Композиция чувств

Вторник тянулся медленно, как и урок физики, на котором Аделия присутствовала скорее формально, чем действительно слушала. Учитель что-то объяснял у доски, мел скрипел по поверхности, формулы появлялись одна за другой, но всё это проходило мимо неё, не задерживаясь. Она сидела, подперев щёку рукой, и смотрела в тетрадь, в которой уже несколько минут не появлялось ни одной новой записи. Мысли возвращались к одному и тому же, и на этот раз без привычной остроты. За прошедшую неделю всё улеглось, стало тише, спокойнее, но не исчезло. Они с Эмбер не разговаривали, даже не пытались. На общих уроках та чаще отсутствовала, уходила на тренировки, и это было удобно — не нужно было делать вид, что ничего не произошло. В столовой они тоже больше не пересекались, по словам Изабо, Илья улетел по бизнес-делам с отцом в конце прошлой недели, а без него смысл садиться за общий стол терялся. Аделия поймала себя на том, что несколько раз всё-таки хотела написать. Не потому что скучала или жалела о сказанном, а потому что проект никуда не делся, и время шло. Мысль о том, что придётся делать всё одной, сначала казалась принципиальной, но с каждым днём становилась всё менее разумной. Она вздохнула, перевела взгляд на доску и попыталась хотя бы вникнуть в задачу, но в этот момент телефон в кармане тихо завибрировал Аделия замерла, на секунду прислушиваясь, не заметил ли кто-нибудь. Учитель продолжал объяснять, не оборачиваясь, и она, аккуратно наклонившись, достала телефон, прикрывая его тетрадью. Экран загорелся, и она сразу увидела сообщение от незнакомого номера. Встретимся сегодня и обсудим наш проект? Она смотрела на текст и даже не сразу открыла диалог. Имя не было подписано, но сомнений не возникло, это было слишком очевидно. Аделия прикусила губу, быстро набрала ответ, стараясь не привлекать внимания.

Аделия:

Откуда у тебя мой номер?

Она подняла взгляд на учителя, но тот по-прежнему был занят доской, и она снова опустила глаза на экран. Ответ пришёл почти сразу. У «богатеньких» свои источники добычи информации. Аделия замерла, перечитывая сообщение, и в груди неприятно кольнуло. Это была прямая отсылка к тому, что она сказала тогда, в комнате. Она медленно выдохнула, чувствуя, как внутри поднимается неловкость. За эту неделю она действительно много думала, разбирала разговор по кускам, возвращалась к своим словам и каждый раз находила в них что-то лишнее. Тогда это казалось оправданным, сейчас — скорее резким. Она провела пальцем по экрану, на секунду замерла, а потом всё-таки написала.

Аделия:

Хорошо. Встретимся после уроков.

Ответа не последовало. Диалог остался пустым, как будто на этом всё и закончилось. Аделия ещё несколько секунд смотрела на экран, затем быстро заблокировала телефон и убрала его обратно. Она откинулась на спинку стула, пытаясь сосредоточиться на уроке, но мысли уже ушли в другую сторону. Конечно, она понимала, откуда у Эмбер её номер, другого варианта просто не было. Это означало, что после урока состоится разговор с Изабо.

