МЯСО

      — Небольшое напоминание для тех, кто попал сюда впервые. Это касается как участников шоу, так и наших специальных гостей! — произносит в микрофон жизнерадостный ведущий с копной ярко-синих волос. — Добравшись до финала, победитель выбирает любого из специальных гостей, кто делал на него ставки. И от того, как пройдёт их ночь, зависит сумма выигрыша!       Слышатся громкие аплодисменты.       У зрителей это самая любимая часть, которую они ждут с нетерпением.       Оператор берёт восемнадцатый номер крупным планом. Смугловатая кожа мгновенно покрывается мурашками, отчего каждый волосок приподнимается, а ноздри слегка подрагивают от предвкушения. Веки медленно приоткрываются, и красные глаза поражают публику яркостью. Это редкое явление среди альф такого низкого ранга даже после инициации.       По залу проносится тихий ропот нарастающего восторга.       И только у одного человека не дрогнул ни единый мускул, пока он глядит на огромный экран. Тонкие пальцы обхватывают изящный резной мундштук из слоновой кости, и возле него тут же услужливо вспыхивает огонь от зажигалки. После глубокой затяжки мышцы его лица немного расслабляются, а разум становится кристально ясным. Короткий взмах ресниц раскосых льдисто-голубых глаз можно считать за одобрение, потому что обычно остальные не удостаиваются даже этого.       Между ними — достаточное расстояние, но один смотрит на монитор, а второй может обострить зрение настолько, что разглядеть крошечную родинку на кончике чужого носа не составляет труда. Просто завораживающая красота! Во рту скапливается вязкая слюна от нарастающего желания быть победителем и получить своё во что бы то ни стало. Альфа облизывает губы и растягивает их в хищном оскале, демонстрируя острые клыки, готовые вонзиться в нежную кожу при первом удобном случае.       Тэхён на это едва заметно дёргает бровью.       «Размечтался, красноглазый!»       Галлен ещё с утра готовил его к чему-то особенному, даже уникальному. И это всё, что ли? Сказать, что Тэхён разочарован, — это ничего не сказать. Холодный взгляд скользит по участникам шоу, но с фаворитом сегодня явные проблемы.       «Если только вот этого последнего выбрать… Но с ним точно что-то не так».       Интуиция у Тэхёна всегда на высоте. В прошлом сезоне ему повезло трижды, что значительно увеличило его рейтинг. Энигма возвращается ко второму номеру и ещё раз оценивает его физические данные. Хорош собой — ничего не скажешь, но каков он в деле? Далее девятка, нетерпеливо переминающаяся с ноги на ногу. Высокий, жилистый и норовистый. Как бы не сгорел ещё на старте, но тело и правда потрясающее.       — Ханным, пора делать ставки, — склонившись возле уха энигмы, мягко напоминает Галлен и протягивает поднос, на котором стоит резной деревянный ящичек с круглыми ячейками.       Тэхён взвешивает ладонью горсть золотых шариков, небрежно перекатывая их между пальцами. По три штуки отправляются в секции с номерами два и девять, а шесть всё ещё остаются в руке. Тэхён вновь поднимает льдистый взгляд и тут же натыкается на алый, буквально полыхающий огнём. Глаза этого парня определённо ярче других — это заметно даже без экрана. И смотрит он неотрывно исключительно только на него.       Слишком нагло, если не сказать вызывающе.       Все они, эти низшие, одинаковые. Лишь бы заработать лёгких денег, если умом не получается. Да всласть потрахаться с теми, до кого в обычной жизни никак не дотянуться. Вчера Тэхён случайно услышал разговор, где как раз обсуждался дикий звериный секс, который присущ таким альфам. Может быть, в этом и правда что-то есть, но ему плевать.       Тэхён входит в элитный список уже второй год. Среди специальных гостей есть все представители высшего ранга. Но энигма — всего один. Хотя это нигде и не афишируется, но вокруг него всегда присутствует толпа охраны, поэтому просто так не подступиться даже тем, с кем ему раньше доводилось иметь нечто вроде дружбы. Чего уж греха таить, Тэхёна откровенно побаиваются, но жёстко контролируют, о чём он и не догадывается. Галлен умеет филигранно промывать мозги. Не зря же именно этого бету к нему приставили.       Рука зависает над ячейкой с номером восемнадцать.       — Отличный выбор. Я как раз про него вам и говорил, — шепчет ему помощник.       — Что с ним не так? — хмуро интересуется энигма.       Если все остальные альфы, хорошо обученные наставниками, всячески демонстрируют себя с лучшей стороны, то этот вообще не двигается. Лишь изредка небрежным жестом поправляет выбившуюся прядь тёмных волос и лениво переминается с ноги на ногу. Тело просто шикарное, и он явно знает себе цену. Стоит, широко расправив плечи, и не сводит глаз с сектора А.       — Он слишком в себе уверен, даже от помощи отказался.       — Раньше уже участвовал где-то? Побеждал? — едва слышно интересуется Тэхён.       — Закрытая информация. Его привезли из Оманса две недели назад и сразу отселили от других альф: слишком задиристый.       — С характером, значит, — цокает энигма. — Почему глаза ярче остальных? Инициация прошла без проблем?       — Даже быстрее, чем у других. Говорю же: этот альфа всех обойдёт.       — Ладно, твоя взяла… — На губах появляется лёгкая улыбка.       Тэхён опускает золото шариков в ячейку с номером восемнадцать, с вызовом глядя в налитые кровью глаза альфы. И почему-то нет никаких сомнений: тот абсолютно уверен, на кого именно сейчас сделана ставка недосягаемого красавца.       По спине пробегает странный холодок, а потом пах обдаёт густым облаком жара. Тэхёна будто выворачивают наизнанку и читают насквозь. Очень несвойственные для него ощущения, особенно в людном месте. Он прекрасно умеет себя контролировать, а сейчас как будто чувствуется чужое влияние.       Но это физически невозможно.       На сцене загорается восемнадцать дорожек, каждая из которых направляется к отдельной металлической двери.       Ведущий паясничает, отпуская шуточки в характерной для него манере, а потом выкрикивает:       — Новый сезон шоу «МЯСО» объявляется откры-ытым!       Зал заполняется восторженными воплями. Все участники медленно разворачиваются, демонстрируя сильные спины, подкачанные ноги и упругие ягодицы, обтянутые плотной кожей чёрных брюк, и направляются каждый к своей двери. В последний момент Восемнадцатый поворачивается и самым бессовестным образом подмигивает, глядя в сторону сектора А.       Неслыханная наглость, за которую могут и дисквалифицировать.       Но публика принимает этот жест на ура, и организаторы шоу вынуждены закрыть глаза на внезапное нарушение правил. Световые лучи охватывают каждого участника, и над ячейками загораются показатели ставок, что видны исключительно зрителям в зале.       Тэхён мысленно присвистывает и косит удивлённый взгляд на Галлена.       Кажется, в этом сезоне появился безоговорочный лидер. Сумма на его счету просто баснословная, по сравнению с остальными.       «Ну теперь только попробуй проиграть или выбрать не меня…»

***

      Чонгуку было очень важно узнать, как же у них тут всё устроено. Когда впервые увидел это шоу, то сначала даже не поверил, что подобное вообще возможно в их современном цивилизованном мире. Соседний ярус, как выяснилось, разительно отличался и допускал вот такие развлечения для элиты. Хотя законы говорили об обратном. Самые настоящие голодные игры с примесью грязного секса в качестве бонуса, а ещё крови и огромных денег, которые крутились здесь просто в неограниченном количестве.       Фило отговаривал Чонгука со всем усердием, на какое был способен, но тот даже слушать не захотел. Перед глазами застыло холодное и до безумия прекрасное лицо, которое он увидел, после чего уже не мог нормально существовать и стал буквально одержим идеей любой ценой попасть в Гиверт.       Наверное, это и правда было чересчур рискованно…       Если бы Чонгук попался хоть одному из привратников, который признал бы в нём не просто чужака, а опасную особь нового мутирующего вида, всё, вероятно, обернулось бы слишком плачевно. Но почему-то в нём жила чёткая уверенность, что всё получится.       Сомнений, что его могут просто-напросто отвергнуть при первом же контакте, у Чонгука даже не возникало. Хотя он понятия не имел, каков уровень чужой силы, но был в курсе, что энигму точно гасят специальными препаратами, и это вызывало в нём неконтролируемую ярость.       Это нарушение прав! Так быть не должно!       Чонгук входит в тёмный коридор и никак не реагирует на звук лязгающего замка, который окончательно отрезает его от зрительного зала. Перед началом сезона наставники рассказывали, как устроен лабиринт и какие препятствия могут поджидать участников на том или ином этапе. Здесь нужна не только идеальная физическая подготовка, но и скорость реакции. Да и без логического мышления не обойтись. Если ты тупой накачанный альфа, то станешь мясом в первые же минуты.       Не зря же шоу именно так и называется…       И всё же такое зверство не укладывается в голове.       Эти богатеи уже до такой степени зажрались, что не знают, чем ещё себя развлечь. И чужие жизни, судя по всему, для них ничего не стоят. Чонгуку совершенно наплевать на все эти многочисленные ранги. Слава богу, в Омансе нет таких чётких разделений. Здесь же всё абсолютно наоборот. Если ты родился в низком сословии, то там же и закончишь свои дни.       Шансов вырваться практически нет.       Он зло поджимает губы, в который раз гоняя мысли по кругу, пока продвигается вперёд. Нужно бы сосредоточиться на прохождении начального уровня, но почему-то не получается. Перед глазами вновь возникает красивое лицо энигмы. На первый взгляд многим может показаться, что ему всё происходящее в этом шоу уже давным-давно наскучило. Почти полное отсутствие эмоций — прямое тому доказательство. А ещё ходит молва, что этот специальный гость самый недоступный из всех. По крайней мере, ещё никому не удавалось провести с ним ночь, следовательно, сумма выигрыша значительно снижается.       Но ему плевать на деньги.       Чонгук сюда не за этим пришёл.       Бетонные шероховатые стены, капающая с потолка вода и тусклый мигающий свет создают атмосферу заброшенного полуразрушенного здания. Очевидно, что такой антураж сделан для особой зрелищности, но Чонгук всё равно мысленно материт организаторов шоу. Он перепрыгивает через препятствие в виде сложенных в кучу деревянных ящиков и принюхивается.       Красные глаза вспыхивают ещё ярче.       Чонгук изучал прошлые выпуски шоу: испытания постоянно менялись. Нужно отдать должное сценаристам, потому что повторов не было. С каждым сезоном их бурная фантазия подкидывала всё более кровожадные идеи, выжить в которых становилось практически невозможно.       Поэтому сейчас нужно держать ухо востро и не отвлекаться на посторонний шум в голове.       Из-за угла внезапно что-то вылетает. Секунда промедления — и Чонгук лишился бы правого уха, если бы не увернулся в последний момент. Боли нет, но чувствуется, как что-то тёплое уже струится по шее.       Кровь…       Её запах мгновенно отрезвляет.       Он раздражённо цокает и прячется за бетонным выступом, прищурив красные от гнева глаза. Самоуверенность даёт трещину, потому что так проколоться на первом же испытании — это надо постараться. Да, безусловно, его никто не убил. Но Чонгук вообще-то планировал добраться до финиша целым и невредимым.       Снова слышится механический звук. Это похоже на шелест крыльев, как если бы перья у птицы были полностью сделаны из острых лезвий. Он сканирует пространство и перебегает в следующий аппендикс коридора. Нагибается и подхватывает с пола кусок арматуры, чувствуя спиной, как эта хреновина, сделав круг, опять летит в его сторону.       Обманный манёвр, резкий поворот корпуса и взмах рукой.       Чонгук действует быстро и чётко, сбив с намеченного пути маленького монстра, созданного талантливыми механиками. Нагибается, чтобы рассмотреть его, и тихо присвистывает. Он похож на летучую мышь, но крылья — чёртовы убийцы, способные вспороть брюхо или полоснуть по шее, тем самым в одну секунду отправить участника на тот свет.       — Ублюдки… — шевелит Чонгук губами и поднимает поверженного врага, а потом скалится в камеру, явно вызывая бурные эмоции у публики.       «Ну пусть повеселятся напоследок», — зло думает он и в два прыжка оказывается возле очередного поворота.

