Скорбь

Оригинал: https://archiveofourown.org/chapters/118887637?show_comments=true&view_full_work=false#comment_1149558136 Обломки падали на землю, покрывая её, поднимая тучи пыли, заставляя почувствовать, как она дрожит под ногами. Кучи груд расколотого, фиолетового кирпича сильно контрастировали с зеленью травы, которая их окружала. Наконец башня пала. В их жизнях больше не было этой тяготы, а Пиццахэда нигде не было видно. Нойз стоял посреди этой картины, дрожа от адреналина, всё ещё бьющего в его венах, и смеясь словно сумасшедший. «Это было просто ПАТРЯСНО! Итальяшка реально показал Пиццехеду, кто тут на самом деле бос!!» Он начал быстро оглядываться, всё с той же маниакальной улыбкой. «Правда же, Нойзетт?!» Эта улыбка сползла с его лица, и бьющий адреналин сменился ужасом. «Нойзетт? НОЙЗЕТТ?» Он пробежался по всем небольшим группкам выживших, отчаянно пытаясь найти свою девушку, но тщетно. Он посмотрел в сторону остатков башни, и его сердце ёкнуло. А что если… о, Боже… Виджиланте и ещё несколько человек осматривали обломки в поисках потенциальных выживших, которые не успели вовремя покинуть башню. Шериф поднял из-под обломков фигуру в розовом. Он осмотрел её, и…снял свою шляпу. «Эй, а ну-ка, что тут происхо–», взвизгнул Нойз, подбегая к шерифу. Он ахнул, остановившись на полпути. Время, казалось, застыло, когда Нойз в ужасе уставился на изувеченное тело. Оно было настолько окровавленным и покрытым синяками, что Нойз почти не узнал его.           Но он узнал. О, Боже…да, он узнал. Всё вокруг показалось таким далёким, в то время как его мир начал разваливаться. Звон в ушах нарастал, словно сигнал тревоги в башне. Он почувствовал, как что-то катиться по щекам. Может это дождь? Он на небе не было ни облачка… Его тело двигалось почти на автомате, когда он, пожав хвост, рванул с места. Он бежал так быстро и так далеко, как только мог, пока наконец не опустился у дерева, поджав колени. Пока он сидел там, дрожа от ужаса, смех Нойзетты эхом раздавался в его голове. Такой прекрасный звук, который было очень приятно услышать после долгого рабочего дня, теперь стал жуткой какофонией, которая мучила его. Напоминание о том, кого он потерял. Он прижал ладони к ушам, стараясь изо всех сил прекратить это нескончаемый, пронзительный смех. Но, как бы он ни старался, казалось, чем больше он боролся, тем громче становилась какофония. Поэтому он сделал единственное, что мог. Он закричал. Так громко, как только мог. Ему было плевать на боль в горле. Ему вообще теперь на всё было плевать. Ему просто нужен был какой-нибудь, ну хоть какой-нибудь способ прекратить эту боль.

***

«Dio mio, куда же он убежал-то?» – подумалось Пеппино, пока он блуждал по лесу, в котором предположительно исчез Нойз. В чаще было спокойно. Ветви деревьев умиротворяюще шуршали на ветру, и обувь Пеппино мяла траву под ним, пока он блуждал в поисках Нойза. Он ненавидел этого парня, безусловно. При этом страстно жгуче и непоколебимо. Но сцена с убегающим в слезах Нойзом, которую наблюдал Пеппино, как-то по-особенному кольнула его сердце. Неужели он на самом деле чувствовал сострадание к своему заклятому врагу? Пеппино не хотел признавать этого. Но и отрицать был не в силах. Его мысли прервал крик откуда-то издалека. Знакомый, однако сломанный и отчаянный крик. «Cristo santo, НОЙЗ?!», выкрикнул Пеппино, срываясь с места туда, откуда исходил крик. Боже, а что, если Нойз повредил себе что-нибудь? Или и того хуже?! Он сжал кулаки, готовясь к бою. Когда он добрался до источника крика, напряжение, которое бурлило в нём, разом схлынуло, и его место тут же заняла чистейшая печаль. Вот он. Нойз собственной персоной. Он сидел под тенью дерева, свернувшись калачиком, а его руки отчаянно сдавливали его уши. По его щекам градом катились слёзы, а он продолжал кричать, останавливаясь только, когда его прерывала икота или приступ кашля. Пеппино никогда в своей жизни не видел своего чокнутого, энергичного и игривого противника таким вконец разбитым. Его сердце упало в пятки, и он почувствовал, как слёзы накатываются на глаза. А затем он сделал то, чего никогда не подумал бы сделать. Он опустился рядом с Нойзом и заключил его в объятия. «Всё хорошо, я с тобой», Пеппино произнёс несколько неловко. Он не был так хорош в поддержке, это больше по части Густаво. Но сейчас он должен был быть рядом с Нойзом, неважно, насколько сильно Пеппино его ненавидел. В конце концов крик Нойза стал утихать, пока не осталось ничего кроме жалобных, детских всхлипов, прерываемых лишь короткими стонами парня, повторяющего имя его потерянной любимой. У Пеппино промелькнула в голове мысль, а не стоит ли им покинуть это место и вернуться к остальным. А что, если они начнут волноваться? Не могли же они оба остаться здесь навечно. Пеппино немного сдвинулся, собираясь встать, но тут Нойз зарылся носом в его грудь, заглушая собственные всхлипы, отчаянно прижимаясь к нему. Итальянский шеф-повар чувствовал, как он дрожит и крепко-крепко держится. Он больше не хотел никого потерять. Глаза Пеппино расширились от удивления, после чего он вздохнул, и обнял Нойза в ответ. Перевод: Jouhatsu Перевод рус-англ.ТГ: https://t.me/mymarveloustranslation Перевод англ- рус.ТГ: https://t.me/JouhatsuTraslationEng Перевод рус-анг.ВК: https://vk.com/mymarveloustranslat