***

Звонок прозвенел резко, вырывая класс из полусонного состояния, и шум сразу наполнил кабинет. Аделия не торопилась, она медленно убрала тетрадь в сумку, проверила, что телефон лежит на месте, и только потом поднялась. В коридоре было привычно людно, но она почти сразу заметила Изабо у шкафчиков. Та стояла, опираясь плечом о дверцу, листала что-то в телефоне и выглядела так, будто никуда не спешила. Аделия подошла к ней без лишних слов и остановилась напротив. Несколько секунд она просто смотрела, затем достала телефон и, не говоря ни слова, повернула экран к Изабо, показывая переписку. — Ты ничего не хочешь мне объяснить? — спросила она, слегка приподняв бровь, и в её голосе не было раздражения, только спокойная требовательность. Изабо подняла взгляд, сначала на экран, потом на Аделию, и сделала паузу, как будто действительно не понимала, о чём речь. Но уголки её губ всё-таки дрогнули. — Ммм… — протянула она, наклоняя голову. — А что именно? — Не начинай, — сказала она закатывая глаза, убирая телефон, но не опуская взгляда. — Откуда у Эмбер мой номер? Изабо вздохнула, но в этом не было ни напряжения, ни желания оправдываться. Она убрала телефон в карман и выпрямилась. — Она попросила, — ответила она спокойно. — На прошлой неделе, после урока. Сказала, что вам нужно обсудить задание. Аделия на секунду замолчала, переваривая услышанное. Это звучало логично. — И ты просто дала? — уточнила она, чуть тише. — Аделия, — Изабо посмотрела на неё внимательнее. — Вы работаете в паре. Это не что-то личное. В этом тоже был смысл, и это только сильнее сбивало с привычной реакции. Аделия выдохнула и провела рукой по волосам, отводя взгляд. — Ладно, — сказала она наконец, уже мягче. — Просто… не давай больше никому мой номер, хорошо? Изабо тут же вскинула руку к виску и с серьёзным видом отдала честь. — Есть, капитан, — сказала она, но в следующую секунду не выдержала и рассмеялась. Аделия фыркнула, но всё-таки улыбнулась в ответ, и напряжение окончательно растворилось. — Пошли, — добавила Изабо, кивая в сторону коридора. — У нас сейчас английский, если ты забыла. — Я не забываю, — спокойно ответила Аделия, закидывая сумку на плечо. — В отличие от некоторых. — Это клевета, — тут же отозвалась Изабо, толкая её плечом. — Я просто избирательно помню. Они пошли вместе по коридору, переговариваясь о каких-то мелочах, и разговор быстро ушёл в привычное русло.

***

Последний урок тянулся особенно медленно, как это всегда бывает, когда знаешь, что после него что-то запланировано. Аделия пыталась сосредоточиться на тексте, который разбирали на английском, даже несколько раз поднимала руку и отвечала, чтобы не дать мыслям окончательно ускользнуть, но внимание всё равно возвращалось к одному и тому же. Она знала, что Эмбер будет ждать и от этого внутри было странное ощущение — не тревога, не раздражение, а что-то между, что она не могла объяснить даже себе. Когда прозвенел звонок, класс сразу зашумел, кто-то начал обсуждать задания, кто-то уже выходил в коридор. Аделия не спешила, собирала вещи чуть медленнее, чем обычно, оттягивая момент. Она вышла одной из последних и почти сразу заметила её. Эмбер стояла у шкафчиков, прислонившись плечом к стене, и листала что-то в телефоне. На ней были тёмные джинсы и лёгкая светлая кофта с закатанными рукавами, волосы собраны в низкий хвост, из которого выбивались несколько прядей. Она выглядела спокойно, даже расслабленно. Аделия остановилась на секунду, просто глядя на неё, а потом всё-таки подошла. Эмбер подняла взгляд почти сразу, будто почувствовала её присутствие. — Привет, — сказала она, убирая телефон в карман. Голос звучал ровно, без лишних оттенков. — Привет, — ответила Аделия, поправляя ремень сумки на плече. Пауза между ними повисла короткая, но ощутимая. Ни одна не спешила её заполнять. — Пойдём? — первой сказала Эмбер, кивнув в сторону выхода. — Не хочу застрять здесь ещё на полчаса. — Да, — коротко ответила Аделия. Они вышли из школы молча. Воздух снаружи был