***

      Свет монитора голубыми бликами стелется по скулам Тэхёна, подчёркивая аристократичную бледность и льдистый блеск его глаз. Он медленно откидывается в кресле, расслабленно поглаживая пальцами костяной мундштук, но всё его тело незримо напряжено, как у тигра, замершего перед финальным броском.       Восемнадцатый номер уже скрылся в недрах лабиринта, и Тэхён невольно задерживает дыхание, пристально наблюдая за ним. Галлен что-то шепчет на ухо, перечисляя коэффициенты ставок, но энигма его даже не слушает. Все камеры выводятся на огромные экраны над сценой, и главная задача операторов — ловить самые острые моменты, что они и делают, щекоча нервы зрителям.       На других смотреть почему-то вообще не хочется.       Тэхён чувствует, как кончики пальцев начинает покалывать от нарастающего адреналина. Альфа двигается с такой грацией, что это действительно завораживает. Каждое движение выверено до миллиметра — очевидно, что он прекрасно владеет телом.       — С одного удара, очуметь, — выдыхает Галлен, когда Чонгук ловко сбивает арматурой механическую тварь, а потом швыряет её в камеру с такой дерзкой усмешкой, что у Тэхёна пересыхает во рту.       «Каков наглец!» — думает энигма, но ловит себя на мысли, что ему начинает это нравиться.       — Он прошёл первый этап. — Галлен кивает на небольшой монитор, расположенный прямо перед ними. — И это почти в два раза быстрее остальных.       — «Почти»? — переспрашивает Тэхён, потому что за другими вообще не следил.       — Второй номер тоже неплох, но… — Галлен мнётся, подбирая слова. — У него уже рана на бедре, а это может сильно повлиять на скорость прохождения лабиринта.       Тэхён согласно кивает, но мысли уже где-то далеко. А всё потому, что Восемнадцатый замирает в раздумьях на развилке, теряя драгоценное время. Коридор расходится в три разные стороны, и от выбора сейчас зависит очень многое. За каждой дверью может скрываться как короткий путь к финишу, так и сложное испытание.       Альфа поворачивает голову и принюхивается. Камера берёт его лицо крупным планом, и Тэхён отчётливо видит, как подрагивают крылья носа. Восемнадцатый будто улавливает нечто особенное, потому что кивает сам себе и без промедления выбирает нужную дорожку. Сворачивает в правый коридор, а с соседнего экрана внезапно доносится душераздирающий крик.       Скорее всего, кто-то из участников всё-таки выбыл.       Второй этап лабиринта запускается автоматически, как только пересекается невидимая черта. Стены начинают ощутимо вибрировать. Из них с механическим лязганьем выдвигаются острые шипы, сокращающие пространство. Восемнадцатый оказывается в металлической ловушке, которая грозит искромсать его, если он не успеет добежать до конца.       — Это слишком быстро, — комментирует Галлен, нервно наблюдая за данными на мониторе. — Скорость должна быть на двадцать процентов ниже.       Альфа не торопится преодолеть очередное препятствие.       Он замирает и прищуривает алые глаза, пытаясь уловить алгоритм действия выскакивания шипов. Сканирует метр за метром, мысленно прикидывая, как ему двигаться, чтобы не превратиться в фарш.       — Да беги же ты, идио-от! — выкрикивает кто-то из зрителей в ложе, и по залу прокатывается взволнованный гул голосов.       Его губы беззвучно шевелятся, будто отсчитывая такт. Он не паникует и не мечется, а выжидает идеальный момент для манёвра. И когда шипы снова скрываются в стене, Восемнадцатый резко прыгает вперёд, а потом делает кувырок, попав в единственный безопасный зазор. Гибкое тело буквально проскальзывает между смертоносными лезвиями.       Движение такое быстрое, что Тэхён едва успевает его отследить. Мышцы работают как единый механизм, грациозно перекатываясь под кожей. Скорость Восемнадцатого в очередной раз поражает. Шипы смыкаются позади с ужасающим лязгом, который режет слух зрителей через динамики и заставляет каждый раз вздрагивать. Но альфа преодолевает метр за метром с филигранной точностью, замирая там, где это необходимо, чтобы дождаться очередного зазора и продолжить путь. Запомнить всё это за пару секунд невероятно сложно, даже после инъекции, инициирующей работу мозга и всего тела в усиленном режиме.       — Поразительно! — Уголок рта энигмы непроизвольно приподнимается в улыбке.       Всего на несколько мгновений, после чего Тэхён снова берёт себя в руки. Негоже расплываться тут перед участником шоу, даже если он этого и не видит. Могут заметить другие, а такой сценарий совершенно не входит в его планы. Энигма привык сохранять холодный разум, и на это есть свои причины.       Внезапно на экране меняется локация, и это заставляет его резко выпрямиться в кресле.       Восемнадцатый успешно переходит на третий уровень и оказывается посреди круглой арены. С противоположной стороны появляется четвёртый номер. Крупный, массивный альфа со вздутыми венами на шее и бешеными красными глазами. Не такими яркими, но всё же… Грудь парня ходит ходуном, кулаки агрессивно сжаты, а с губ срывается низкое гортанное рычание. Инициация явно ударила в голову сильнее, чем в тело, поэтому такие участники опасны своей непредсказуемостью.       Правила просты: на арене может остаться только один. Если кто-то откажется сражаться или попытается сбежать, умрёт без промедления. Его мгновенно разрежут на куски лазерные турели.       — Ставки на этот бой открыты! — объявляет ведущий в микрофон, и по залу вновь проносится оживлённый гул.       Тэхён подаётся вперёд и перестаёт дышать, наблюдая, как Восемнадцатый, вместо того чтобы принять боевую стойку или хотя бы продемонстрировать готовность к схватке, неожиданно для всех расслабляется. Опускает плечи, отводит руки за спину и смотрит на соперника с ленивым интересом, как на надоевшую муху.       — Однако… — шепчет удивлённый Галлен. — Вы только поглядите на него…       — Тихо! — раздражённо обрывает Тэхён и даже не замечает, что его голос прозвучал резче, чем обычно.       Провокация срабатывает на ура.       Четвёртый номер, взбешённый настолько нахальным поведением, тут же бросается в атаку. Его движения тяжёлые, но весьма предсказуемые. Такой мощный удар справа, что мог бы сломать челюсть любому, кто окажется на его пути, вызывает у Восемнадцатого улыбку. Он даже не уворачивается, а просто делает шаг назад — ровно настолько, чтобы кулак просвистел в сантиметре от лица. А потом — ещё один шаг, и ещё… Каждый раз ему удаётся уходить от ударов с такой лёгкостью, будто прочитать мысли соперника не составляет никакого труда.       — Это невозможно, — ошарашенно шепчет Тэхён. — Скорость реакции альфы низшего ранга не может быть настолько безупречной.       — Двигается так, будто он из высших, — тихо говорит Галлен, и энигма чувствует, как кровь мгновенно приливает к вискам.       Он только что произнёс его мысли.       — Маловероятно. Система бы не пропустила…       Бета пожимает плечами, вновь устремив взгляд на большой экран, от которого оторваться просто невозможно. Судя по всему, этот альфа чётко знает, где находится, и творит шоу прямо здесь и сейчас. Публика в диком восторге, потому что давненько не было таких дерзких и ловких участников.       Четвёртый, окончательно потеряв контроль, делает резкую подсечку, но Восемнадцатый, вместо того чтобы отпрыгнуть, неожиданно позволяет себя сбить. Он падает на спину, и огромный альфа нависает над ним, готовясь нанести смертельный удар.       Зал замирает от предвкушения эпичной и кровавой развязки.       Тэхён даже не моргает, напряжённо уставившись на большой экран.       Но в следующую секунду Восемнадцатый делает то, чего никто не ожидает. Его ноги резко взмывают и захватывают шею соперника в замок. Одним ловким движением он перебрасывает через себя массивное тело. Такие приёмы несвойственны низшим: они дерутся более грубо и примитивно. Альфа с грохотом приземляется на бетонный пол, сильно ударившись головой, и хрипит от боли.       Восемнадцатый тут же поднимается и даже умудряется отряхнуть кожаные штаны, о чистоте которых сейчас явно нужно думать в последнюю очередь. На его лице нет ни тени напряжения, будто это не он только что отправил противника в нокаут. Альфа наклоняется над поверженным и что-то тихо ему говорит. Видно, как двигаются его губы, но ничего не слышно. А потом просто перешагивает через тело и направляется к выходу с арены, даже не оглядываясь.       — Он не убил его! — поражённо выдыхает Галлен. — Правила же требуют…       — Да вижу я! — изумлённо цедит Тэхён.       И даже не знает, радоваться ему или злиться.       Совершенно нестандартная ситуация.       Обычно участники строго следуют инструкции и глотки готовы грызть ради победы, а сейчас происходит что-то непонятное. Само собой, система мгновенно фиксирует нарушение. Над ареной загорается красный свет — предупреждение, что участник должен вернуться и завершить бой смертью противника. Но Восемнадцатый не останавливается. Он идёт вперёд с такой уверенностью, будто точно знает: лазерные турели не активируются и ему всё сойдёт с рук.       — Да как так? — спрашивает Тэхён, ошарашенно наблюдая за тем, как альфа переходит на новый уровень.       — Скорее всего, дело в спонсорах, — тихо предполагает Галлен. — Ставки растут, и организаторы готовы закрыть глаза даже на такие нарушения. Но… — Мужчина замолкает, подбирая подходящие слова. — Впервые вижу, чтобы участник оставил соперника в живых.       Восемнадцатый, уже скрывшись в следующем коридоре, вдруг поднимает голову и упирается взглядом прямо в камеру. Салютует пальцами и с ухмылкой дерзко подмигивает.       Будто знает наверняка, что энигма сейчас смотрит именно на него.       Сердце Тэхёна гулко ухает где-то в горле, а пальцы заметно дрожат, когда он подносит мундштук ко рту и нервно делает глубокую затяжку. Дым обжигает, но не даёт привычного облегчения.       — Кто он вообще такой? — нетерпеливо спрашивает Тэхён, облизнув пересохшие губы. — Мне срочно нужны подробности.       — Я же говорил, ханным, информация закрыта. Его привезли из…       — Даже не начинай, — тут же перебивает его энигма. — Ты явно что-то о нём знаешь. Иначе зачем бы так активно рекомендовал мне именно этого альфу?       Галлен молчит неприлично долго, а потом произносит то, что заставляет Тэхёна изумлённо выгнуть бровь и поднять взгляд.       — Это не точно, но у меня есть информация, что он высшего ранга.       — Ч-что? — ошарашенно переспрашивает энигма. — И как его сюда допустили?       — Понятия не имею… Либо у него какие-то связи, либо организаторы решили устроить особое шоу в этом сезоне.       — Но очевидно же, что силы не равны.       — И всё же Восемнадцатый пока никого не убил.       — Это и удивляет. А ещё то, что все закрывают глаза на нарушения правил. Нас к чему-то готовят? Или прикончат его в самом конце с максимальной жестокостью? — произносит Тэхён, поглядывая то на шоу, то на статистику ставок.       Сумма и правда набралась баснословная.       — У него есть какие-то особые спонсоры, — делится догадкой Галлен.       — Думаешь?       — Я таких сумм ещё не видывал ни разу. И тогда решение организаторов закрыть глаза на нарушения вполне логичное. Этот парень отлично делает шоу, вы только посмотрите на зрителей.       — Свежая кровь… — цедит сквозь зубы Тэхён. — Они же обещали нам что-то новенькое.       — Именно.       На экране Восемнадцатый преодолевает очередное препятствие с пугающей лёгкостью. Он двигается в лабиринте так, будто уже был здесь раньше. Создаётся ощущение, что альфа знает абсолютно все повороты и ловушки. Но самое удивительное… Тэхён вдруг понимает, что искренне за него болеет и не хочет видеть этого участника мёртвым. Даже несмотря на то, что правила были неоднократно нарушены.       Плевать.       — Никому ни слова, — едва слышно произносит Тэхён. — Не дай бог, кто-то узнает…       — Да я всё понимаю, ханным, — быстро кивает помощник. — Но если Восемнадцатый дойдёт до конца и выберет вас, то…       — Это будет весьма увлекательно. Высшим я ещё не отказывал, посмотрим, как он со мной справится. — Тэхён откидывается в кресле и впервые за вечер позволяет себе улыбнуться полноценно и открыто, обнажая ровный белый ряд зубов.       Восемнадцатый исчезает в глубине лабиринта и уверенно продвигается вперёд, обходя одно препятствие за другим. Наблюдать за ним сплошное удовольствие. Но всё настолько хорошо, что даже немного страшно.

