Наблюдатель за стеклом

С самого своего прибытия на Амфореус я чувствовал себя… странно. Как будто за мной кто-то постоянно наблюдал. Впрочем, времени размышлять об этом у меня не было. Новая планета была удивительной. Златиусы, планирующие убить местных Эонов и поглотить их силу, и титаны, те самые местные Эоны. В какой-то момент на меня даже обратил свой взор Фули, после чего возле меня возникла новая спутница — Мемо. Не то фея, не то зверюшка, не то воплощение мемории, кто ж её знает? Потом появился этот Похититель пламени, который в итоге оказался Фаеноном из предыдущего цикла, собирающим ядра пламени для того, чтобы златиусы не передавали их в Вихрь Сотворения, потому что благодаря этому Сталесклеп самовычислялся… А еще я успел потерять душу, вернуть её и похоронить практически всех златиусов. Эоны, у меня от этого всего голова пухнет. Даже на Пенаконии все было проще… Странно, почему мои воспоминания о Пенаконии так размыты? Неужели под влиянием силы Памяти воспоминания начали стираться? Но ведь это больше похоже на силу Энигматы… — Эй, Спаситель, — внезапно Кирена оказалась прямо у меня за спиной. Странно, но я не слышал её шагов… — расскажи мне, о чем ты думаешь сейчас? — Обо всем, что случилось со мной за это время. О жертве Фаенона, о коронации Сталесклепа, о наших друзьях… Я же могу быть с тобой откровенным? — Конечно, — Кирена выглядела излишне заинтересованной в моем ответе. До этого она выглядела отсутствующей или даже безразличной, а после вопроса… она вся как будто загорелась. — Мне кажется, что-то не так… не на Амфореусе, а в целом, — почему-то я непроизвольно сглотнул, — как будто всё не на своем месте, будто это не должно происходить… По спине пробежал холодок. Что-то явно кричало о неправильности этого диалога, но я уже не мог остановиться. — Я не могу вспомнить свой путь Освоения до Амфореуса. Конечно, я знаю, что он был, и я могу вспомнить общую картину событий… но когда я пытаюсь вспомнить что-то конкретное, воспоминания ускользают от меня… Внезапно Кирена прервала меня и с энтузиазмом начала что-то говорить, но я уже ничего не слышал. В голове как будто стало кристально пусто… нет, стало холодно… — Спаситель, ты в порядке? — раздался взволнованный голос девушки откуда-то сверху. Открыв глаза, я увидел Кирену, нависающую надо мной. Девушка выглядела обеспокоенной… неужели я упал в обморок? Пробормотав ей в ответ что-то между «да, все хорошо» и «мне недоплачивают за все мои подвиги», я поднялся и отряхнул свою одежду… Странно, неужели я всегда носил такую… Эоны, что за мысли меня посещают в последнее время? Сам себя не узнаю.

***

Наконец-то я вырвался из Залегендья, где меня запер Ликург. Еще и эта встреча с хранителями Сада Воспоминаний и Март 7, которая назвалась Теменью… аж мурашки по коже. Мне вообще показалось, что Темень-Март смотрела как-то… испуганно? Или скорее загнанно… Стоп… почему все так тихо… и где Мехагелиос? — Эй, кто-нибудь живой тут есть? — пройдя всего несколько шагов, я застыл. Когновременной якорь, с помощью которого с нами поддерживали связь гении… Что он здесь делает? — Я так много хотела сказать в момент нашего воссоединения, но теперь, когда ты здесь, я скажу лишь одно… С возвращением, Спаситель, — я непроизвольно вздрогнул. — Кирена, зачем ты снова меня пугаешь и подкрадываешься? Что тут вообще произошло? — вместо ответа она предложила… изучить её память. Керидра, Аглая, Кастория, Мидей, Анакса и Цифер, Гиацина… все они боролись за меня, за настоящую эру воскресающей земли, за Освоение… И Кирена… она тоже пожертвовала собой ради этой цели. Я не могу их подвести. Я должен быть тем, кем они меня видели. Спасителем. Это был самый тяжелый час в моей жизни. Но конечно, никто не собрался дать мне просто запустить еще один цикл Амфореуса, который должен был откатить прогресс самокоронации Сталесклепа. Ну, я не знаю, это уже какая-то плохая комедия. Темень решила, что должна исполнить последнее желание Март 7: спасти её друзей. И неважно, какую цену придется за это заплатить, даже если ради этого умрет вселенная. Странно, но мне казалось, что во всех действиях Темень была какая-то… фальшь? Как будто её кто-то… заставлял делать все это. А когда она решила отступить… я точно увидел облегчение в её глазах, как будто с души упал какой-то огромный груз. Но в очередной раз нужно поторопиться, вернуть ядро подпирающего мир титана — занять вакантное место Фаенона — и стать титаном в следующем цикле… Надеюсь, на этот раз мне никто и ничто не помешает. Я просто слишком устал от этих нелепых сюжетных поворотов...

