Синий дирижабль

Высокий небосвод пересекался с бушующим океаном. Белые, пушистые облака плыли над водой, отбрасывая причудливые тени на песке, который было видно сквозь чистую, прозрачную воду, несмотря на глубину. Солнце лениво взбиралось на небо, его утренние лучи не жгли, а мягко целовали щёки и весь мир в целом. Ветер теребил пряди рыжих волос, хотя внизу, океан - бушевал от ласковых прикосновений ласкового ветра. В океане сквозь прозрачную воду видна одна точная в отличии от других теней, тень. Эта точная тень отбрасывалась большим синим дирижаблем. Руки молочного цвета сжимали то руль высоты, то руль направления. Дирижабль неспешно, грациозно, но стремительно двигался в голубо-белую бесконечность этого неба. Белое солнце казалось только было радо такому повороту. Компас в очередной раз дёрнулся. Мимо пролетели странные, красивые птицы. На небе холодными красками горел рассвет. Когда летишь над океаном, небо совершенно другое - такое приятное, близкое, знакомое, тёплое, оно принимает так просто, будто знает всех своих гостей в лицо. Он щурится, улыбаясь. Он благодарен этому солнцу хотя бы за то, что оно есть. Прямо сквозь дирижабль пролетает большое, пушистое, прохладное облако. Рука непроизвольно тянется вверх, то-ли к небу, то-ли к самому устройству дирижабля, то-ли к пушистому облаку. Рука проникает в прохладное, вязкое, приятное пространство облака. Очередной всплеск воды снизу. Тени проносятся по дну бушующего океана быстро. Почему-то несмотря на буйность, вода океана остаётся кристально прозрачной. Небосвод так и тянется к рукам. Но он сразу возвращает руку обратно на руль управления. Зелёные глаза устремляются в даль. Кажется он и есть - этот мир. Бесконечный бушующий океан с удивительно прозрачной водой, ласковый, спокойный ветер, белое солнце, голубой небосвод, белые пушистые облака и этот синий дирижабль. —« Я наконец-то дома»— впервые за всё время проносится мысль в пустой, беззаботной голове. Почему-то становится тяжелее дышать. — Почему "наконец-то"? Я же был здесь всегда — говорит он сам себе, руки потеют. Резко также как и тугая, невыносимая боль наступила на горло, она отступает. Снова получается дышать. Прохладный, мирный, вкусно пахнущий солью и ветром воздух становится чище, кристальнее - настолько, что нос режет при каждом вдохе. Стоит успокоится - всё опять заканчивается, а ветер - усыпляет. — Если это мышеловка с сыром, я согласен умереть ради такого сыра — шепчет он, когда очередной приступ ужасающей боли, сжимавшей горло отступает. Это чувство напоминает прилив, когда волны на закате сначала несутся на берег, а потом медленно ползут обратно, лениво моча и без того мокрые ракушки и цветные камушки. И волны уходят с берега только чтобы с новой силой накатить на него. Очередное облако лезет прямо в лицо, лучезарная улыбка так и не сошла с его лица. Ветер всё также гладит своими холодными, большими ладонями его голову, лучи белого утреннего солнца продолжают целовать его щёки. Синий дирижабль мчится над водой с большей скоростью. Он резко опускается к воде, прочёсывая прозрачные волны дубовым дном. Также резко дирижабль поднимается снова в небо. Слышится смех, будто всё в порядке, а на душе - опять боль, ничего другого, лишь простая, глухая боль, давящая на горло своим когтем, разум затуманили тревожные мысли, пока не... — Эй, проснись Чей-то тихий голос. Он поднимает зелёные глаза, сейчас они пустые, в глазах витают разбитые мечты. Он лишь печально ответил: — Жалко, что это опять сон

Конец?