***

      Новый этап встречает Чонгука подозрительной тишиной. Не той звенящей, что была в коридорах с механическими тварями, а тягучей, плотной и какой-то неестественно спокойной. Он останавливается на пороге, сканируя пространство, и не верит своим глазам.       Перед ним — самая настоящая пещера.       Под каменными сводами в мягком приглушённом свете за деревянным столом сидит древний старик. Кажется, что ему лет сто — не меньше. Нужно отдать должное режиссёрам шоу, потому что антураж завораживающий. Седая борода до груди, морщинистое лицо и глаза оттенка выцветшей синевы приковывают взгляд. Он перебирает чётки, и костяшки щёлкают с монотонной размеренностью, гипнотизируя участника.       — Проходи, — скрипучим голосом говорят ему. — Садись.       Чонгук не двигается.       Он обводит взглядом стены, ищет камеры, ловушки и хоть какой-то подвох. Слишком тихо и спокойно после предыдущих препятствий, и это не может не напрягать.       — Сядь, — настойчиво повторяет старик. — Правила же знаешь?       Он приближается к столу и медленно опускается на деревянный табурет.       — И что от меня требуется? — хрипло спрашивает Чонгук.       Собеседник поднимает на него мутные глаза и прищуривается.       — Правую руку положи на стол.       Чонгук медлит… Снова сканирует пространство, пытаясь уловить опасность, но ничего такого не чувствует.       — Трусишь? — усмехается старик. — До этого вроде был посмелее.       — Вот ещё!       Он повинуется и удивлённо смотрит, как его запястье фиксируют с помощью металлического браслета, а потом на указательный палец надевают странный предмет с электронным датчиком.       Сверху поблёскивает острое лезвие идеально заточенного ножа. Хочется инстинктивно выдернуть руку, но уже не получится.       — Это испытание на смекалку. Я подготовил три загадки. У тебя будет сто восемьдесят секунд, чтобы дать правильные ответы. Можешь выбрать специального гостя из ВИП-сектора и однократно воспользоваться его помощью, но помни: не все заинтересованы в твоей победе.       Чонгук кивает с серьёзным лицом и задаёт уточняющий вопрос:       — Если проиграю, то лишусь пальца?       — Верно. Лезвие будет постепенно опускаться и мгновенно отсечёт его, если дашь неправильный ответ или когда время закончится.       — Весело тут у вас, — хмыкает Чонгук и облизывает пересохшие губы. — А заранее можно выбрать сектор и того, кто будет мне помогать?       — Можно.       — ВИП-ложа под номером двадцать четыре, сектор A.       — Уверен в своём выборе?       — Да. — Он снова смотрит в камеру над столом. — Пусть приготовится.       — Время пошло. — На датчике загорается красный индикатор, и секунды неумолимо принимаются бежать. — Загадка первая: когда этого нет, то её все ищут. Когда она есть, то только её и слышно.       Чонгук ошарашенно замирает.       Загадка такая простая, что даже кажется слегка издевательской.       — Вода? Время? Нет, всё не то… — Он сумбурно перебирает варианты, бормоча себе под нос.       Старик смотрит на него с лёгкой и немного снисходительной улыбкой.       — Осталось сто шестьдесят секунд.       Чонгук закрывает глаза и делает глубокий вдох, пытаясь сосредоточиться. После того как ему повторяют загадку, ответ приходит сам собой.       Будто всегда и лежал на поверхности.       — Тишина, — выдыхает он, распахивая глаза. — Мой ответ — тишина.       Брови старца приподнимаются. Чонгук смотрит в выцветшие глаза и замечает, как в них мелькает удовлетворение.       — Верно. Молодец. Загадка вторая: меня дают, но не взаймы. Держат, но не руками.       — Чёрт, — тихо ругается он себе под нос и снова косит глаза на таймер.       У него только одна возможность взять подсказку и пока использовать её не хочется. Наверняка следующая загадка будет ещё более заковыристая. Чонгук перебирает в голове разные варианты, сумбурно примеряя их к услышанному. Осеняет его совершенно внезапно, отчего он широко улыбается, подняв взгляд на старца.       — Слово? Это же оно, да?       Тот выдерживает театральную паузу и кивает.       — Верно. Загадка третья: он всегда входит первым и выходит последним.       — Помощь гостя, — тут же говорит Чонгук. — На таймере уже меньше девяноста секунд, так что медлить нельзя. К тому же у него есть возможность вновь увидеть энигму и наконец услышать его голос.       Ради такого, пожалуй, не жалко и пальца лишиться.       На стене загорается экран, и красивое лицо берут крупным планом. Старец повторяет загадку, но энигма молчит. В голубых глазах отражается смятение и даже страх. Он явно не ожидал такого подвоха и теперь чувствует огромный груз ответственности. Их взгляды встречаются, и операторы выводят их на мониторы, чем вызывают волнение в зале.       — Поможешь мне? — с улыбкой просит Чонгук.       — У меня только один вариант, — произносит энигма в микрофон бархатным голосом. — Но я не уверен.       — И? — Он дёргает бровью и бросает взгляд на опускающееся лезвие, которое уже в нескольких миллиметрах от его кожи. — Мой палец нам ещё пригодится, вот увидишь!       Зал взрывается смехом. Публика в восторге от этого альфы, который в такой острой ситуации умудряется шутить. И даже холодный энигма слегка ухмыляется, а потом произносит:       — Ключ.       — «Ключ»? — удивлённо переспрашивает Чонгук и быстро прикидывает этот вариант к загадке. А действительно же подходит! — Наш ответ — ключ! — Он намеренно делает акцент на слове «наш».       — У вас есть ещё десять секунд. Уверены? Напоминаю: не все зрители на вашей стороне.       — Да, — произносит Чонгук с вызовом, не давая старику себя запутать.       Он не смотрит на таймер и лезвие, что прямо сейчас может лишить его пальца. Чонгук ловит взглядом напряжённого энигму, который, скорее всего, забыл, как дышать в эти последние мгновения.       — Браво! Это верный ответ. Поздравляю, вы прошли очередной этап без потерь и удвоили ставки господина А-24.       — Спасибо! — только и успевает выкрикнуть он, прежде чем изображение переводят на гудящую и радостную толпу.       Шоу продолжается!