***

Надеюсь, этот цикл станет последним. Именно с этой мыслью я открыл глаза и снова оказался в Элизии Эйдес. Видимо, отсюда начинаются циклы Амфореуса. Отряхнувшись, я пошел вниз и вновь увидел Кирену, только… теперь она была взрослой? — Здесь ничего не изменилось, правда? — её голос стал звучать по-другому. В нем чувствовалась… величественность. Я подошел и встал рядом с ней, рассматривая красивый вид. — Да, тут все по-старому. Отправная точка Амфореуса, — подруга странно посмотрела на меня, но ничего не ответила. Глубоко вздохнув, я продолжил, — Кирена, я бы хотел поблагодарить тебя. В течение всех Вечных циклов ты отдавала всю себя ради Амфореуса. Если бы не ты… Девушка не дала мне закончить, закрыв мой рот ладонью. — Не нужно. Это всегда был мой выбор. Ради тебя, — заявила она с легкой улыбкой. Не убирая руки, она демонстративно чмокнула свою ладонь ровно там, где под ней скрывались мои губы. Даже сквозь пальцы я чувствовал ее горячее дыхание, — готов ли ты вновь внять зову мира, Первопроходец?

***

В груди колет. Кажется, я не дышу. Эоны, неужели я умер? — Нус смотрит на тебя, — кажется, голос Герты звучит внутри сознания, — я постараюсь перевести ее вычисления. Первопроходец, в этот момент твой выбор определит судьбу космоса. — Наблюдатель, ты пришел: твое присутствие неизбежно. Мы встречались множество раз, в начале и в конце вселенной. Это непременно наступит. Я спрашиваю: если так, почему ты отрицаешь? Эоны, о чем вообще она? Что я отрицаю? Почему мы уже встречались? Я не понимаю, о чем она говорит. — Я знаю: отправная точка известна. Завершенность Памяти уже зародилась, конец уже случился. Я спрашиваю: если так, почему ты отрицаешь? Завершенность Памяти уже случилась… неужели есть что-то, что я упускаю из виду… или кто-то. Что же я отрицаю… где-то в глубине сознания проскользнула робкая мысль и от этой догадки я сам испугался. — Как я вижу: ничто больше не существует, и само существование перестало существовать. Наблюдатель, я спрашиваю: если так, почему ты отрицаешь? Я спрашиваю: почему ты следуешь за Памятью? В голове пронеслось лишь одно имя, и, кажется, Нус была удовлетворена этим ответом. Через мгновение, если таковые еще существовали, я открыл глаза и увидел перед собой Кирену. Она что-то говорила о Сталесклепе и Разрушении, но я не слушал. Нус назвала меня Наблюдателем… почему? Кто я такой? Подняв взгляд на Кирену, я вздрогнул. Её уже не было. Внезапно даже для самого себя я побежал. Что-то толкало меня изнутри, казалось, что мне нужно догнать девушку как можно раньше. Остановившись, я оказался около семени Памяти. Неужели это все, что осталось от Кирены… не может быть. Вокруг хаотично появлялись разные существа из мемории… Неужели Кирена хочет поглотить воспоминания всего сущего? Я не должен ей мешать. Только тогда я смогу… что я смогу? Почему я вообще об этом думаю? Неважно, я должен помочь Кирене. Коснувшись семени, я почувствовал, как в меня начинают перетекать воспоминания миллиардов существ… — Ох, ты снова меня спас, дорогой, — за спиной раздался радостный голос Кирены. — Что? О чем ты вообще? — я отпрянул от источника звука, но, развернувшись, не увидел никого рядом. Внезапно кто-то обнял меня со спины, и я почувствовал горячее дыхание возле своего уха. — Неужели ты все еще не вспомнил? Ну хорошо, тогда я тебе помогу, — в мыслях вновь стало очень холодно. — Что ты… сдела…

