чего хочу я. – ‎Он опустил взгляд. ‎— Все вокруг уже давно всё решили. ‎Императоры, советники. Даже сама всемирная клятва. ‎ Ло нервно потёр висок. ‎— Знаешь, что самое худшее? ‎ Эграса молча смотрел на него. ‎— Я не могу от этого сбежать. Если бы это был обычный брачный договор — ладно. Разорвал. Поссорился с родителями. Что-нибудь придумал бы.– ‎Он горько улыбнулся. ‎— Но это не договор. Это клятва. ‎Та самая чёртова клятва, которая вчера чуть не обожгла мне губы только потому, что я поцеловал не того эльфа. ‎ На последних словах он бросил короткий взгляд на Эграсу. ‎И сразу отвернулся. ‎Немного неловко. ‎— Дракон потом ещё лекцию читал. ‎Будто мне директора было мало. ‎Эграса едва улыбнулся. ‎А омега продолжил: ‎— И знаешь, что бесит меня больше всего? — вдруг резко сказал Ло. ‎Он выпрямился на стуле. ‎Его пальцы сильнее сжали край стола. ‎— Даже не сам брак. ‎ Эграса внимательно посмотрел на него. ‎Ло нервно рассмеялся. ‎— Серьёзно. Если бы дело было только в браке, я бы уже как-нибудь смирился. ‎— Нет, не смирился бы. ‎— Но хотя бы попытался. ‎Он резко махнул рукой. ‎— Меня бесит, что все вокруг ведут себя так, будто это самая естественная вещь в мире! ‎ Его голос стал громче. ‎Несколько студентов между стеллажами обернулись. Шатен сразу понизил тон, но злость никуда не делась. ‎— Директор говорит об этом так спокойно, будто сообщает расписание занятий. ‎ Он начал передразнивать: ‎— «Мистер Уильямс, через несколько недель вас представят как пару перед всей знатью». ‎«Мистер Уильямс, потом вы поедете знакомиться с родителями вашего жениха». ‎«Мистер Уильямс, не забудьте быть в традиционной одежде в двадцать три часа». ‎–Он скривился. ‎— Да спасибо огромное! Может, ещё список детей сразу дадите? ‎ Эграса едва прикрыл рот рукой, сдерживая улыбку. ‎— Ло... ‎ — Нет, дай договорить! ‎Он уже действительно разгорячился. ‎ — Меня никто даже не спрашивает! ‎Никто! Все просто решили, что так будет лучше! – ‎Он ткнул пальцем себе в грудь. ‎— А может, я не хочу? Может, я вообще хотел прожить жизнь по-своему? Может, я хотел сам выбрать, кого любить? ‎ Последние слова вырвались быстрее, чем он успел подумать. На секунду Ло замолчал. Но потом лишь раздражённо фыркнул. ‎— Нет, серьёзно. Представь. ‎Он развёл руками. ‎— А теперь из-за вселенной я должен терпеть Джона. ‎ Ты знаешь, какой он невыносимый. Он...Он флиртует...Раздражает. Улыбается. Постоянно улыбается! Я уже начинаю ненавидеть его улыбку... А она ещё и красивая, сука. ‎ На последней фразе он завис. ‎— Ты ничего не слышал. ‎ Эграса уже открыто смеялся. ‎ — Я серьёзно, Сель. Ничего. Не слышал. Абсолютно. ‎— Хорошо, — едва выговорил эльф. ‎Лололошка буркнул что-то себе под нос. ‎Потом откинул голову назад. ‎И уставился в потолок библиотеки. ‎— И самое отвратительное... ‎Его голос стал тише. ‎— Я даже не могу просто послать всё это к чёрту. Не могу сбежать, отказаться. Не могу сказать «нет».– ‎Он стиснул зубы. ‎— Потому что сразу появится клятва. ‎Дракон, родители. Все сразу. ‎ Омега тяжело выдохнул. ‎— Иногда мне кажется, что мою жизнь уже давно написали за меня. А мне просто дали прочитать сценарий. ‎ Тишина длилась несколько секунд. ‎Потом он вдруг снова скривился. ‎ — И вообще. Почему именно Джон? ‎Эграса уже знал, что сейчас будет. ‎— Почему не какой-нибудь спокойный альфа? ‎Почему не нормальный человек? Почему не кто-то, кто молчит хотя бы пять минут подряд? ‎– Он упёрся лбом в ладонь. ‎— Нет. ‎Вселенная такая: ‎«О, смотрите, Лололошка любит тишину и спокойствие». ‎«Давайте дадим ему Джона. И желательно навсегда». ‎ Эграса на этот раз всё-таки рассмеялся вслух. ‎А Ло только бессильно рухнул локтями на стол. ‎— Я ненавижу свою жизнь... ‎ Он резко откинулся на спинку стула. ‎На этот раз в нём уже не было той раздражённой злости, которая ещё недавно кипела. Она будто выгорела изнутри, оставив после себя тяжёлую, неприятную пустоту. ‎— Я просто... — он замолчал, глотая воздух, будто слова застряли в горле. — Я просто не понимаю, как это вообще возможно. ‎Эльф не перебивал. ‎И именно это заставляло його говорить дальше. ‎— Они даже не называют это принуждением. ‎ Голос стал ниже. ‎— Они называют это «традицией». ‎ –Он горько усмехнулся. ‎— Традиция. Красивое слово, да? Под ним можно спрятать что угодно. ‎ Он провёл ладонью по лицу, будто пытаясь стереть усталость. ‎— «Так заведено». «Так правильно». ‎– Он на секунду замолчал, глядя в стол. ‎— А если мне это не подходит? ‎

Тишина.