***

      Восемнадцатый распахивает дверь, и камера захватывает лишь мелькнувшее в его глазах изумление, прежде чем его нога соскальзывает в пустоту. Тело инстинктивно реагирует — руки цепляются за край бетонного проёма. Пальцы скребут по шершавой поверхности, и это не позволяет альфе сорваться в пропасть.       Тэхён слышит, как зал выдыхает единым волнующим ропотом. А у самого комок в горле застрял от увиденного, потому что ещё мгновение — и этот парень наверняка превратился бы в груду мяса на бетонном полу.       «Грёбаное шоу!»       Нервы ни к чёрту…       Давненько он ни за кого так не переживал.       Точнее, вообще никогда.       Попав в золотой список элитных гостей, энигма, как и все остальные, прошёл подробный инструктаж. До них пытались донести главную мысль: альфы низшего ранга почти как животные, которые вообще не должны иметь право на жизнь. Но если уж удостоились победы, то решение за тем, кого выберет финалист.       За два года Тэхёна выбирали целых одиннадцать раз.       Его красота и недосягаемость манили многих победителей, но в итоге они оказывались в проигрыше. Потому что никакого согласия на близость так и не получали, а взять силой энигму просто невозможно даже альфе высшего ранга, чего уж говорить про низших.       — Что там? — вырывается у Тэхёна, хотя он и сам уже всё видит.       Камера, будто издеваясь, выдерживает паузу, а потом медленно опускается, открывая чудовищную картину: металлические лопасти движутся по кругу и поблёскивают кровью. Они насажены на ось, которая гудит низкой пульсирующей частотой. Этот звук разносится по залу, заставляя вибрировать даже кости черепа.       — Кровавая мельница-а! — выкрикивает в микрофон радостный ведущий.       Тэхён смотрит, как Восемнадцатый пытается сообразить, что к чему. На его лице нет ни тени усталости, в отличие от других участников, которые изрядно пострадали. Да и осталось их всего девять. Нужно отдать должное интуиции, потому что все три номера, на которые энигма поставил, ещё живы, а это не может не радовать.       — В этот раз всё как-то слишком сложно, тебе не кажется? — вырывается негодование у Тэхёна.       — Ханным… — Галлен поворачивается к нему. — Шоу обязано быть зрелищным.       — Ощущение, что до финала никто не дойдёт, — с горечью произносит энигма.       Тэхён не должен так говорить. Не стоит показывать слабость даже перед Галленом. Он хороший помощник и бета, но доверять всё равно никому нельзя. Сейчас энигму почему-то наполняет волной отчаяния. Кажется, всё происходящее окончательно расшатало его психику, что уже никакие витамины не помогают.       «Это всё неправильно!»       Внезапно один из операторов выцепляет его нахмуренное лицо, которое тут же появляется на большом экране. Зрители успели запомнить того, кто помог Восемнадцатому. Слышится свист, а потом и бурные аплодисменты. Приходится мгновенно взять себя в руки и натянуть привычную маску равнодушия.       Альфа ловит момент и прыгает в пропасть. Но уже через несколько секунд камера показывает его сильное тело, болтающееся на краю лопасти.       — Живучий чертяка! — Именно это слышит Тэхён из соседнего сектора и не может не улыбнуться.       Даже какая-то гордость берёт, хотя они, по сути, друг другу никто.       Но эти взгляды и короткий разговор на этапе с загадками будто немного их сблизил.       Или ему просто кажется?       Мышцы на спине альфы вновь демонстрируют идеальную физическую форму. Такому телу действительно можно лишь позавидовать. Правда, сейчас настолько острый момент, что энигме вообще не до восхищений. Восемнадцатый всё же находит точку опоры. Носок правой ноги касается едва заметного выступа, и Тэхён видит, как напряжение в теле альфы на секунду ослабевает. Он переводит дыхание, и камера берёт крупным планом его лицо. На скулах ходят желваки, губы сжаты в тонкую линию, но в глазах — ни намёка на страх. Такая решимость и уверенность в себе действительно вызывают уважение.       Тело альфы меняет положение, и на долю секунды кажется, что он вот-вот сорвётся. Но Восемнадцатый вновь подтягивается и даже улыбается в камеру, а потом ловит момент, чтобы отцепиться от лопасти и прыгнуть на свободный островок с очередной дверью. Необходимо очень точно рассчитать траекторию и вообще хорошо управлять телом, чтобы приземлиться в нужном месте.       Подошва ботинок почти бесшумно касается бетонного пола.       Альфа выпрямляется и поправляет волосы, что выглядит в этой ситуации даже немного комично. Он подходит к двери и скрывается в новом коридоре испытаний.       Если после мельницы никто не выжил, то Восемнадцатый автоматически станет победителем.       На экраны выводится реклама и звучит весёлая музыка.       Это настолько некстати, что Тэхён раздражённо закатывает глаза, а потом поворачивается к Галлену.       — Кажется, мне нужно немного выпить, — тихо говорит он. — Распорядись, чтобы принесли вина со льдом.

***

      Новый коридор, в котором оказывается Чонгук, круто уходит вверх. Стены, пол и потолок — всё в мелкой стальной сетке. Он оглядывается, пытаясь сообразить, что к чему, а потом замирает, когда слышит за спиной низкий, гортанный рык, переходящий в оглушительный лай. Судя по всему, на Чонгука натравили свору бешеных псин, поэтому он срывается с места без каких-либо колебаний.       Времени на раздумья просто нет.       Сетка под ногами вибрирует от ударов лап преследователей, отчего приходится ускориться ещё больше. Он ловко перелетает через препятствия, фокусируясь на финишной черте в виде узкого отверстия. Но одна из собак почти вцепляется ему в лодыжку, цапнув воздух в миллиметре от правого берца. Чонгук группируется, отпружинивает ногами и проскальзывает в отверстие за мгновение до того, как люк со скрежетом захлопывается, отсекая от него оскаленные морды доберманов.       Восемнадцатый даёт себе несколько секунд передышки и хрипло смеётся, лёжа на спине. В какой-то момент показалось, что его сейчас точно растерзают. Лёгкие горят огнём, но нужно поторопиться, поэтому Чонгук ловко перекатывается и вновь вскакивает на ноги.

***

      Выжившие участники оказываются на круглой площадке, нависающей над пропастью. Становится очевидным, что это уже финальная часть шоу и здесь победит сильнейший. После звукового сигнала все трое начинают двигаться по часовой стрелке, бросая друг на друга звериные взгляды. У Девятого столько ран на теле… Даже удивительно, как он вообще ещё не помер от потери крови. Отсутствие пальца у Пятёрки делает его слабее в глазах соперников. Он придерживает правую руку левой и злобно ощеривается. И только Восемнадцатый стоит с небольшими ссадинами и подживающей от быстрой регенерации раной на ухе.       Ну разве что вспотел немного и запачкался…       Даже как-то неловко перед другими альфами.       Они ещё долго ходили бы вот так по кругу и не решались напасть, поэтому голос из динамика оповещает:       — Дорогие участники шоу! Если поединок не начнётся через минуту, все трое будут мертвы.       Чонгук не атакует первым, а филигранно уходит от ударов. Он скользит как тень и бесконечно провоцирует вымотанных соперников на ошибки. Его движения похожи на дразнящий танец, где каждый шаг выверен до миллиметра, чтобы вогнать противников в ещё большую ярость. Пятёрка и Девятка, ослеплённые жаждой победы, в какой-то момент забывают о нём и сцепляются друг с другом в смертельной схватке. Застывшему на противоположном краю площадке Чонгуку остаётся только наблюдать, как сплетённые в клубок альфы в бешенстве скатываются к самому обрыву.       Рывок, последний удар, и оба соперника, не разжимая хватки, исчезают внизу, с протяжными криками уносясь в бездну.       Дрон с камерой замирает возле Восемнадцатого, и тот не находит ничего лучше, как широко улыбнуться и сделать короткий реверанс.       Публике такое явно придётся по душе.       В стене появляется дверь, а из бетонной площадки выдвигается металлический мостик, ведущий к ней. Он преодолевает расстояние и нетерпеливо опускает ручку, чтобы поскорее покинуть этот адский лабиринт. Честно говоря, Чонгук думал, что это будет немного легче. Ощущение, будто в этом сезоне испытания гораздо сложнее.       И всё же он рад, что добрался до конца.       Значит, всё было не зря.

