Незерхилл

От лица Антона: Я сидел на уроке на задней парте, со мной никто не сидел, но мне от этого было ни холодно ни жарко. Только вот эти колкости от этой Смирновой — как же надоела. Прошло целых 4 года после того, как я пришел в эту школу. Раньше мои мысли были прикованы только к Полине, но в нее также безответно был влюблен мой лучший друг Рома. Но как сказать “безответно”? Я помог ему однажды с Полиной, и теперь, судя по всему, они вместе. Мне нравилась Полина еще некоторое время, но я понял, что с ней у меня теперь больше не судьба, и оставил эти мысли в прошлом. Сейчас мое сердце полностью свободно. В класс зашла Лилия Павловна с журналом и учебником. — Ребята, сегодня к нам придет новенький, прошу, примите его нормально, вы уже не дети. И смотрите мне, чтобы не было такого же, как с Петровым в шестом классе. Новенький? Уже почти выпускной класс, а к нам придет новенький? После меня никого не было, ни одного новенького. Может, и подружусь с ним, к сожалению, это не девочка. Может, была бы какая-нибудь красотка, и я буду в ее вкусе… Может, блондинка? С зелеными глазами, и чтобы стройная была обязательно. Стоп, что? Я только что описал Смирнову? Нет, кто угодно, но не Катя. Вот как Полина пускай будет: красивая, умная, добрая. Вот такая. Но, к сожалению, это лишь мечты, и в этом классе я уже упустил свой шанс. Хотя не то что упустил — сам ее отдал своему другу, ведь, возможно, односторонняя любовь точно уступала дружбе и “мужскому кодексу”. В класс постучали, развеяв все мои мысли. Лилия Павловна разрешила гостю войти, перед этим окинув взглядом наш класс, чтобы удостовериться, что все будет хорошо. В класс зашел новый ученик. — Здравствуйте, я новенький, — сказал он. — Здравствуй, юноша, — ответила учительница. — Как зовут-то тебя? — Виктор Воронов, — ответил тот. Виктор, значит. А он неплохо выглядит. Достаточно высокий, черные, почти серые волосы. Как там они назывались? Пепельные, кажется.Но нет, у него были не такие а просто черные и слегка отдавали сединой на свету но были все такими же черными. Неплохое телосложение. Уверенный, не первый раз, походу, переходит. Вспомнив себя в тот год, как я нервничал… Может, это связано с тем, что я был младше? Но у него еще и чистая форма, серые кроссовки. Наверное, из города приехал, как и я. — Садись-ка ты… на последнюю парту с Антоном, — сказала Лилия Павловна. Виктор так и сделал и пошел ко мне. Он немного улыбался и совсем не был похож на новенького — слишком спокойный. Может, он задира? Такой же, как Семен? Надеюсь, нет. После Семена никто не пропадал, надеюсь, такого не будет и больше. Виктор сел рядом со мной, опустив рюкзак на пол. — Ты, должно быть, Антон, верно? — спросил он. — Д-да, я, — ответил я ему. — Очень приятно, — протянул он мне руку в знак уважения. — Взаимно, — пожал я ему руку в ответ. Ошибся я, никакой он не задира. Он классный парень. Уверен, что он и с Ромой, и с Бяшей подружится, да, наверное, и девушку найдет себе заодно. Вот бы и мне найти. Уроки тянулись медленно, с каждым другим учителем рассадка была новой. Вот и начался последний, заключительный урок. История была как финальное и самое сложное испытание. Ведь на этом уроке я сидел с ней. С Катей. — Ты бы учителя слушал, Петров, — с язвительной улыбкой сказала Смирнова. — А не в облаках летал. — А?! Что? — ответил я ей, выходя из своего мысленного транса. — Ты бы на новенького нашего посмотрел. Смотри какой, сидит и слушает, еще и красавчик. Он со мной с утра говорил, милый и воспитанный парень, — говорила она. Хм? Виктор с Катей? Я бы не желал моему новому другу такого счастья. Точно они не должны быть вместе… хотя? Я что? Ревную Катю к Виктору? Точно нет. Если ему будет так хорошо, то пускай так и будет. Она залипла, усердно всматриваясь в тетрадь, а я уставился на нее. Вот Катя — никогда не поймешь, что у нее в голове. В голове у Кати: — Ты бы на новенького нашего посмотрел. Смотри какой, сидит и слушает, еще и красавчик. Он со мной с утра говорил, милый и воспитанный парень, — сказала я ему. Что я несу? Новенький? Сидит, лезет к Полине, хотя впервые с ней общается, а она все смеется. Жалко мне его, конечно, Рома ему такое пропишет. А с утра я его просто послала в своем тоне. Но, однако, он не разозлился хотя бы. Но сам он… он же странный. И будто бы… фальшивый? Не то что он. Сидит рядом со мной и ни о чем не подозревает. 