прохладнее, чем она ожидала, и это немного привело её в чувство. Парковка постепенно пустела, машины выезжали одна за другой, и среди них сразу выделялась машина Эмбер — тёмная, аккуратная, слишком дорогая для школьной стоянки. Аделия на секунду задержала на ней взгляд, прежде чем открыть дверь и сесть внутрь. Салон оказался таким же, как она и ожидала — чистый, ухоженный, с мягким светом и едва заметным запахом духов. В воздухе чувствовалась сладкая нота ванили, смешанная с чем-то свежим, немного яблочным, и это почему-то сразу запомнилось. Эмбер села за руль, спокойно завела машину и выехала со стоянки, не говоря ни слова. Музыка сначала играла тихо, просто на фоне, и это только усиливало напряжение, которое Аделия чувствовала в собственных плечах. Она сидела, глядя вперёд, и понимала, что тишина затягивается. Но прежде чем она успела что-то сказать, Эмбер чуть повернула ручку громкости, и музыка стала громче. Сначала Эмбер просто постукивала пальцами по рулю, качала головой в такт, иногда сбивалась и улыбалась самой себе. Но через пару секунд голос стал увереннее, она прибавила звук ещё немного и уже пела почти в полный голос, не стесняясь. Аделия повернула к ней голову, наблюдая за этим с удивлением. В этом не было ни позы, ни желания произвести впечатление — просто человек, который делает то, что ему нравится. — Что? — Эмбер на секунду посмотрела на неё, не переставая улыбаться. — Я правда люблю эту песню. Аделия не выдержала и тихо рассмеялась, сначала сдержанно, а потом уже свободнее. Музыка продолжала играть, и через пару секунд она поймала себя на том, что тоже начинает подпевать, сначала шёпотом, а потом уже не скрываясь. И напряжение, которое было в начале, постепенно исчезло, растворилось где-то между словами песни и этим странно лёгким моментом, который ни одна из них не пыталась объяснить. Дорога заняла не так много времени, музыка сменилась несколько раз, они пару раз переглядывались, иногда улыбались на одних и тех же моментах, но ничего не обсуждали. И, к удивлению Аделии, это молчание не давило, а наоборот, было почти комфортным. Когда машина остановилась у её дома, Эмбер заглушила двигатель и задержала руки на руле, будто собираясь с мыслями, но ничего не сказала. Они вошли в дом уже без той неловкой паузы, что была в школе. Аделия закрыла дверь, бросила короткий взгляд в сторону кухни — никого не было, и это её немного расслабило. Не нужно было объяснять, кто пришёл и зачем. — Поднимемся сразу ко мне, — сказала она, направляясь к лестнице. — Веди, — ответила Эмбер, оглядываясь по сторонам уже без прежней пристальности, но всё равно отмечая детали. В комнате всё осталось так же, как и в прошлый раз, только теперь это ощущалось иначе. Не как поле для спора, а как место, где нужно просто сесть и сделать то, ради чего они здесь. Аделия подошла к столу, положила сумку и достала тетради, а потом на секунду замерла, собираясь с мыслями. Она знала, что нужно сказать, и даже понимала, как, но слова всё равно застревали. — Слушай, я… — начала она, не поднимая взгляда. — Тогда я, наверное, перегнула. Она всё-таки посмотрела на Эмбер, но та уже покачала головой, не давая закончить. — Проехали, — сказала она спокойно, опускаясь на стул и отодвигая сумку в сторону. — Мы обе наговорили лишнего. Давай просто сделаем задание. Аделия на секунду сжала губы. Этот ответ не дал того облегчения, на которое она рассчитывала, но спорить с ним не было смысла. — Хорошо, тогда к делу, — кивнула она, садясь за стол. Стул тихо скрипнул, когда она отодвинула его и опустилась, стараясь сосредоточиться на чём-то конкретном, осязаемом. Учёба казалась самым безопасным вариантом — там были правила, структура, логика, за которую можно было держаться. Она открыла тетрадь, перелистнула несколько страниц, задерживаясь на заметках, просто чтобы не поднимать взгляд сразу. — Я посмотрела то произведение, которое ты предлагала. Эмбер подняла на неё взгляд, и в нём сразу появилось что-то живое, заинтересованное. Она чуть подалась