‎Даже в библиотеке стало как-то тише, будто сама атмосфера услышала его слова. ‎— Если я не хочу, чтобы мою жизнь решали за меня? ‎ Он резко поднял взгляд на Эграсу. ‎— Это что, уже не имеет значения? Мой выбор просто... не входит в план? ‎Ло тихо рассмеялся, но смех был коротким и пустым. ‎ — Самое смешное знаешь что? Я ведь не ребёнок. Я понимаю политику, я понимаю империи, я понимаю все эти союзы. ‎– Он сжал пальцы в кулак. ‎— Но почему я должен быть частью этого, если я даже не соглашался? ‎– Голос начал слегка дрожать от сдерживаемого напряжения. ‎— Почему моё «нет» ничего не значит? – ‎Он опустил взгляд. ‎— Будто я уже не человек. А просто... часть сделки, которая состоялась до моего рождения. ‎ Шатен замолчал. ‎Несколько секунд был слышен только тихий шум библиотеки. ‎Он посмотрел в окно. ‎За стеклом кто-то смеялся, проходя мимо библиотеки. ‎Ло на секунду задержал взгляд там. ‎И тихо добавил, почти беззвучно: ‎ — Я завидую им. ‎Потом он резко опустил голову на руки. ‎— Просто хочу, чтобы меня хоть раз спросили, чего я хочу. ‎ Голос надломился на последнем слове, но он сразу выровнялся, будто ничего не произошло. И снова стал тем самым Лололошкой. Только намного тише. ‎Тишина между ними стала ещё глубже. ‎Эграса внимательно смотрел на друга. ‎На усталость в его глазах. На раздражение. На скрытую обиду, которую тот почти никогда не показывал другим. Потом эльф медленно поднялся. ‎Обошёл стол. И положил руку Ло на плечо. Мягкий свет его ауры сразу стал ощутимым. ‎Тёплым. ‎Спокойным. ‎Словно луч солнца после долгого дождя. ‎ — Ты имеешь право злиться, — тихо сказал он. ‎Ло опустил голову. ‎— Знаю. ‎— И имеешь право жаловаться. ‎— Знаю. ‎— И имеешь право ненавидеть ситуацию. ‎ Ло коротко хмыкнул. ‎— Это я и без разрешения делаю. ‎ На губах Эграсы появилась лёгкая улыбка. ‎Он ещё несколько секунд сидел, опустив голову в ладони. ‎Плечи были напряжены, будто он держал на себе что-то тяжелее, чем просто разговор. В библиотеке вокруг всё жило своей спокойной жизнью — шелест страниц, тихие шаги между рядами, приглушённый свет из окна. ‎А у него внутри было слишком шумно. ‎— Я просто... устал, — тихо сказал он наконец. ‎И больше ничего не добавил. ‎Эграса молчал. ‎Не спешил что-то исправить, не бросал «всё будет хорошо», не пытался уменьшить то, что чувствовал ‎его друг. Сель наклонился и обнял его. ‎Тепло его ауры мягко разлилось вокруг — не яркое, не ослепляющее, а тихое и ровное, как свет сквозь утренние шторы. Оно не «выключало» боль, не забирало её полностью, но будто немного снимало давление, позволяло дышать. ‎Шатен сначала напрягся. А потом медленно расслабился. Его руки сами опустились. И он просто остался сидеть, не отталкивая. ‎Эграса сел рядом, не отпуская полностью, но и не удерживая слишком крепко — так, чтобы можно было отойти в любой момент. ‎Они ничего не говорили. ‎И в этом молчании не было неловкости. ‎Только тишина. ‎Спокойная, ровная, почти безопасная. ‎ Ло медленно закрыл глаза. ‎— Спасибо... — очень тихо сказал он, будто это слово было трудно произнести. ‎Эграса едва улыбнулся, не нарушая тишины. ‎И они просто остались так сидеть. ‎В библиотеке, среди старых книг и чужих голосов, которые их уже не касались.