***

      Чонгук оказывается в просторном помещении, которое больше смахивает на номер в дорогом отеле. После всех этих испытаний такая обстановка действительно шокирует, отчего хочется проморгаться, что он, собственно, и делает.       С подозрением оглядывается, не решаясь даже присесть на диван.       Внезапно из динамика доносится приятный голос:       — Добро пожаловать! Вы достигли финала шоу «МЯСО». Поздравляем с победой и предлагаем немного передохнуть, подкрепиться и привести себя в порядок для конечного этапа. У вас есть сорок пять минут, чтобы определиться с фаворитом.       Чонгук замечает планшет на столе. На экране показаны все специальные гости, которые делали ставки, но смотрит он только на одного. Неужели у кого-то ещё были сомнения? Безусловно, его выбор остановится на А-24.       Душевая кабина встречает его приятной музыкой и лёгким ароматом лемонграсса. Счастье, что его повреждения незначительные, а регенерация уже вовсю действует, потому что на ухе теперь виднеется только тонкая розовая полоска, будто прошло недели две после нанесения травмы. Прохладная вода и ароматный гель по-настоящему освежают. Чонгук проводит в ванной больше запланированного времени, а потом с аппетитом поглощает оставленный для победителя ужин.       Голос из динамика напоминает, что осталось десять минут и пора бы уже переодеться в приготовленный комплект, который лежит на кровати. Нет никаких сомнений, что всё помещение напичкано скрытыми камерами…       Чонгук тыкает пальцем в нужный номер и хватается за чёрную рубашку и брюки, которые садятся как влитые. Оно и немудрено, потому что с каждого участника снимали мерки перед началом шоу. Чонгук стоит у зеркала и поправляет ворот, когда дверь отворяется без какого-либо стука и на пороге возникает тот самый энигма.       Это настолько неожиданно, что он просто замирает, глядя на гостя. Одно дело — видеть его на экране или с большого расстояния, а совсем другое — вот так, в паре метров.       Энергетика просто ошеломительная, даже если учитывать, что его глушат специальными препаратами. Всего несколько шагов — и энигма оказывается рядом с ним, шумно втягивая воздух. Явно принюхивается к потенциальному партнёру или сопернику.       — Ну, здравствуй, — с улыбкой говорит Чонгук. — Поздравишь с победой?       — Добрый вечер, — сдержанно произносят в ответ. — Поздравляю. Это было феерично.       — Кстати, спасибо за помощь.       — У меня были сомнения, но рад, что палец на месте. — Он кивает на его руку и осматривает с головы до ног, не скрывая интереса.       — Могу ли я считать твоё появление здесь за согласие? — Чонгук приближается почти вплотную и тоже ведёт носом, дурея от чужого аромата.       — Вовсе нет, — с лёгкой усмешкой отвечают ему. — Это просто знакомство финалиста и специального гостя. Для того чтобы забрать денежный приз, нужно со мной переспать.       — Вот как? — На его лице мелькает искреннее удивление. — И что же от меня требуется?       — Способности, которые смогут меня подавить.       — Разве моего очарования недостаточно? — улыбается Чонгук.       — Мне жаль тебя огорчать, но за красивой картинкой скрывается опасное испытание, — говорит он медленно и почти без эмоций. — Зря ты остановил свой выбор именно на мне.       — Неужели никто так и не смог тебя одолеть? — С ним продолжают флиртовать взглядом.       Сейчас он уже не такой яркий, но всё же завораживающе притягательный.       — Нет.       — А договориться у нас никак не получится? — Чонгук снова смотрится в зеркало и уже в отражении встречается с голубыми глазами.       — Увы… — скучающим тоном произносит он. — Это запрещено правилами.       — Очень жаль. Не драться же с таким красавчиком в самом деле.       — Переживай лучше за себя, — фыркают ему в ответ.       — Трясусь от страха! — Он театрально изображает испуг.       — И правильно делаешь. — Энигма проходит дальше и останавливается возле столика. — Надо же, у кого-то прекрасный аппетит после стольких испытаний.       — Я потратил массу энергии, вот и восполняю, — с серьёзным видом поясняет Чонгук.       — Логично. Просто обычно финалистам кусок в горло не лезет.       — И много у тебя таких было? — Его взгляд следит за каждым чужим движением.       Энергетика уверенного в себе хищника лишь сильнее его заводит. Растопить такую ледяную глыбу своим огнём будет действительно приятно.       — Одиннадцать.       — Впечатляет! — присвистывает он, хотя прекрасно знает количество, потому что смотрел каждый выпуск, где присутствовал этот энигма. — Но я всё же хочу стать исключением.       Проблема в том, что участникам неизвестно, кто по происхождению выбранный ими специальный гость. Альфа, омега, гамма или энигма. Все реагируют непосредственно на картинку, а этого красавца невозможно обойти стороной. На то и расчёт у организаторов. Каждый из финалистов предвкушал победу и шикарную ночь, а в итоге терпел отказ.       Обсуждать всё это под камерами Чонгук явно не намерен, потому что раскроет важную информацию, о которой ему не должно быть известно.       — Ну, удиви меня, что ли, — с лёгкой усмешкой говорит энигма и наливает себе вина.       — Оу, это я запросто!       Камера не успевает уловить скорость движения, но Чонгук оказывается возле гостя буквально за долю секунды. Бокал выпадает из чужих пальцев и пачкает бордовой жидкостью светло-бежевый ковёр, а сильные руки уже придавливают энигму к спинке дивана. Это настолько неожиданно, что тот не успевает среагировать. И сейчас планирует оказать сопротивление, но не может даже пошевелиться: находится в плену алого взгляда.       — Эффект внезапности всегда работает на ура, — говорит Чонгук и довольно улыбается, а потом снова тянет носом. — Твой аромат такой тонкий и приятный. Дай попробовать тебя на вкус. — Он наклоняется к его шее, но тут же чувствует выброс подавляющих феромонов.       Любой другой на его месте уже потерялся бы в пространстве, но Чонгук даже ухом не повёл, да ещё и вдохнул полной грудью.       — Потрясающе!       — Да кто ты такой? — ошарашенно шепчет энигма, вжимаясь в диван.       — А ты? — отвечают ему вопросом на вопрос.       Завязывается нешуточная борьба, но Чонгук больше уворачивается, чем наносит удары. Уже через несколько минут помещение превращается в самый настоящий хаос.       В зрительном зале стоит шокирующая тишина.       Они ещё ни разу не видели, чтобы кто-то передвигался с такой скоростью и так отчаянно сражался. Становится очевидным, что перед ними не просто представители высшего ранга, а нечто более серьёзное. Причём это касается как первого, так и второго участника.       — Так и будешь уворачиваться? Слабак! — рычит на него энигма.       — Люблю долгие прелюдии перед сексом! — со смехом говорит Чонгук и в очередной раз уходит от удара.       Очевидно, что обычно всё заканчивалось на выбросе подавляющих феромонов. Финалист отступал и забирал крохи выигрыша, которые ему полагались в этом случае, но так и не получал главного трофея. А сейчас творится что-то невообразимое. И организаторы не торопятся вмешиваться, потому что всем интересно, чем же всё закончится.       — Ничего тебе не светит! — бросает ему энигма и всё же припечатывает сильное тело к кровати.       — Я пришёл не за деньгами, а за тобой.       Ему хотят надменно усмехнуться в лицо, но изумлённо замирают, когда чувствуют на себе волну подавляющих феромонов. Они невидимы для камер — в этом вся фишка. Поэтому зрители не совсем понимают, что сейчас происходит. Но Чонгук без проблем оказывается сверху, нависнув над красивым лицом. У него нет цели причинить боль энигме или напугать. Он всего лишь парализует его на время, чтобы тот перестал сопротивляться.       Обнажённая кожа нежного изгиба шеи так и манит.       Чонгук наклоняется и широким мазком языка оставляет на ней влажный след, а потом поднимает взгляд на камеру над кроватью.       — Если вы ждали, что мы тут будем трахаться на радость всем, то можете расходиться. Спектакль окончен. И вообще… — Он вновь приближается к шее и обнажает клыки. — Хорошее шоу мясом не назовут!       Льдисто-голубые глаза округляются от испуга, когда кожу пронзает острой болью.       А потом его накрывает мгновенная темнота…

***

      Чонгук в очередной раз наведывается в комнату и смотрит на спящего энигму. В сгибе чужого локтя торчит катетер, подключённый к капельнице. Это уже третья за сегодня. Доктор Фрей обещает, что всё будет хорошо, но тревога никуда не девается. Он ждёт не дождётся его пробуждения.       Присаживается на стул возле кровати и вздыхает.       И тем не менее не может сдержать улыбки.       Даже не верится, что самое ужасное позади. Не без сложностей, но всё-таки они смогли вывезти его в Оманс. Фило до последнего сомневался и материл Чонгука, опасаясь, что их всех арестуют на территории Гиверта и упекут за решётку. Но так и не смог отказать лучшему другу.       На сбор информации, подготовку и поиск проверенных людей ушёл не один месяц. Но это определённо того стоило. Он в очередной раз открывает анкету, которую передал Галлен, и пробегается глазами по чужой биографии:       «Имя: Ким Тэхён.       Место рождения: ярус Гиверт.       Происхождение: энигма высшего ранга.       Уровень воздействия: высокий.       Уровень опасности: максимальный.       Нахождение на шоу: 24 месяца.       Возраст: 22 года».       Когда Чонгук отправлялся за ним, то даже не знал, как его зовут. А имя-то какое красивое! Очень ему подходит. Спасибо Галлену за содействие: без него бы они не справились. Он протягивает руку и накрывает ладонью щёку энигмы. Ему, конечно, досталось с этой меткой, но иначе было никак.       — Прости меня, — ласково шепчет он, перебирая тёмные пряди волос. — Меньше всего я хотел причинить тебе боль и делать это против твоей воли.       Тэхён глубоко вздыхает во сне и меняет положение головы, но глаза остаются закрытыми.