вперёд, опираясь локтями на стол, и в этом движении было столько искреннего внимания, что Аделии на секунду стало не по себе. — Правда? — спросила она, и в голосе проскользнула лёгкая нотка удивления. — И как тебе? Аделия отвела взгляд, скользнув им по тетради, как будто это не имело большого значения. Она провела пальцем по краю страницы, собираясь с мыслями, и только потом ответила. — Думаю, можем взять его, — сказала она ровно. — Там есть, что разбирать. На губах Эмбер уже появилась улыбка, тёплая, почти довольная, но Аделия тут же добавила, чуть быстрее, словно стараясь сбить этот тон. — Но только потому что там есть нормальный конфликт. Эмбер тихо усмехнулась, откидываясь на спинку стула. Она скрестила руки, наблюдая за ней с лёгкой насмешкой, но без прежней резкости. — Конечно, — протянула она. — Исключительно из-за конфликта. Аделия проигнорировала этот тон, хотя уголок губ всё-таки дрогнул. Она сделала вид, что полностью сосредоточена на теме, и чуть наклонилась вперёд. — Я, кстати, посмотрела экранизацию, — продолжила она, уже более уверенно. — Там хорошо показана динамика, особенно в сценах, где они… Она замолчала на полуслове, потому что выражение лица Эмбер резко изменилось. Та выпрямилась, подняла руку, останавливая её. — Стоп, — сказала она, чуть прищурившись. — Ты что, посмотрела фильм? В её голосе было не возмущение, а скорее искреннее удивление, смешанное с чем-то ещё, что она не сразу смогла определить. Аделия пожала плечами, делая вид, что в этом нет ничего особенного. Она отвела взгляд в сторону, будто это был самый обычный факт. — Да, — ответила она. — И он нормальный. — Нормальный? — переспросила Эмбер, уже не скрывая улыбки. Она чуть наклонила голову, рассматривая Аделию внимательнее, и в этом взгляде было что-то тёплое, почти мягкое, как будто этот небольшой факт её действительно порадовал. — Я знала, что тебе понравится, — добавила она, и в голосе появилась уверенность. — И вообще-то думала, мы посмотрим его вместе. Если, конечно, мы бы выбрали это произведение. Она на секунду замолчала, но в её тоне не было упрёка. Скорее лёгкое сожаление, которое тут же сменилось привычной лёгкостью. — Но значит, придётся пересмотреть его вместе, — добавила Эмбер, уже спокойно, будто это было чем-то само собой разумеющимся. Короткая пауза повисла между ними. Аделия не сразу ответила, но и не отреагировала резко, как сделала бы раньше. Она просто опустила взгляд в тетрадь, чувствуя, как внутри что-то меняется — медленно, осторожно. В этой паузе не было прежнего напряжения. Она не давила, не заставляла защищаться. Скорее наоборот — в ней появилось ощущение, что они постепенно находят общий ритм. — Ладно, — сказала Эмбер, первой возвращаясь к делу, и потянулась за тетрадью. — Давай распределим, кто что делает. Она придвинулась ближе, листая страницы, и теперь их внимание снова было направлено на работу, но уже без той холодной дистанции, что была раньше. — Можно разделить персонажей, — предложила Аделия, чуть наклоняясь к столу и указывая на записи. — Каждый разбирает одного, а потом вместе анализируем их взаимодействие. Её голос звучал спокойнее, чем в начале, и в этом спокойствии было что-то новое — не защита, а попытка удержать этот хрупкий баланс. — Подходит, — кивнула Эмбер, не задумываясь. Она провела пальцем по странице, отмечая что-то для себя, и на секунду их руки оказались рядом, почти соприкасаясь, но ни одна из них не отдёрнула свою сразу. Они довольно быстро распределили роли, хотя и здесь не обошлось без коротких уточнений и мелких споров, которые, впрочем, уже не перерастали во что-то большее. Разговор держался в рамках задачи, и это помогало — как будто обе молчаливо договорились не заходить дальше, чем нужно. Аделия достала из сумки две книги и положила их на стол, аккуратно выравнивая. — Я взяла нам экземпляры в библиотеке, — сказала она, не глядя на Эмбер. — Чтобы не искать потом в последний момент. — Серьёзно? — она чуть улыбнулась. — Спасибо. Я думала, придётся читать