4 года уже я в него влюблена, с того момента, как он вошел в этот класс. И почему Антон на меня не смотрит? Ах да, я же не его уровень. Я выше его. Он должен за мной гоняться, а не я за ним. Только вот он этого еще не понимает. А может, дело не в нем, а во мне? — Смирнова! — крикнул Федор Михайлович. — Да? — чуть ли не подорвалась я со стула. — Почему не слушаем учителя на уроке? — Ну… — я стыдливо опустила глаза. — Ну? — ждал он моего ответа. — Простите, — ответила я и села обратно на стул. — У вас экзамены на носу, а с таким отношением к учебе вас сразу выпрут из университетов. Я села на свое место и принялась перелистывать учебник на нужную мне страницу. — Ты бы учителя слушала, Смирнова, а не в облаках летала, — сказал мне Антон, пытаясь спародировать мою улыбку, но при этом его улыбка была такой яркой. Я почти покраснела от таких мыслей. Так, соберись, Катя, только не перед ним. Он не должен видеть меня такой. — Ты бы на новенького нашего посмотрела. Смотри какой, сидит и слушает. От лица Виктора: Вот и закончился первый учебный день. Не то чтобы я ими восхищался, но и с такими работать можно. За эти пару уроков я успел познакомиться с Антоном, Полиной, Лизой, Пашей и с Саньком. Полина милой девочкой оказалась, общительная, да и красивая, не буду врать. О чем я думаю? Мне точно влюбляться здесь нельзя, тем более я знаю более красивую девушку. Ухмыльнувшись от собственных мыслей, я пошел в раздевалку, но тут ко мне подбежала Полина. — Вик, я тебя так и не спросила, ты же из города приехал? — сказала брюнетка. — Да, а что? — ответил я. — Просто, интересно было. Ой, я на скрипку побежала, еще увидимся, — сказала Полина и, махнув рукой, удалилась восвояси. — До завтра! — помахал я ей рукой в ответ. Я собрался уже развернуться, но вдруг моего плеча кто-то коснулся. Обернувшись, я увидел двух парней с недобрыми выражениями лиц. Один, который как раз-таки держал меня за плечо, был в спортивке и с коричневыми волосами, выглядел как простой гопник из девяностых. Другой стоял в сторонке: сгорбленная спина, руки в карманах, зеленый свитер с какой-то музыкальной группой. Округлая форма лица и пугливые глаза. А на голове лишь челка, а все остальное сбрито. Проблемы в первый же день? Не хотелось бы. — Что-то случилось? — спросил я максимально спокойно. — Да, случилось, — ответил тот. — Рубаха в жопу засучилась. Это должно было быть смешным ответом, наподобие “Пусто, выросла капуста”? — Я видел, ты с Полинкой общался и не скрывал это вообще, — сказал шатен. — Ну да, что-то не так? — Понимаешь, Полинка-то моя, и тебе бы не лезть к ней. Никто не смеет к Полине подойти, ибо знают, с кем она. Но ты ведь новенький, по незнанке спросу нет, слышал про такое? — спросил он. Это обычные зоновские законы, в таких случаях обычно спрос со смотрящего, ведь он должен первоходам объяснять правила. — Я не понял, о чем ты, — не подавая виду, что я знаю, сказал я. — Оххх… — он неодобрительно покачал головой. — Ты же новенький, так что не знал, с кем Полина и что общаться с ней нельзя. Так что на этот раз только предупреждение, так что запомни это на будущее. Он мне угрожает? Серьезно? Посмотрел бы ты на себя. Я ведь больше и выше тебя, и рукопашным боем мне не занимать. Он лишь проблема, которую можно стряхнуть, как пыль с плеча. Я спокойно уложу его, а со школы не выгонят. Скорее всего, директор уже знает, почему я здесь. — Да без проблем, теперь буду знать, — сказал я, закрываясь улыбкой наивного и доброго дурачка. Он поднял бровь и скрестил руки на груди в удивлении. — Не ожидал, на самом деле. Обычно такие типы начинают огрызаться и спорить, за то и сразу оплачиваются, а ты адекватный, не стал сразу мозги ебать. Уважаю, — он протянул мне руку. — Рома. — Можешь просто Вик, — ответил я и пожал ему руку. Следом за Ромой вышел его друг, похожий на азиата, и сделал такое же действие, как и Рома. Представился он Бяшей. Что это за имя вообще? Хотя, как он сказал, он бурят, и, может быть, это имя что-то и значит.