***

      Очень странно просыпаться в абсолютной тишине и в совершенно незнакомом месте. Во рту настолько пересохло, что в горле дико саднит. Тэхён открывает глаза и пытается справиться с вертолётами под потолком. Ощущение, будто он перепил лишнего. Осознание медленно, но верно накрывает его с головой.       Финальный эпизод шоу.       Борьба с победителем.       Красные глаза.       Подавляющие феромоны.       Метка?       Он осторожно вытаскивает руку из-под одеяла и касается шеи. Место укуса до сих пор адски болит, но у него в голове не укладывается, как такое вообще возможно. Насколько ему известно, энигму нельзя пометить, если только…       — Вот чёрт! — хрипит Тэхён и пытается сесть, но слабость во всём теле не позволяет.       Он рассматривает просторную и стильно обставленную спальню, грешным делом подумав, что это тоже часть шоу.       «Неужели финалист надругался надо мной, пока я был в отключке?»       Во всём теле чувствуется невыносимая слабость. Энигма снова проваливается в сон, а когда просыпается, в комнате уже не так темно, а рядом с ним сидит тот самый Восемнадцатый.       — Привет, — с тёплой улыбкой шепчет он. — Как твоё самочувствие?       Тэхён ошарашенно промаргивается, уставившись на уже знакомое лицо. От красных глаз не осталось и следа. Теперь они цвета морской лазури. Такие насыщенные, что даже не верится в их натуральность.       — Это линзы? — хрипло спрашивает энигма.       — Мм? О чём ты? — удивляется собеседник, а потом касается правого века. — Оу, ты об этом? Нет-нет, они такие с рождения.       — Где я? — Тэхён снова окидывает растерянным взглядом просторное светлое помещение.       — В моём доме. В Омансе.       От этой информации на лице энигмы отражается искреннее удивление. Уровень шока просто зашкаливает.       — Кто ты такой? — Голубые глаза с подозрением прищуриваются.       — Меня зовут Чон Чонгук. Я тоже энигма, но ты, наверное, уже и сам догадался.       Такая мысль действительно имела место, но он до последнего её отвергал. Вероятность того, что два энигмы встретятся, крайне мала. Тэхён и сам об этом читал, и Галлен говорил неоднократно.       — Каким образом тебе удалось пробраться на шоу? Это же просто невозможно!       — У всего есть цена. И мы готовились к этому больше года.       — К моему п-похищению?       — Не только. Моя цель была глобальнее — наказать всех причастных. Так что больше в этом шоу никто не погибнет.       Тэхён прикрывает глаза и рвано выдыхает. Каким бы сильным он ни был, но слышать подобное для него сейчас на грани фантастики. Всё кажется сном, но просыпаться нет ни малейшего желания.       — Расскажи, — только и может выдавить он.       И Чонгук посвящает его во все детали их фееричного побега.       Начинает с того момента, как он увидел его на фрагменте короткого ролика из блэкнета, а потом друг умудрился скачать все выпуски этого мерзостного шоу. И чем больше Чонгук его смотрел, тем больше понимал: дело там нечисто. Помимо низших альф, из которых почти никто не возвращался домой, были ещё и специальные гости. Якобы ВИП-персоны из богатых семей, о них мало что известно. Но они накопали и эту информацию и были в ужасе от масштабов преступления и коварности организаторов. Это было похоже на сексуальное рабство без возможности вырваться на свободу.       — Тебя забрали из семьи после восемнадцати лет… — звучит не как вопрос, а как утверждение, с которым Тэхён и не спорит, а лишь коротко кивает.       — За долги отца, — добавляет он. — Выбора, собственно, у меня и не было. Правда, тогда я ещё не понимал, что вовсе не омега высшего ранга. Организм только-только начал перестраиваться и проявлять свою истинную сущность. Галлен говорил, что я очень ценный экземпляр и моей семье выплатили за меня огромные деньги. — Он замолкает и озадаченно смотрит на металлическую стойку с прозрачной колбой. — Кстати, а что это за капельница?       — Ты знал, что твою силу глушат? При желании энигма легко мог бы положить там всех, начиная от организаторов и заканчивая случайными зрителями шоу. Сейчас ты в безопасности, но действие препаратов, которыми тебя пичкали долгое время, ещё продолжается. Мы выводим их постепенно.       — Но Галлен давал мне только витамины, — звучит немного растерянно. — Разве нет?       — Бред это всё. Твой помощник сам рассказал, как организаторы шоу боялись, что твои феромоны снесут там всё к херам. Потому и подавляли их, но не до конца, а частично. Всё же ты должен был выполнять свою главную функцию недоступного красавчика, с которым никто не может справиться.       — Галлен был с вами заодно?! — удивлённо спрашивает Тэхён. — Так вот почему он так настаивал, чтобы я выбрал именно тебя…       — Да. Ему мы тоже помогли воссоединиться с семьёй, иначе твоего бету арестовали бы одним из первых.       Энигма смотрит на него с нарастающим изумлением. К своему помощнику он действительно очень привязался за два года и сейчас безумно рад слышать, что с ним всё хорошо.       — За него отдельное спасибо, — шепчет Тэхён и пытается спрятать нахлынувшие эмоции за привычной маской. — Галлен всегда мне помогал, но был таким же заложником системы.       — Знаю, — кивает Чонгук.       — Если ты тоже энигма, почему не воздействовал на организаторов?       — Во-первых, до них не добраться: вся троица тщательно скрывается. Во-вторых, хотел сделать всё чисто и по законам Гиверта, да и боялся, что ты пострадаешь. Пришлось импровизировать и пойти на риск.       — И всё же я не понимаю, как тебя не рассекретили. Невозможно же всех подкупить…       — Ты даже не догадываешься, какими способностями мы обладаем. Дар убеждения — один из них. А прикинуться альфой или омегой любого ранга для энигмы не составляет труда. Главное — не демонстрировать свою силу.       — И ты притворился низшим? — удивлённо шепчет Тэхён, разглядывая своего спасителя.       Он пока не понимает, радоваться ему или нет. Внутри возникает полное смятение чувств — от злости за метку до шока от услышанного. Меньше всего Тэхён ожидал проснуться в чужом ярусе.       — Да. Когда я узнал подробности этого шоу и сколько жертв стоит за организаторами, медлить больше не мог. Вам же наверняка говорили, что эти альфы приходят туда добровольно, чтобы подзаработать и вдоволь потрахаться с высшими. Но это не всегда было так. Многих похищали и заставляли участвовать, угрожая вырезать всю их семью.       — Бо-оже… — Тэхён закрывает лицо ладонями. — Такое просто в голове не укладывается. Я думал, что насильно удерживают только специальных гостей, да и то далеко не всех.       — К сожалению, нет.       — Принимать участие в шоу было обязательно?       — Без этого, увы, никак. Мне нужно было изучить весь процесс и собрать необходимые доказательства.       — Как ты прошёл инициацию? Обычно для низших это сильный катализатор, блокирующий чувство страха.       — На меня такие инъекции не действуют. Единственный эффект — это яркие красные глаза.       — А если бы погиб там на испытаниях?       — Ну не погиб же, — усмехается Чонгук, но меняется в лице, когда замечает, что энигме совсем не до веселья. — Теперь можно выдохнуть: здание оцепили, а организаторов ждёт смертная казнь.       — Почему при нарушении правил тебя не дисквалифицировали и не убили?       — Мы подключили колоссальное количество спонсоров, но их ставки были с особым статусом. Тебе должно быть известно, что это значит.       — Тот, на кого ставят, обязан выжить и непременно дойти до финала.       — Именно. Поэтому мне прощали маленькие шалости, — с усмешкой говорит Чонгук.       — Но как тебе удалось вывезти меня в Оманс? — прилетает очередной вопрос.       — Надёжные люди помогли. Мы вырубили всё электричество в здании. Началась паника, и у нас был временной зазор, но нужно было поторопиться. Я не мог допустить, чтобы тебя арестовали вместе с остальными.       — Эта метка… — Он снова касается подушечками пальцев припухлости на шее и морщится от боли. — Я вообще ничего толком не помню.       — Прости. Мне пришлось прибегнуть к вынужденной мере, иначе мы бы там с тобой до утра бодались, а счёт шёл буквально на минуты. Да и сопротивляющийся энигма на плече — такое себе удовольствие.       — Не проще ли было обездвижить меня феромонами? — недовольно бормочет Тэхён. — Ты не имел никакого права ставить её!       — Без моей метки тебя не пропустили бы через границу Оманса. Теперь ты официально моя пара, — растянув губы в счастливой улыбке, произносит он в ответ.       — А моё согласие не требуется? — Его прожигают ледяным взглядом. — Спасибо, конечно, за спасение и хлопоты, но я вообще на такое не подписывался!       — Это вполне ожидаемая реакция. Тебе нужно время, чтобы всё осознать. Но я не враг тебе. Ты в любой момент можешь поставить мне свою. — Ему хитро подмигивают, чем выводят из себя ещё больше.       — Размечтался! — фыркает Тэхён и отворачивается.       — Дай взгляну. — Чонгук игнорирует его возмущения и наклоняется, невесомо касаясь пальцами воспалённой кожи. — Когда заживёт, будет очень красиво. Узор уже формируется, но ему нужно помочь. — Он выпускает успокаивающие феромоны и бессовестным образом прижимается губами к метке, а потом и вовсе лижет её широкими мазками языка, чтобы убрать воспаление и боль.       — Ч-что… — задыхаясь от избытка эмоций, выдавливает Тэхён. — Что ты творишь?       — Это должно быть приятно, — урчит энигма. — Просто закрой глаза и расслабься.       Ощущения непередаваемые.       Тэхён плавится под его прикосновениями и совсем не может сопротивляться. С губ срывается тихий несдержанный стон, а кожа покрывается мурашками. Мозг отказывается воспринимать этого наглеца как пару, потому что, по сути, его присвоили насильно. А тело… Оно сгорает от желания быть как можно ближе. И от этого внутреннего диссонанса у него выступают слёзы на глазах.       — П-пожалуйста, — звучит на грани слышимости.       Из последних сил Тэхён упирается руками в чужую грудь в попытках оттолкнуть настойчивого энигму.       — Прости. — Чонгук отстраняется, но смотрит с таким обожанием, что становится неловко. — Я дурею, находясь рядом с тобой. Не представляешь, как долго я искал себе подобного.       — Но как ты понял, что я тоже энигма? Об этом никогда не упоминалось в шоу.       — Прочитал по глазам. В твоём взгляде — особая подавляющая энергетика. Такая же, как и у меня. Но я сильнее, потому что старше тебя на шесть лет.       — И всё же это ничего не значит. Я не собираюсь тебе покоряться.       — Потрясающе, — со смехом говорит Чонгук и поднимается со стула. — Ничего другого я и не ожидал услышать. Отдыхай, скоро тебе принесут обед, — мягко добавляет он и скрывается за дверью.       Тэхён ошарашенно таращится в потолок, и кожу вновь осыпает мурашками, когда он вспоминает, как чужой горячий язык зализывал грёбаную метку.       — Проклятье… — едва слышно цедит энигма.

***

      Тэхён выбирается из постели к вечеру того же дня, принимает душ и долго стоит в ванной перед огромным зеркалом. Узор на шее стелется витиеватыми стеблями, частично прячась за ухом и спускаясь изящными завитками к ключице. Он хоть и злится, но не может не отметить, что это действительно выглядит невероятно красиво. Скоро она посветлеет и станет ещё лучше.       В голове, грешным делом, мелькает странная мысль…       «А как бы моя метка смотрелась на этом наглеце?»       Тэхёну до сих пор не верится, что они теперь пара. Он продолжает психовать, но не думать о Чонгуке не может. Если учитывать дорогой интерьер спальни и примыкающей к ней ванной, а ещё личную прислугу и врача, который заглядывал к нему дважды, этот энигма весьма состоятелен.       Тэхёну нестерпимо хочется выбраться отсюда и осмотреться, но он решается на это только после ужина. В гардеробной обнаруживается несколько комплектов одежды. Он снимает с вешалки первые попавшиеся рубашку с брюками и переодевается.       Не ходить же ему по чужому дому в пижаме или халате.       Энигма осторожно выглядывает в коридор и добирается до стеклянного парапета, возле которого хорошо просматривается гостиная на первом этаже. Чонгук сидит на диване в окружении нескольких мужчин и что-то оживлённо обсуждает. Тэхён замирает, чувствуя себя не в своей тарелке, потому что подслушивать вроде как нехорошо, но уж очень интересно, о чём они там говорят.       Речь идёт о политике Оманса, тайном финансировании и том самом шоу, на котором успел побывать Чонгук. Парень со светлыми волосами общается с ним слишком панибратски, да ещё и постоянно подшучивает. Видно, что все находятся в дружеской и расслабленной обстановке, но разом замолкают, когда взгляд энигмы внезапно устремляется вверх. Другие собеседники тоже поднимают головы и с интересом рассматривают гостя.       — Это он? — спрашивает один из мужчин.       — Да, — на ходу отвечает Чонгук и через несколько секунд останавливается возле лестницы.       Хозяин дома делает приглашающий жест и замирает в ожидании, глядя на него с лёгкой улыбкой. Тэхёну ничего не остаётся, как покорно спуститься к нему.       Интерьер особняка действительно впечатляет.       Даже страшно представить, сколько это всё стоит.       Голова всё ещё немного кружится, поэтому Тэхён придерживается рукой за перила лестницы и осторожно достигает первого этажа, остановившись напротив Чонгука.       — Как самочувствие? Я планировал зайти к тебе перед сном. — Его мягкий баритон буквально обволакивает.       — Уже лучше, — сдержанно кивает он. — Но лежать надоело.       — Это хорошо. Значит, идёшь на поправку. Присоединишься к нам? — Ему протягивают руку.       — Там твои друзья? Не хочу мешать.       — Друзья и семья. Идём. — Не дождавшись, когда Тэхён даст ему свою ладонь, Чонгук берёт инициативу на себя, да ещё и переплетает их пальцы.       И вроде бы нужно пресечь эту наглость на корню, но…       От прикосновения к коже по всему телу разливается приятный жар. Даже щёки зарумянились, или ему так кажется. Удивительная реакция организма на чужой контакт. Хотя, наверное, просто дело в чёртовой метке, которая теперь незримо их связывает.       Четверо мужчин поднимаются со своих мест и почтительно кланяются гостю, не скрывая восхищённых взглядов. И только один из них подходит к нему и пристально всматривается в голубые глаза.       — Ну, здравствуй, красавчик, — с улыбкой говорит ему блондин.       Тэхён вопросительно выгибает бровь и переводит озадаченный взгляд на Чонгука.       — Это Фило. Именно он помогал мне со спецоперацией в Гиверте.       — Да попробуй тебе не помоги! Все уши прожужжал со своим энигмой! — Парень закатывает глаза.       — Сдаёшь меня с потрохами, предатель! — со смехом говорит Чонгук и неожиданно приобнимает Тэхёна за талию.       Тот мгновенно напрягается, потому что жар от ладони обжигает даже через ткань.       — Ким Тэхён — моя пара, — представляет он его остальным гостям.       — Никакая мы не пара, — упрямо произносит энигма. — Я не давал своего согласия, а метка ещё ни о чём не говорит.       — Как скажешь, — лишь пожимают плечами на его выпад.       — Могу я выйти в сад и немного подышать свежим воздухом? — хмуро интересуется Тэхён, чувствуя, как напряжение в помещении достигает пика.       Судя по всему, никто не ожидал, что он будет так дерзко разговаривать с хозяином дома. Мужчины озадаченно переглядываются, но явно не собираются вмешиваться.       — Конечно, Дэус тебя проводит, — кивает Чонгук и вызывает кого-то из прислуги.       На него не давят, не спорят и заботятся как о самом дорогом госте, но почему-то всё воспринимается через призму какой-то неправильности.       Будто он здесь лишний.       Или просто нужно больше времени, чтобы привыкнуть?