с телефона. — Я так не могу, — коротко ответила Аделия. — Мне нужно видеть текст. Они устроились каждая по-своему: Аделия за столом, с прямой спиной, разложив перед собой тетрадь, книгу и ручку, а Эмбер, не раздумывая, забралась на кровать, подогнула под себя ноги и открыла книгу, положив тетрадь рядом. Несколько минут в комнате стояла тишина, наполненная только шелестом страниц и редкими звуками с улицы. Аделия быстро втянулась в работу, делала пометки, иногда останавливалась, перечитывала абзацы, возвращалась назад, стараясь уловить не только смысл, но и то, что скрывается между строк. В какой-то момент она поймала себя на том, что отвлеклась. Её взгляд остановился на Эмбер. Та читала, слегка нахмурившись, и иногда почти незаметно морщила нос, когда что-то не сходилось или требовало больше внимания. В такие моменты она машинально подносила карандаш к губам, слегка прикусывая его, а потом снова опускала взгляд в текст. Аделия даже не заметила, в какой момент Эмбер перестала читать. Та задержала взгляд на тексте, потом чуть повернула голову, будто что-то почувствовала, и уже через секунду смотрела прямо на неё. — Что? — голос Эмбер прозвучал спокойно, но в тишине комнаты он всё равно оказался неожиданным. Аделия вздрогнула, словно её поймали на чём-то личном, и резко опустила взгляд обратно на тетрадь. Сердце на секунду сбилось с ритма, и она слишком быстро перевела страницу, даже не понимая, что там написано. — Ничего, — ответила она, делая вид, что возвращается к записям, и стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Просто задумалась. Эмбер не спешила отворачиваться. Она продолжала смотреть на неё ещё пару секунд, прищурившись, как делала всегда, когда чувствовала, что ей не договаривают. Потом провела рукой по волосам, чуть растрепав их, и всё-таки откинулась на спинку стула. — У меня что-то в волосах? — спросила она, уже проверяя пряди пальцами. — Или я как-то странно выгляжу? Аделия тихо выдохнула, стараясь скрыть улыбку, которая всё равно предательски тянулась к губам. Она на секунду подняла взгляд, задержалась на ней и снова опустила его. — Нет, всё нормально, — сказала она чуть быстрее, чем собиралась, и на мгновение замолчала, собираясь с мыслями. — Можешь… включить музыку. Только тихо. Эмбер сразу отреагировала. Она даже приподнялась на локте, разворачиваясь к ней всем корпусом, и в её взгляде мелькнуло искреннее удивление. — Подожди, — протянула она, чуть улыбаясь. — Это ты сейчас разрешаешь мне включить музыку? Аделия закатила глаза, но на этот раз в этом жесте не было раздражения, только привычная игра, к которой они уже обе привыкли. Она чуть откинулась назад, закрывая тетрадь ладонью. — Всё, я передумала, — сказала она, сдерживая улыбку, которая всё равно проскользнула в голосе. — Сиди в тишине. Эмбер усмехнулась, потянулась за телефоном и включила что-то негромкое, почти фоновое. Музыка мягко заполнила комнату, не мешая, а скорее создавая ритм. Аделия снова опустила взгляд в тетрадь, но теперь читать стало легче, работа пошла быстрее. Они сидели так довольно долго. В какой-то момент солнце за окном начало опускаться ниже, свет в комнате стал мягче, и Аделия поняла, что они уже несколько часов почти не отвлекались. Эмбер первой отложила книгу и потянулась, вытягивая руки вверх. — Всё, — сказала она, выдыхая. — Я больше не могу воспринимать слова. — Нам нужно закончить хотя бы основу, — ответила Аделия, переворачивая страницу и даже не поднимая взгляда. — Иначе потом будет сложнее. — Мы закончим, — спокойно сказала Эмбер, спуская ноги с кровати. — Но не так. — В смысле? — Аделия всё-таки посмотрела на неё. Эмбер поднялась, потянулась за сумкой, но не стала её открывать. — В смысле, что нужно сделать паузу, — пояснила она, подходя ближе. — Сменить обстановку, поесть, отвлечься. Иначе мы сейчас просто будем читать одни и те же строки по кругу. Эмбер улыбнулась, и в этой улыбке снова появилось то самое живое, лёгкое выражение, которого не было в начале встречи. — Я знаю