Демократия исключена

Что именно заставляет пересмотреть свою жизнь от начала до конца, задуматься, сидя под луной вне своего бункера, своей сейф зоны и места рождения. Кучка мусора, называемая сородичами лишь день ото дня вгоняют во фрустрацию от бессмысленного не существования, а именно чёртового выживания, приходится бороться за свою жизнь даже среди себеподобных, чтобы не загнить от одиночества, или же истечь от холодных когтей безжалостных дронов-убийц. К счастью, второе обошло её стороной, хоть и было безумно близко. И Узи клялась что лучше бы в тот день она потерпела поражение, не дожидаться разочарования от собственной слабости, вместо того, чтобы вкусить её с обжигающим чувством зря потраченного времени. Революция, то, чего так хотела Узи. Наивно было полагать, что окружение трусов, прячущиеся за стенами, смогут хоть что-то да банально осознать. Её крики для них - тишина, лишь девочка-подросток, бунтарка, возомнившая из себя особенную из-за своего папаши, чья репутация ей в принципе практически нигде не помогала. Пустословы, от них тоже никакой пользы. Будто бабки-сплетницы, мерзость! Ну не такая она как все, и что с того?! Ненависть ко всем ним прожигала изнутри, пиксельные слёзы, уже давно не появлявшиеся на дисплее, высветились, быстро стекая вниз вдоль фиолетовых ресниц. Старания напрасны. Всхлипы работяги, кажись, донелись до чужих динамиков. Медь-9 — пиздец огромная за территорией бункера, и как среди этой белоснежной мглы, которая окутала драже подвал здания, в котором сидела Узи, ей удалось найти это место. Тяжёлые, металлические звоны, стуки по полу, явно приближающиеся, и противный скрежет лезвий вдоль стен. Это нельзя было спутать ни с кем, кто из существ на этой проклятой планете обладает ещё таким арсеналом дикости в своём коде, сопоставимой с жаждой. Жаждой убийств. Машина, созданная как раз для этого. —Выходи, маленькая дрянь! - как всегда своим противным, но истерическим голосом рявкнула демонтажница. Помимо скрежета когтей, этот истерический смех резал уши, отражаясь от стен и доносясь прямо до работяги, вгоняя в оцепенение. Паника, что ещё сказать. Появилась проблема понасущнее, чем предательство от общества. Борьба за жизнь, из-за глупой охоты. И как же поступить, здание — пустое, ни одной даже развалины, за которую можно спрятаться. Длинные коридоры да и только, ведящие именно в помещение, более менее укрытое уцелевшими стенами. Ноги сами сорвались, железные ботинки жестко стучали по полу, и они заглушали звон хохота Ви, полностью предвкушённая фантазиями о методах расправы своей жертвы, что сейчас так отчаянно борется за жизнь, тем самым и выдавая присутствие ещё больше. В один момент, Узи решила обернуться. Ох ну и зря же, прямо из-за угла показалась Ви, с полным намерением догнать. Заприметив её взгляд на себе, это только добавило стимул ускориться. Она совершила рывок вперёд, когда их расстояние было практически предельным, уже победно тянув клешню, но увы и ах, работяга отскочила в сторону, коридор был узким, но прижаться к стене вышло, сердце пропустило удар, когда мимо лица пронесся коготь. Узи вновь пустилась в бегство, только в этот раз в ту сторону, откуда и сбежала. Едва ли её нога наступила на поворот в комнату, как вдруг что-то сначала обвилось вокруг талии, а затем так сильно шибануло по голове, что без особых помех Узи с грохотом свалилась на пол, также ударившись о жёсткий бетон всем чем только можно. На дисплее появилась трещина, отчего зрение пошло по пизде, глаза будто бы стали видеть отдельно друг от друга, так ещё и в некоторых частях размыто. Над её дрожащим телом нависла Ви, надменно наклонившись над подростком, шпилька ноги упиралась прямо в корпус, чуть ли не дырявя, хотя ей это ещё предстоит. Колба с кислотой угрожающе нависла над левым глазом работяги, грозясь проткнуть при сопротивлении. Вообще не церемонясь, когтистая рука схватила Узи за подбородок, даже немного царапая, но разве демонтажнице есть до этого дело? С хищным удовольствием Ви рассматривала личико Узи, все её мелкие трещинки, заляпанные от грязи и пыли щёки, почти умилительно. Дрожь от страха, честно, это возбуждало убийцу. На удивление оставшиеся силы помогли Узи выдавить малейшие звуки, более походящие на хрипы, полные отчаяния. —Ви..! Прошу..! - взмолилась она, тут же получив пощёчину, голос оборвался на стоне беспомощности. —Заткнулась, дрянь! Ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю... Ты разрушила всё! И в своих несчастьях ты виновата сама! Я не собираюсь выслушивать твоё нытье, жалкая работяга, - с рявком прошептала Ви последние два слова. Узи была на грани истерики, громкое дыхание звучало так сбивчиво, что казалось будто бы сорвётся на вопль. Ви же наслушалась уже этих криков, очень жалких, потерявших уже все моральные ценности, им было важно выжить. Но что-то промелькнуло в её взгляде, таком веселом, показалось нечто похожее на снисходительность. Она должна была признать, что для своей личности Узи выглядела привлекательно, особенно эти лиловые глаза, молящие о пощаде, в конечном итоге снесли ей крышу. Задумка была в том, зачем же опять убить, если можно куда умнее насладиться её телом? —А хотя знаешь, - заманчиво начала та, - думаю ты права. Спасибо, что избавилась от тех двоих. Теперь мне никто не помешает мне это сделать с тобой, - сладко сказала Ви. Нотка уверенности загорелась в Узи, надежда, насколько же в лучшую сторону изменилось положение. Страха перед неизвестностью это не убавило, но зато на долю мне обрадовало. Почему-то была отчётливая уверенность, что она не обманывает. Доверять убийце это как себя не уважать. Видимо Узи шибанулась так, что критическое мышление отключилось. "Что именно сделать? " прокручивалось в голове, но найти ответ не пыталась, было уже поздно, было незачем. С диким лязгом одежда работницы сорвалась вниз, хвост, что обхватывал её туловище, смог сорвать уже потрепанную ткань, ещё предварительно разрезанную когтями для удобства. Ви стала ещё более дикой, увидев обнажённое и дрожащее тело, инстинкт убийцы сразу же включился. Хвост опять потянулся вверх, уже прижимая чужие плечи к полу, впиваясь и оставляя следы. Демонтажница же, в свою очередь, будто сорвалась с цепи, совсем бесцеремонно набросилась на линию талии Узи, с удовольствием начав оставлять влажные следы языком, также нарочно, или нет, царапая зубами. В программе Узи опять начались сбои, на экране уже вылезало кучу предупреждений по типу "Ваша защита на грани", но что же она может сделать, беспомощно глядя на это? И сколько она не колыхалась, не старалась увиливать, в конце концов это всё надоело истязательнице, одна из рук поменялась на лезвие, однако как применить его стало вопросом, слишком куча вариантов. В голову всё же пришла идея, и под неодобрительные возгласы работяги, Ви воткнула руку прямо в живот, чуть выше матки, пригвоздив ту к полу, не оставив и малейшего желания пошевелиться от боли. Пронзительный крик вышел из горла Узи, голос уже вряд ли походил на человеческий, если таковым можно его назвать. И пока она ошалевала, Ви, не теряя времени, принялась за нижнюю часть тела той. Лезвие осталось в животе, но сама рука отсоединилась от него, приняв исходный вид. Ей ничего не помешало раздвинуть ноги революционерки, очень удобно. Всё идёт прямо как по её желаниям. Бедра толкнулись, тяжёлый металл врезался в промежность работяги, отчего грудь защемило, кое-как издав сдавленный стон. Похоже, оставалось только принято реальность. Разве этого она добивалась? Почему судьба так жестоко поступила с ней? Ради чего были все её старания? Ненависть к этой планете прожигала горло, мысли ещё больше заставляли вкусить горечь несправедливости, пока не сменились слезами. В добавление к боли в животе, что-то большое проникло в её промежность, распирающая боль не оставила место для мыслей. Тело было слишком маленьким, чтобы умещать мысли и член Ви одновременно. Вместо стона удушье. И с довольным, пугающим рычанием демонтажница начала своё дело. Узи горько рыдала, внутренние стенки буквально рвались под давлением. Но это слабое начало длилось ровно до того, как член не ударился в шейку матки. На мгновение она застыла на месте, меньше секунды, прежде чем оглушительно вскрикнуть, электрическая боль от толчка. Узи молилась, чтобы не сдохнуть. Хотя, неизвестно, что лучше, в её голове не осталось места для понимания происходящего. Ви после этого стала опять двигаться чуть дальше от самой матки, но всё же не теряя темпа —Пора бы начать играть по-крупному. Эти слова были пропущены мимо динамиков, но что-то внутри екнуло, сжавшись внутри. Самое мерзкое, эта тварь знала, сколько мучений причиняет собой. Наконец, прикинувшись, что уже будет двигаться в одном направлении, дав надежду, что боль не усилится. Ага, как же. Без предупреждения, Ви сначала толкнула в шейку матки, вновь заставили работяжку задыхаться, а затем толстым член проник уже и в саму матку, отчего убийца чуть не кончила от удовольствия, обхватывающее ощущение обломило в ней всякое милосердие. Раз за разом член проникал в матку, быстро выходя и вновь проникая внутрь по самое основание. Узи при первом проникновении выгнула спину от боли, получив порцию ещё одной из ща лезвия в животе, самый пронзительный крик звучал недолго, голос тут же сорвался, оставив возможность лишь хрипеть. Так ужасно она себя ещё не чувствовала, внутренние стенки потрескались от напора, из-за чего кровь смазывала член, а само проникновение в матку лишало всяких чувств, оставив лишь боль. Неизвестно, сколько прошло времени так, но когда уже всё почти закончилось, член заметно увеличился в размере, окончательно разорвав промежность, матка сильно растянулась и болела, так же, как и сама шейка. В конце концов, горячая сперма хлынула в матку, когда член уперся в её дальнюю стенку, разливая это обжигающее чувство вовнутрь в каждую щель. Ви наконец вышла из неё. —Ну что ж, бывай. Возможно потом приду и ещё помучаю твой труп. Хотя, ты живучая, маленькая дрянь. Тело Узи уже давно лежало холодным, пусть всё-таки живым. Боль не ушла, стала лишь чуть другой, пустой, но всё ещё ноющей. Возможно такой конец был бы жалким для неё, пока из разрушенного окна, как в принципе и всё здание, не просочился яркий, затмевающий всё, ослепительный свет.