Чужой лёд

В лицо как обычно ударил холод. Он даже просочился под спортивный костюм, но внутри все горело, охватывало жарким пламенем, и вот, прыжок! На губах та самая белоснежная улыбка, глаза горели тем же огнём, что и душа, но красивое приземление не удалось. Удар пришёл снова на пятую точку фигуриста. Было довольно больно, парень даже зашипел, потерая ушибленное место. —Илья! Ты опять разлёгся? — строгий голос отца послышался  вдалеке. Малинин поднялся, продолжая держаться за ушибленную ягодицу и медленно подъехал к Роману. Скорняков окинул сына недовольным взглядом и тяжело вздохнул. Он понимал, что так сказывался на сыне переезд, но не мог с этим ничего поделать. Мужчина помнил, как после неудавшейся олимпиады  сын часами, а то и днями проводил на катке. Домой тот возвращался к часу ночи, с синяками на коленях, бёдрах и под глазами. Из-за этого юноша стал пропускать пары, что сказалось на его учёбе. Он пытался говорить с Ильёй, но это ничем не помогло. Илья с лёгкой раздражённостью подъехал к борту. — Давай ещё три прыжка и закончим — спокойно сказал отец, протянув бутылку. Парень резко схватил ее и начал опустошать. – Нет. Я устал — стиснув зубы, чтобы не огрызнуться, сказал Илья. Роман прищурился на отказ сына и поджал губы, стараясь тоже не повысить голос. Он понимал, что юноша такой же упертый, как он. Как говорится: яблоко от яблони недалеко падает. Мужчина тяжело вздохнул и подал чехлы на коньки. — Я буду ждать внизу — довольно печальным голосом сказал Скорняков, медленно уходя. Илья смотрел на фигуру удаляющегося отца исподлобья. Когда тот окончательно ушёл, парень с подобным рыку звуком со всей силы кинул чехлы в спину отца. — Fucking jumps, fucking figure skating! — слабо прохрипел блондин. Он подошёл к разбросанным вещам и схватив их, тяжело идя в раздевалку. Уже оказавшись в ней, Илья снова их бросил, но уже к сумке. Парень долго стоял под струёй горячей воды, мышцы немного расслабились, но не разум. Гнев был по всему телу, от кончиков пальцев ног до копны светлых волос. Но после эту ярость сменили слезы. Тяжёлые, горячие, полные разочарования к своему любимому делу, к отцу, ко льду, ко всему и в особенности к себе. После душа парень чувствовал опустошение. Не то приятное и лёгкое, а тяжёлое, вязкое, неприятное опустошение. Он быстро все убрал и вышел, хлопнув дверью. Лёгкий прохладный ветер обдул ещё влажные волосы. Отец стоял рядом с машиной, внимательно уставившись в экран телефона. Илья прошёл мимо и сел на пассажирское сиденье, продолжая ждать отца. Чтобы не выслушать очередные нотации, юноша надел наушники и включил свой любимый плейлист, первой же песней выпала очень важная для него. В голове сразу всплыли воспоминания об выступлении. Как он открылся публике, как показал настоящие чувства через программу, как чувствовал свободу. Эти мысли плавно уходили и их сменила лёгкая дремота, которая медленно утянула за собой. *** — Илюш, просыпайся, мы уже приехали — легонько толкнул Роман. Блондин с неохотой раскрывает сонные глаза и видит перед собой огромный двухэтажный дом. Он не сильно отличался от дома в Америке: такой-же светлый, огражденный, но все равно не покидало чувство чуждости этого места. В штатах он вырос, жил всю жизнь, и вот с ним пришлось попрощаться, и все из-за него, из-за его неудачи. Сделав тяжёлый вдох, парень вышел. Под ногами хрустнул ещё не растаявший снег. Он равнодушно посмотрел на это и продолжил идти. Закрыв после себя и отца дверь, юноша сразу направился на кухню. —О, привет сынок, как тренировка? — ласковый голос мамы заставил хоть немного прийти в себя. — Hi, more or less. А ты как? Скучала? — взяв зелёное яблоко и достав апельсиновый сок из холодильника, посмотрел на маму. Она смотрела какую-то спортивную программу, там обсуждался предстоящий кубок первого канала, где Илья тоже будет принимать участие за Москву. Даже немного смешно, он тут только месяц и его уже позвали на такое мероприятие. Блондин в начале был не особо заинтересован, пока не заметил слишком знакомые глаза. Такие холодные глаза. — Пётр, как вы относитесь к тому, что Илья Малинин тоже будет участвовать в турнире? — послышался приятный голос журналистки. — О, я буду очень рад встретиться с ним вновь. Надеюсь у меня получится его превзойти с новой программой! — этот низкий, приятный голос отдался в сознании. Damn Gumennik, какого хрена он вообще говорит что-то подобное, особенно после Олимпиады. Илья даже не замечает как пролил на футболку сок. — Fuck — бубнит под нос парень и быстро хватает пару салфеток. – Класс, новая футболка и сразу пятно, well done, Malinin. – произносит про себя фигурист. —Ладно, я к себе. — беря стакан со стола, машет матери рукой с яблоком и поднимается на верх. Там он заходит в свою просторную, новую, но самое главное чужую комнату. Илья хоть и старался сделать ее как в штатах, но всё равно было что-то не то. Не было той теплоты и уюта которые были там. Парень плюхается на постель и ему сразу же приходит уведомление. Поставив стакан на прикроватную тумбочку, парень лениво достаёт телефон и видит сообщения от Изабо. @Isabeau.levito Heyyy Ilia! How’s my favorite quad kid doing? What’s the vibe in Russia rn? Ngl, we all miss you like crazy 15:10 @ilia_quadg0d_malinin Hey) Fine, getting used to it. Getting ready for the Cup. You? 22:11 @Isabeau.levito Same, I’m headed to training. Omg spill something, we’re all curious how you’re doing! 15:12 @ilia_quadg0d_malinin Okay okay Where to begin… 22:16 @Isabeau.levito Start with the most chaotic thing that happened this week. I know there’s smth 15:16 Илья сначала не планировал все рассказать, но его так занесло. Он рассказал и об новом университете, и о тренировках, как все в городе, что ещё привыкает. О том, что предложили участвовать в кубке, а это казалось вначале даже несуразным. Он умолчал лишь об одном. Об его горячо "любимом" сопернике. Малинин был готов хоть до пяти утра болтать с Изабо, но ей надо было на тренировку, а ему — спать. Еле как отлипнув от тик токов, парень поставил телефон на зарядку и укутовшись в кокон из одеяла начал засыпать