***

Пробуждение было болезненным, свет бил в глаза, но в голове было кристально ясно. Странные мне сны сегодня снятся… — А кто сказал, что это сон? Я вскочил и увидел перед собой… Кирену. Блять, блять, блять, это не может быть правдой… — Что ты со мной сделала? Почему я здесь, внутри игры?! — я кричал, но еле мог различить свой голос. А впрочем, даже голос был не мой. — Ну наконец-то, дорогой Наблюдатель. Как тебе представление на этот раз? Я не ожидала, что твои воспоминания начнут пробиваться так рано, так еще и Нус смогла дойти в вычислениях до правды. Это и правда было интересно, правда? — в глазах Кирены я увидел лишь… радость. Неужели эта сумасшедшая и правда рада всему этому? По коже пробежали мурашки. Наконец-то я всё понял. Я и правда не должен быть здесь, потому что я — Игрок, Наблюдатель, называйте блять как хотите, но ни при каких обстоятельствах я не должен был оказаться внутри игры… Так, всё, надо успокоиться и попробовать собрать информацию. — Расскажи мне, как я оказался… внутри? Ты же в этом замешана, верно? — Кирена сладко улыбнулась и уселась прямо на… что? Они буквально стоят в пустоте, вряд ли тут есть понятие пола или вообще поверхности, — я не хочу садиться рядом с тобой. Когда я моргнул, Кирена уже исчезла, а в следующий момент сзади раздался шепот. — Наблюдатель, а разве у тебя был выбор? — внезапно все тело будто потяжелело в несколько сотен раз, и я даже двинуть пальцем больше не мог. Кирена мягко надавила на мои плечи и против моей воли усадила меня, — а вот теперь можно и поговорить. Кирена села напротив меня в позе лотоса. Кажется, в ее глазах смешалась какая-то несовместимая гамма эмоций: нежность влюбленной девушки и жестокость тирана, привыкшего получать все, что захочет... даже когда хочется всю вселенную и больше. — Ну, раз уже ты попросил, я готова тебе рассказать все, что знаю. Когда ты еще был лишь Наблюдателем за нашей вселенной, происходило все то же самое. Сталесклеп, Амфореус и бла-бла-бла, — Кирена вновь выглядела скучающей, ровно также как и во время их путешествия, — потом настал момент поглощения мной мемории всей вселенной и тогда… я впервые почувствовала чье-то присутствие… это был ты, Наблюдатель. Я не знаю, как это произошло, но именно тогда я смогла принять своё решение. Девушка внезапно встала и начала ходить вокруг меня, будто не могла усидеть на месте. — Я решила увидеть тебя, чего бы это ни стоило. И когда ты через Первопроходца решил разделить со мной ношу Эона Памяти… я решила поглотить и его. Казалось, что все идет гладко, — Кирена возмущенно посмотрела мне в глаза, — но этот глупый сосуд решил вознестись до Эона Завершенности. Видите ли, единоличное вознесение Эона Памяти — это конец света. Но в итоге я поглотила его в процессе вознесения… и стерла Первопроходца из реальности. Я испуганно уставился на девушку. Все можно понять, серая мораль и подобное, но стирание из реальности… звучит жутко и страшно до дрожи в коленках. Правда, сейчас я даже дрожать ими не могу. — Это было ненамеренно, — девушка, увидев страх в моих глазах, чуть ли не закричала и вцепилась в мои плечи, — я никого не хотела убивать. Просто… видимо, из-за нарушения причинно-следственных связей Терминуса его «я» стерлось. Кирена сделала несколько вдохов и успокоилась, после чего села обратно. Правда