одно место, — сказала она. — Тебе понравится. — Я не уверена, что хочу куда-то ехать, — начала Аделия, но уже без прежней уверенности. — А я уверена, — перебила её Эмбер мягче. — Пожалуйста. Это не надолго. Аделия замолчала, глядя на неё, и понимала, что отказывается уже скорее по привычке, чем потому что действительно не хочет. Она выдохнула и закрыла тетрадь. — Ладно, — сказала она. — Но ненадолго. — Отлично, — Эмбер просияла, как будто этого было достаточно. — Поехали. И в этот момент Аделия поймала себя на том, что едва заметно улыбается, наблюдая за тем, как та торопится к выходу. Воздух на улице оказался прохладнее, чем Аделия ожидала, и она на секунду задержалась на крыльце, вдыхая глубже, стараясь окончательно переключиться с мыслей на происходящее. Эмбер тем временем уже открыла машину и, обернувшись, кивнула ей. — Давай быстрее, — сказала она с лёгкой улыбкой. — Я правда хочу, чтобы ты увидела это место. Аделия закатила глаза, но всё-таки подошла и села на пассажирское сиденье. В салоне снова пахло тем же мягким, тёплым ароматом — ванилью с чем-то свежим, чуть сладким, и это неожиданно быстро сбило остатки напряжения. Музыка заиграла сразу, негромко, не перетягивая на себя внимание. Машина плавно выехала на дорогу, и город за окнами начал меняться — от более оживлённых улиц к тихим, где реже встречались машины и прохожие. Сначала они говорили осторожно, перебрасываясь короткими фразами про школу, учителей и задания, которые всё ещё висели над ними. Разговор не цеплялся ни за что серьёзное, но и не обрывался, позволяя заполнить тишину без лишнего напряжения. Аделия смотрела в окно, следя за отражениями огней в стекле, и ловила себя на том, что не прокручивает в голове их прошлый спор, не ищет, что сказать, не пытается контролировать каждую паузу. Иногда Эмбер вставляла что-то короткое, комментировала происходящее на дороге или включала другую песню, тихо подпевая себе под нос. Это выглядело естественно и почему-то успокаивало. Оставшуюся часть пути они провели в таком же спокойном ритме — без резких тем, без попыток что-то выяснить. И этого оказалось достаточно. Машина остановилась у небольшого здания с мягким светом из окон. Снаружи оно выглядело довольно просто, но внутри всё оказалось совсем иначе. Как только они вошли, Аделия сразу почувствовала тепло и спокойствие. Здесь было тихо, без громкой музыки и толпы, только приглушённые разговоры и звон посуды. Свет был мягким, тёплым, а столики стояли на достаточном расстоянии друг от друга, создавая ощущение уединённости. — Нравится? — спросила Эмбер, чуть наклоняясь к ней. Аделия медленно огляделась, задерживая взгляд на деталях, и только потом кивнула. — Здесь… спокойно, — ответила она. — Это уже плюс. Они прошли к дальнему столику, почти скрытому от остальных, и сели напротив друг друга. Через пару секунд к ним подошёл официант и, улыбнувшись, посмотрел на Эмбер. — Как обычно? — спросил он. — Почти, — ответила она. — Два кофе и… — она перевела взгляд на Аделию. — Ты будешь что-нибудь сладкое? Аделия открыла меню, но, увидев цены, на секунду замерла. Взгляд задержался на цифрах дольше, чем хотелось бы, и она почти сразу закрыла его. — Просто кофе, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Эмбер ничего не ответила на это, только спокойно добавила заказ и вернула меню. Когда официант ушёл, между ними на секунду повисла тишина, но она уже не была напряжённой. — Ты часто здесь бываешь? — спросила Аделия, чуть склонив голову. — Довольно, — кивнула Эмбер. — Здесь спокойно посидеть одной, подумать, и никто не мешает. — Теперь понятно, почему ты хотела сюда приехать, — сказала Аделия. — И не только поэтому, — сказала она слегка улыбнувшись, но не стала объяснять. Небольшая пауза повисла между ними, но на этот раз она не требовала заполнения. — Расскажи мне про Россию, — добавила Эмбер, опираясь локтями о стол и чуть наклоняясь вперёд. — Я знаю о ней примерно на уровне школьной программы, и, честно, это не лучший источник. — И что же ты