***

      Спустя несколько недель действие препаратов постепенно сходит на нет, но Тэхён ещё учится управлять силой, обрушившейся на него со всей мощью. Чонгук терпеливо объясняет: помимо подавляющих феромонов, используемых энигмой на шоу, у него есть масса других способностей, которые спали в нём целых два года.       Для Тэхёна всё это в новинку, но он прислушивается к наставнику и собственному организму. Не всё получается с первого раза, но экспериментировать над Чонгуком, который позволяет воздействовать на себя теми или иными способами, иногда очень даже весело.       И как бы он ни сопротивлялся, это чертовски сближает.       Чонгук слишком сдержан с ним и больше никаких вольностей в адрес энигмы не позволяет. Лишь смотрит подолгу тягучим голодным взглядом, от которого внутри всё переворачивается, и едва слышно вздыхает. Особенно это заметно перед сном.       И всё же, наверное, это правильная тактика.       Если бы его пытались и дальше присвоить силой, ничего не вышло бы.       Иногда Тэхёну кажется, что его медленно, но верно приручают к себе. А он совершенно не понимает, как к этому относиться. Злость из-за метки немного улеглась, но никуда не делась. Теперь она трансформировалась в другое состояние — невыносимое желание обладать этим мужчиной. Но тогда энигма проявит слабость и покорится ему, чего никак не может допустить.       Не в его это правилах.       Чонгук — прекрасный собеседник, да ещё и с отличным чувством юмора. Он знает толк в заботе и ухаживаниях, но делает это очень тонко. А к хорошему быстро привыкаешь. И чем больше времени проходит, тем сильнее Тэхён к нему привязывается, сам того не замечая.       Ему разрешено гулять по всему особняку и огромной территории сада. Библиотека, бассейн, тренажёрный зал и домашний кинотеатр — всё в его распоряжении. Но тем не менее этого недостаточно. Энигма всегда с нетерпением ждёт возвращения хозяина дома, хотя и притворяется, что не торопится с ним увидеться, сохраняя привычный холод и отстранённость. На самом деле Тэхён совсем не такой, но подобный образ даёт ему некую иллюзию защиты.       Он никогда и ни перед кем не открывал душу и сердце.       Оба частенько балансируют на грани, отчего просто дух захватывает. Подолгу смотрят друг на друга и зависают в затяжной тишине. Тэхён уверен: Чонгуку есть что сказать, но всё же он предпочитает молчать, предоставляя ему столько времени, сколько необходимо. Будто навёрстывает упущенное и всем видом демонстрирует, что ему можно доверять.       Но сделать первый шаг оказывается очень и очень непросто.       Судя по всему, должно было что-то такое случиться, иначе они ещё долго барахтались бы в пучине нерешительности.

***

      — Добрый день, ханным, — говорит Дэус, когда находит его в библиотеке. — Хозяин распорядился, чтобы вы были готовы к семи часам. Ваш костюм уже в гардеробной.       — Готов к чему? Сегодня намечаются какие-то гости? — удивлённо спрашивает энигма, отложив книгу в сторону.       — Нет. Насколько мне известно, вы куда-то поедете, — с улыбкой отвечает слуга и почтительно кланяется.       — Оу! — тут же оживляется Тэхён и мчится в свою комнату.       Он ещё ни разу не бывал за пределами особняка, а прошло уже больше двух месяцев. Конечно, ему очень хотелось посмотреть Оманс, но попросить Чонгука не решался. Тем более пока есть проблемы с документами.       Костюм просто шикарный.       Прямо под цвет его глаз.       Тэхён касается кончиками пальцев вышивки и счастливо улыбается. Он понятия не имеет, что за повод, но уже в предвкушении. Принимает душ и долго крутится перед зеркалом, прихорашиваясь. Давно у него не было такого воодушевления, даже самому страшно. И в какой-то момент энигма ловит себя на мысли, что, возможно, сегодня готов сделать шаг навстречу, зная, как долго и терпеливо ожидают его решения. Непонятно, что из этого получится, но попробовать, наверное, стоит.       Он спускается на первый этаж и почти сразу замечает вышколенного водителя, который ожидает у входа. Чонгук выходит из кабинета и замирает, глядя на энигму. Едва заметно дёргает головой и кивает ему в знак приветствия. Сам он выглядит не менее потрясающе. Костюм в стиле тотал блэк ему очень к лицу. А зачёсанные назад тёмные волосы добавляют солидности.       — Ты невероятно красив, — с улыбкой говорит Чонгук.       — Благодарю, ты тоже. Правда, не совсем понимаю, куда мы так вырядились. — Тэхён направляется вслед за хозяином дома.       — Твои документы готовы. Решил, что мы можем это отметить в хорошем месте среди моих друзей. Ты же не против немного развеяться?       — Наконец-то! Я буду только рад!