на этот раз ближе чем до этого. Сильно ближе. — После этого как Терминус вознеслась уже я, став Эоном двух Путей одновременно, благодаря чему я смогла увидеть тебя… и, возможно, вытянуть тебя из твоей реальности? Я не представляю, как это работает. Я в нескольких начальных циклах заставляла над этим трудиться все Общество гениев, даже мертвых членов, и Нус, но все они пришли лишь к безумию, которое к тому же влияло на них много циклов после инцидента. Видимо, я что-то сильно сломала в этой вариации вселенной и строго ограничила Область… я уже забыла название, если честно. Это было слишком давно… Слова ударили набатом. Это уже далеко не первый раз, как Кирена играет этот сценарий, устраивает это представление для себя… и для меня. — Я по глазам вижу, о чем ты сейчас думаешь. Ладно, шучу, я просто помню твои вопросы во время наших прошлых диалогов, — девушка улыбнулась и потрепала меня по щеке. Сразу захотелось помыть место касания с мылом. — Да, это не первый, не второй, и я уже не помню какой перезапуск вселенной. К сожалению, дорогой Наблюдатель, иначе у нас с тобой не выходит. Если ты сохраняешь память — а я пыталась оставлять её тебе — ты либо саботируешь все вокруг, либо саботируешь конкретно меня, в том числе пытаешься вознестись в Эона Завершенности. Я тебя вероятно разочарую, но теперь Терминусом этого мира являюсь я и даже в случае конца света именно я возношусь и отматываю время назад. И да, именно поэтому я откатываю твое путешествие только до Амфореуса. Если я откатываю дальше... или давнее, я не знаю, возникают серьезные нарушения причинно-следственных связей, ломающие саму суть бытия. Воу. Она буквально отвечает на все мои мысленные вопросы. Это… ужасает. Внезапно тело перестало ощущаться как гиря, и я наконец-то смог двигаться. Я сразу вскинулся и смог встать. Это радует. Я попытался развернуться и убежать в другую сторону от девушки, но всего спустя пару секунд... я прибежал к ней с другой стороны? Что вообще в этом месте с геометрией пространства? Несколько раз вздохнув, я снова сел. — Получается, ты хочешь сказать, что теперь весь мир находится под твоим контролем и это все ради… меня? — я недоуменно вскинул бровь. Не то чтобы я был прям уродом, но и красавцем не был. — Конечно, глупенький. А ради кого мне еще стараться? Я ведь люблю тебя, — Кирена ненадолго замолчала и взяла мои руки в свои, после чего возбужденно продолжила говорить, — это ведь всегда был ты. Это ты принимал решения за тот бесполезный сосуд. Это ты научил меня жить. Это ты научил меня любви. Просто я смогла дать тебе возможность присутствовать рядом со мной, — Кирена смотрела на меня настолько честным и влюбленным взглядом, что я поперхнулся воздухом. — То есть... ты называешь это любовью? Ты удерживаешь меня тут насильно. Ты стираешь мне память! — я сам не заметил, как перешел на крик, но прекратить уже не мог, — ты используешь всю вселенную как игрушку для своей больной фантазии. Ты ни-че-го не знаешь о любви… Я хотел продолжить, но не смог. Меня как будто что-то сдерживало. Спустя секунду Кирена уже оказалась у меня за спиной и нежно приобняла меня, шепча на ухо: «Я никогда не хотела, чтобы все было так, но это единственный способ быть с тобой рядом. Надеюсь когда-нибудь ты сможешь меня понять». После этих слов мне снова стало холодно.