знаешь? — Аделия тихо усмехнулась, опуская взгляд в сторону. — Ну… — Эмбер на секунду задумалась, постукивая пальцами по столу. — Мы проходили «Войну и мир». Это был кошмар. Аделия не сдержала смех, короткий и живой, и сразу же отвела взгляд, пытаясь его скрыть. — Отлично, — сказала она. — Это, конечно, очень точное представление. — Зато я получила за сочинение высший балл, — с лёгкой гордостью добавила Эмбер. — Так что, можно сказать, я эксперт. — Эксперт по страданиям, — хмыкнула Аделия. — Там половина людей просто думает и мучается. — Вот именно, — кивнула Эмбер. — Я тогда решила, что если вся русская литература такая, то мне нужно морально подготовиться. — Она не вся такая, — Аделия покачала головой всё ещё улыбаясь. — Но да, там любят копаться в людях. В том, что они чувствуют, почему делают то, что делают, даже если это им же и вредит. — Звучит знакомо, — Эмбер внимательно посмотрела на неё. Аделия на секунду задержала на ней взгляд, но ничего не ответила. Разговор потёк дальше уже легче, цепляясь за случайные темы. Эмбер рассказывала про свою собаку, про то, как та однажды умудрилась сбежать во время прогулки и вернулась вся в грязи, но при этом выглядела абсолютно довольной. Аделия слушала, иногда вставляла короткие комментарии, а потом и сама начала задавать вопросы, не замечая этого. И в какой-то момент поймала себя на том, что не думает о том, как выглядит со стороны, что говорит, правильно ли это. Она просто говорила и слушала. Кофе принесли довольно быстро, вместе с двумя аккуратными тарелками с десертами, которые Аделия точно не заказывала. Она сразу перевела взгляд на Эмбер, приподняв бровь, но та сделала вид, что ничего необычного не произошло, только спокойно взяла чашку. — Я не просила, — тихо сказала Аделия, чуть наклоняясь вперёд. Эмбер посмотрела на неё поверх чашки и едва заметно улыбнулась. — Я знаю, — ответила она. — Но ты просто обязана попробовать, это самый вкусный яблочный штрудель, который ты ела в своей жизни. Аделия открыла рот, чтобы возразить, но остановилась. Спорить сейчас казалось странным, особенно в такой обстановке, где всё вокруг как будто специально сглаживало углы. Они пили кофе, сначала молча, потом разговор снова вернулся, но уже спокойнее, медленнее. Темы сменяли друг друга почти незаметно — от школы к книгам, от книг к каким-то случайным воспоминаниям, которые обычно не рассказывают людям, с которыми едва ладишь. — Слушай, — начала Аделия, заметно замявшись и на секунду запнувшись. — Я хотела поблагодарить тебя… за то, что ты тогда вступилась. Эмбер нахмурилась, не сразу понимая, о чём речь. Она чуть подалась вперёд, внимательно глядя на неё. — В смысле? — переспросила она, спокойно, но с лёгким недоумением. Аделия отвела взгляд, собираясь с мыслями, и тихо выдохнула. — Насчёт спора, — добавила она, уже тише. — Я тогда… не поблагодарила тебя. На секунду между ними повисла тишина. Эмбер опустила взгляд в чашку, провела пальцем по краю крышки, а потом снова посмотрела на неё. — Да ничего, — сказала она спокойно, чуть качнув головой. — Я просто не хотела, чтобы с кем-то такое происходило. Это просто отвратительно. В её голосе не было резкости, но в этих словах чувствовалась твёрдость. Аделия кивнула, сжимая губы, и на мгновение в груди стало легче, хотя полностью напряжение не ушло. Разговор на этом не оборвался, но сменился сам собой, плавно, без резких переходов. — Ты всегда так серьёзно ко всему относишься? — спросила Эмбер, чуть наклоняя голову. — Даже к таким мелочам, как проект. — Не ко всему, — Аделия на секунду задумалась, глядя в чашку. — Просто если уж делать, то нормально. Иначе зачем вообще начинать. — Или это способ держать всё под контролем? — мягко уточнила Эмбер. Аделия подняла на неё взгляд. Вопрос был задан спокойно, без давления, но в нём было больше, чем просто любопытство. — Возможно, — сказала она после короткой паузы. — А тебе обязательно всё разбирать на части? — Нет, — Эмбер усмехнулась, но без насмешки. — Только то, что кажется