***

      Тэхён с интересом озирается, разглядывая необычный интерьер ресторана. В Гиверте до восемнадцати лет ему приходилось много учиться, так что времени на развлечения совсем не было, а потом его отдали за долги, чего он до сих пор не может простить семье.       Гостей гораздо больше, чем он предполагал.       Много новых лиц, и от этого слегка некомфортно. Было бы куда лучше, если бы они с Чонгуком просто провели время вдвоём. Ну максимум с Фило, Ханом, Греем и ещё парочкой друзей. К тому же сегодня к его персоне слишком много внимания, поэтому как-то не по себе. Нужно быть вежливым и приветливым, а у Тэхёна с этим большие проблемы.       Даже как-то странно, что поводом для такого торжества стали его документы.       Несколько бокалов вина всё же расслабляют. Чонгук против сигарет, но сегодня даже разрешает ему выйти на балкон и немного покурить в компании своих приятелей. Среди них есть и Фило, который болтает без остановки. Единственный, с кем Тэхён чувствует себя довольно расслабленно. Они стоят у парапета, выдыхая густой дым в темноту ночного неба, и обсуждают какой-то фильм. Через панорамные стёкла хорошо просматривается огромный стол, за которым сидят гости. Но внезапно Тэхён замечает нечто странное.       Один из мужчин наклоняется и обхватывает шею Чонгука в каком-то недвусмысленном жесте. Совершенно точно интимном, отчего у Тэхёна дико ощеривается внутренний зверь. Это так неожиданно, что он пугается собственнической реакции. Он не отвечает на вопрос Фило и вообще никак не реагирует, а сильнее фокусирует зрение, приближая его до максимально возможного, и обостряет слух, как когда-то учил Чонгук.       Из-за музыки и чужого смеха ни черта непонятно, о чём они там говорят, но очевидно, что мило воркуют. Ноздри сами собой раздуваются от негодования, а желваки уже играют под кожей.       — Кто это? — цедит Тэхён, не сводя глаз с парочки.       — Что? О ком ты? — Фило следит за чужим взглядом и усмехается. — Оу, это долгая история.       — И всё же… — Энигма делает глубокую затяжку.       — А что тебя так напрягло? Это нормальное для них общение.       — А кто сказал, что я напряжён? — Тэхён снова натягивает маску холодности и равнодушия. — Просто интересуюсь.       — Его бывший, — припечатывает Фило. — У них есть общий бизнес, может, обсуждают что-то по работе? — предполагает он. — А разве тебе не всё равно? Ты же сам сказал, что вы не пара.       — Ясно. — Нужно отдать должное выдержке энигмы. Ни единой эмоции на лице — только пристальный взгляд через стекло, но и от него веет холодом. — Ты прав. Мне не стоит интересоваться такими вопросами.       — Кстати, твоя метка стала совсем бледная. Наверное, ждёшь не дождёшься, когда её действие прекратится? — как ни в чём не бывало произносит он.       — Само собой, — звучит едва слышно. — Извини, мне нужно отойти… — Тэхён покидает веранду и размашистым шагом пролетает мимо стола в сторону уборных.       Внутри всё кипит от эмоций, и справиться с ними нет никакой возможности. Если он вернётся к гостям, то просто уничтожит этого альфу на глазах у всех, чего никак нельзя допустить.       «Мы действительно не пара. Ну и чего так психовать?»       Тэхён умывается холодной водой и пытается успокоиться, но ни черта не выходит. Впервые он сталкивается с таким ураганом чувств. Это сносит все тщательно выстраиваемые им преграды, которыми энигма так умело прикрывался всё это время.       Он никогда раньше не испытывал ревности.       Хочется разбить раковину, зеркало и вообще крушить всё вокруг. Эти эмоции настолько сильные и пугающие, что Тэхён больше не может сдерживаться. Он вылетает из уборной и останавливается на входе в зал, пытаясь сделать глубокий вдох, но в груди будто что-то застряло. Требуется много усилий, чтобы вернуться за стол, правда, эти двое зря времени не теряли, пока его не было.       Рука альфы наглым образом лежит на колене Чонгука, пока они что-то рассматривают в телефоне и тихо смеются, соприкасаясь лбами.       Если у Тэхёна спросят, он точно не ответит, в какой момент выпустил удушающие феромоны в сторону соперника. А то, что энигма воспринял это как вызов и не собирался мириться с происходящим, — очевидный факт.       Альфа тянется рукой к горлу и сползает со стула, испуганно глядя во льдисто-голубые глаза, которые прожигают насквозь. Чонгук реагирует молниеносно. Хватает Тэхёна за руку и утаскивает на веранду, сбив с ног бету-официанта. Хочет прижать к себе, но его с силой отталкивают.       — Тшш, всё в порядке. Просто выдохни и постарайся успокоиться.       Зря он это сказал, потому что в ответ его накрывает волной подавляющих феромонов, от которых слезятся глаза и пылает под кожей, пробирая до самых костей. Боль просто адская, и если бы Чонгук не был энигмой, то уже упал бы без чувств.       — Отвали! — рычит Тэхён, вжимаясь в стену. — Не прикасайся!       Чонгук понимает, что дело плохо. Он пропустил первую атаку, поэтому с трудом, но всё же ставит блок и направляет мощный поток успокаивающих феромонов. Это срабатывает, но далеко не сразу. Только через несколько минут энигма перестаёт на него воздействовать и без сил оседает на пол, устало прикрыв глаза. Его колотит крупной дрожью.       Такой шквал эмоций оказался просто фатален.       — Я хочу уехать, — едва шевелит губами Тэхён. — Пожалуйста.       — Конечно. — Чонгук и рад бы его обнять, но боится усугубить ситуацию. — Сейчас вызову водителя. — Он достаёт телефон и торопливо кому-то звонит. — Идём.       — Оставайся с гостями, я вполне справлюсь сам. — Энигма обнимает себя за плечи.       — Это не обсуждается. — В лазурных глазах плещется неприкрытая тревога и желание защитить.       Тэхён коротко кивает, понимая, что иначе ему вообще не дадут покинуть этот чёртов ресторан. И позволяет вывести себя с веранды под изумлённые взгляды и перешёптывания свидетелей развернувшейся драмы. Ему дико стыдно за то, что он здесь устроил, но иначе его просто разорвало бы от эмоций.       В машине едут молча.       Подсвеченные ночными огнями улицы мелькают слишком быстро, потому что водитель несётся с огромной скоростью. Даже рассмотреть толком ничего не удаётся.       Особняк встречает их холодными тёмными объятиями.       Тэхён срывает с себя пиджак и стремительно преодолевает расстояние до лестницы, а потом добирается до своей комнаты, желая скрыться за дверью, но ему не позволяют.       Чонгук буквально дышит ему в затылок и следует по пятам. Одним рывком разворачивает его и притягивает к себе.       — Сделай глубокий вдох и не давай злости брать над собой верх, — мягко шепчет он.       — Я хочу тебя придушить. Просто знай это, когда пытаешься обнять.       — Помни, что я всё равно сильнее, но причинять тебе боль у меня нет ни малейшего желания.       — Убери. Свои. Руки!       — Тэхён… — Он едва сдерживает улыбку, и это его фатальная ошибка.       Его припечатывают к стене в мгновение ока.       Научил же на свою голову…       — Тебе весело?! — зло шипит на него энигма и снова пытается выпустить подавляющие феромоны.       — Воу-воу, полегче! — Чонгук выставляет перед собой ладони.       — Да иди ты к чёрту! — Его с силой отшвыривают в противоположную сторону.       Только и остаётся, как сгруппироваться в полёте, потому что от письменного стола явно ничего не останется. Слышится ужасающий грохот, после чего борьба продолжается ещё какое-то время. Тэхён не сразу, но всё же понимает: ему поддаются и как будто позволяют вытворять весь этот хаос в собственном доме. Он замирает, нависая над Чонгуком на кровати, и шумно выдыхает.       — Уже лучше. Успокоился? — с улыбкой спрашивают у него.       — Ощущение, будто я схожу с ума. Как это контролировать? — в отчаянии шепчет Тэхён.       — Что именно? Ревность или любовь? — Нежные интонации в голосе совсем не помогают держать себя в руках.       — И то… И другое, — хрипло отвечает энигма и оказывается снизу в мгновение ока.       Его целуют с такой страстью, что остатки кислорода стремительно покидают лёгкие. Тэхён сначала замирает вытянутой струной, а потом… Вихрь неземного блаженства обрушивается на него с огромной мощью, что он уже не в силах устоять перед этим соблазном. Губы раскрываются в ответном действии, а язык сплетается с чужим в безумном танце, от которого невероятное возбуждение закручивается спиралью по всему телу.       От кончиков пальцев и до самой макушки.       — Вот та-ак, — с наслаждением шепчет Чонгук, упиваясь каждым миллиметром оставленной на шее метки. Неистово лижет её и снова возвращается к губам. — Не представляешь, чего мне стоило не касаться тебя всё это время!       — О бо-оже… — выдыхает Тэхён, извиваясь под ним в сумасшедшей схватке страсти и самообладания, где последнее явно в проигрыше.       — Будь моим! — Он отстраняется на мгновение и смотрит в голубые глаза. — Прошу тебя не на правах того, кто поставил тебе метку. И не на правах того, кто старше и сильнее. Прошу как равный равного и отдавший тебе своё сердце ещё там, на сцене грёбаного шоу.       — Чонгу-ук… — Энигма сейчас с трудом воспринимает реальность, но впервые не отталкивает, а наоборот. — Ещё, сделай так ещё! — Он выгибает шею, подставляясь под горячий влажный язык. — Я твой. Твой. Только твой… — слышится заполошный шёпот.       Одежда трещит по швам и летит куда-то в сторону разломанного в щепки комода. Поцелуи-укусы сменяются вселенской нежностью, а потом страсть и дикое необузданное желание вновь берут над ними власть.       Тэхён даже не замечает, как оказывается полностью обнажённым. Это настолько необычные ощущения, что он теряется на мгновение, но не успевает по-настоящему смутиться, потому что его снова увлекают в очередное тактильное безумие.       Почти шоковая терапия…       Но на удивление это действительно помогает унять гнев и направить эмоции в иное русло. Тэхён в них настолько растворяется, что Чонгук порой останавливается проверить, а в порядке ли он.       Пальцы на коже.       Движения в унисон.       Сбившееся дыхание.       Когда они сливаются воедино — время для них замирает окончательно. Их феромоны сплетаются в общий коктейль чувств и эмоций, что лишает рассудка. Они похожи на животных, изголодавшихся по первобытному и даже грязному сексу. И при всём этом напоминают самых романтичных любовников, которые с трепетом впитывают то, что нельзя высказать словами.       Тэхён под ним рассыпается на осколки.       Не зря он столько времени никого к себе не подпускал. Зато сейчас испытывает нечто фантастическое. И ни на что не променяет эти ощущения.       Бёдра к бёдрам.       Его берут так умело и властно, что остаётся только утопать в наслаждении и просить ещё.       Они сгорают в страсти среди разрушенной мебели и даже не замечают, как передают друг другу инициативу. Это происходит так естественно, будто иначе и быть не могло.       Тэхён сверху.       Тэхён у стены.       Тэхён изнемогает на взмокших от пота простынях.       Тэхён на коленях.       Тэхён утыкается лицом в подушку.       Тэхён кричит от наслаждения.       Тэхён снова сверху.       И снова на коленях.       И так бесконечно по кругу…       Их оргазмы похожи на сложную химическую реакцию, где невозможно отделить одного от другого. Их безумие на кончиках пальцев и в горячих поцелуях, которым нет конца и края.       От заката и до самого рассвета.       Чонгук двигается в нём с размеренной медлительностью, давая возможность хоть немного прийти в себя. Они лежат среди смятых простыней и делятся стонами, продолжая свой неистовый танец. И когда скорость в очередной раз нарастает, а наслаждение на самом пике, Тэхён подаётся вперёд, но вместо поцелуя впивается клыками в чужое предплечье. По всем правилам именно так нужно ставить метку. В порыве страсти и обоюдного согласия.       А в том, что ему позволено это сделать, он даже не сомневается. Особенно когда в него кончают с новой силой, но не отстраняются, а дарят узел.       Теперь связаны навеки.       Крепче уже некуда.       Приходят в себя спустя долгое время. Полностью ошалевшие от того, что произошло этой ночью, но счастливые до безобразия. Обнажённые тела всё ещё сплетены и разъединяться даже не собираются.       — Больше никаких воркующих коллег, — лениво бормочет Тэхён. — В порошок сотру.       — Вообще это была идея Фило… — Чонгук с довольной улыбкой целует его в висок.       — В смысле? — На его лице отображается неприкрытое удивление. — Так это всё не по-настоящему?       — Ему надоело терпеть моё вечное нытьё, связанное с тобой, — со смехом признаётся он. — Фило сказал, что тебе необходима эмоциональная встряска. Но я даже не ожидал мгновенного эффекта. Ты у меня, оказывается, такой собственник, — урчит Чонгук ему в ухо.       — Передай своему другу, что он покойник, — устало цедит Тэхён, но всё же не может сдержать усмешки. — Вот гад!       — Твоя эмоциональность подобна вулкану. Придётся хорошенько поработать над самоконтролем.       — Как рука? — Он виновато смотрит на следы своего творения.       — Адски больно. Мне срочно нужен целительный поцелуй, — капризным тоном говорит Чонгук.       Тэхён смеётся, но вместо этого прижимается губами к чужому предплечью, а потом лижет травмированную кожу, слушая сдавленные стоны. Внутри растекается удивительное тепло от такого единения.       Обмен метками — это гораздо больше, чем признание в вечной любви.       — Я сделал это не в отместку и даже не из злости, — звучит совсем тихо. — А потому, что моё сердце готово разорваться от переполняющих чувств, когда ты рядом. И я ни с кем не хочу тебя делить.       — Могу сказать тебе то же самое, любовь моя. — Чонгук приподнимается на локте и смотрит на красивое лицо в полумраке. — Я сейчас не найду в этом бардаке свои брюки и коробку с кольцом, но ты же выйдешь за меня?       — Ч-что? — ошарашенно шепчет Тэхён. — Так ты собрал всех, чтобы сделать мне предложение?       — Хотелось романтики, но что-то пошло не так, — усмехается он и гладит его по волосам. — Хотя такой сценарий тоже очень даже хорош.       Коробку с кольцом они найдут только утром. Правда, Чонгук услышит долгожданное «да» гораздо раньше.       Но если честно…       Он получил согласие ещё на сцене того ужасного шоу, смотря во льдисто-голубые глаза, ради которых готов на всё.       И никто его в этом не переубедит.       Даже засранец Фило…

____________________________________

      Эта история выложена только на Ficbook.net.                     Я не запрещаю скачивать файл для личной коллекции, но категорически против распространения где-либо.                     Если вы прочитали фанфик на другой площадке, значит, его украли и нарушили моё авторское право.                           Жду вас именно на Ficbook.net.                           Работу можно найти либо по названию «МЯСО», либо по имени автора — Adanais Vaterloy.                     Заранее всех благодарю. ❤