важным. Аделия не стала уточнять, к какой категории относится она сама. Время пролетело быстрее, чем она ожидала. Когда они наконец встали из-за стола, в зале стало ещё тише, а за окнами окончательно стемнело. У кассы Аделия снова потянулась к сумке, но Эмбер уже достала карту. — Я тебя пригласила, так что я плачу, — Эмбер улыбнулась и сразу же приложила карту. — Тем более, я хотела тебя угостить самым замечательным штруделем. Но в следующий раз платишь ты, — сказала она и подмигнула, улыбка не сходила с её лица. — Договорились, — легко кивнула Аделия, не споря. Это «в следующий раз» повисло между, Аделия это заметила, но не стала заострять внимание. Они вышли на улицу, и прохладный воздух снова ударил в лицо, возвращая ощущение реальности. В машине по дороге назад играла тихо музыка, и никто не пытался её перекрыть разговором. Когда они остановились у дома Аделии, двигатель ещё работал, но ни одна из них не спешила выходить. — Ну… — начала Аделия, не зная, как закончить. Она потянулась к ремню безопасности, щёлкнула замком и уже собиралась открыть дверь, но остановилась. — Спасибо, — сказала она, не глядя на Эмбер. — За… это, — и неоднозначно провела рукой между ними. — Пожалуйста, — Эмбер повернула к ней голову и улыбнулась. — Иногда полезно просто выйти из комнаты. Аделия коротко кивнула, открыла дверь и вышла из машины. Уже сделав несколько шагов к дому, она обернулась. Эмбер всё ещё смотрела на неё, опершись рукой на руль. Они на секунду задержали взгляд друг на друге, и в этом не было ни спора, ни напряжения, только что-то тихое и пока непонятное. Аделия быстро отвернулась и зашла в дом. Она сняла куртку, прошла на кухню, машинально поставила чайник, но не включила его. Мысли не путались, как раньше, не давили, не тянули в разные стороны. Наоборот — было странное ощущение пустоты, но не неприятной, а спокойной. Она прошла в свою комнату, села за стол, открыла тетрадь и через пару секунд закрыла её обратно. Рука сама потянулась к ящику. Она достала альбом, который давно не открывала, провела пальцами по обложке, как будто проверяя, всё ли ещё на месте. Музыка тихо заиграла с телефона, заполняя комнату тем же фоном, который был днём. Аделия открыла первую чистую страницу и на секунду замерла, глядя на неё. Белый лист выглядел почти чужим, как будто ждал от неё чего-то, к чему она сама ещё не была готова. — Просто попробуй, — тихо сказала она сама себе, почти шёпотом, и этот голос прозвучал непривычно мягко. Карандаш коснулся бумаги. Сначала линии были неуверенными, прерывистыми, рука двигалась медленно, словно проверяя, не разучилась ли она вообще рисовать. Но постепенно напряжение в пальцах ушло, движения стали свободнее, увереннее. Мысли отступили, перестали мешать, оставляя только ощущение формы, света и того, как линия ложится на бумагу. Она не сразу поняла, что именно рисует. Это начиналось с простых штрихов — наклон, линия плеча, контур руки, лежащей на руле. Потом появился профиль, но не чёткий, не полностью открытый — только часть, линия скулы, изгиб губ, намёк на улыбку. Она добавила волосы — слегка растрёпанные, будто от движения, несколько выбившихся прядей, которые делали образ живым. Рука сама вывела детали, о которых она даже не думала заранее: пальцы, уверенно лежащие на руле, лёгкий наклон головы, как будто человек увлечён чем-то своим. Аделия чуть отстранилась, переводя взгляд с одной детали на другую, как будто проверяя, не ошиблась ли, но ошибки не было. Это была Эмбер. Не полностью, не в деталях, не так, чтобы можно было сразу узнать, если не знаешь, на что смотреть. Но в этом было что-то её — в линии губ, в расслабленности позы, в этом ощущении движения и уверенности, которое невозможно перепутать. Аделия провела пальцем по краю страницы, не касаясь самого рисунка, и тихо выдохнула. Она смотрела на него пытаясь понять, в какой момент всё это появилось не только на бумаге, но и у неё в голове. А потом опустила взгляд и сжала пальцы чуть сильнее, чем нужно, но лист не закрыла.