Изучая правила другого мира я стала частью очень странной семьи

За большим дубовым столом при тусклом свете свечи сидел, оперевшись на руку, продажный священник. Он угрюмо смотрел в стену и раздумывал над тем, что завтра состоится пренеприятнейший разговор со Стефаном. Продумывая длинный монолог о жизни Жасмин и ее исправлении в стенах монастыря, Энцо заснул крепким сном. Вечером следующего дня в собор уверенной походкой вошел Экзюберант и направился прямиком к своему знакомому. Надменно улыбаясь, граф вопросительно посмотрел на служителя: - Позвольте узнать, где моя дочь? - И Вам добрый день. Думаю, надо обсудить становление прекрасной Жасмин настоящей девушкой. Месяца оказалось недостаточно, она только-только начала понимать и принимать свою женскую роль. Не следует сейчас вырывать ее из общества прилежных послушниц... - Продолжай, - улыбка Стефана сменилась недовольной гримасой, одна бровь поднялась вверх, а другая зло опустилась вниз, зубы заскрипели от напряжения и раздражения. - Думаю еще месяца хватит и Ваше дитя точно станет покорным. Экзюберант подошел к Энцо и схватил его за шиворот: "Деньги вымогаешь, зажравшийся святоша? Знаю я все эти манипуляции, не первый год живу на этом свете!". Служиель испуганно посмотрел на собеседника и заикаясь проговорил: "Нет! Ни в коем случае! Вы же заплатили за исправление, а не за время! Поэтому оставшийся месяц подразумевался бесплатным!" Граф отпустил служителя бога и задумчиво посморел вверх. "Еще месяц", - прошептал он. - Договорились, но через оговоренное время чтобы вернул мне Жасмин! Мужчина развернулся и быстро пошел к выходу что-то бормоча о том, что следует уже серьезно заняться поисками жениха. Как только посетитель скрылся из виду, Энцо выдохнул и подумал о том, что он просто отсрочил на месяц гнев разъяренного отца. Но этот вопрос можно решить потом и об этом он подумает позже, а сейчас его ждет другой человек и пора бы уже отправиться к нему. На окраине города, там, где не светили фонари и не ходили спешащие по своим делам люди, священник встретился с молодым мужчиной лет тридцати, одетым в черный плащ. Несколько секунд молчания и незнакомец заговорил: - Что скажете насчет моей просьбы? - Вы знаете цену. Аристократ быстро показал мешочек со звенящими монетами и спрятал его обратно. - Вы не сказали согласны ли. - Все будет сделано в наилучшем виде. Вы непременно станете наследником. - Не думаю, что стоит произносить это вслух. Но я хочу облегчить Вам работу. Человек в городской тюрьме. Я знаю, у Вас есть связи. Сверток с золотом был брошен в руки Энцо, после чего мужчина быстро ушел, скрывшись в темном переулке. Служитель же вздохнул и направился прямиком к своему хорошему знакомому. Буквально через полчаса священник подошел к небольшому двухэтажному дому из постаревшего кирпича, находившемуся на узенькой улочке. В нескольких окнах горел свет. "Значит еще бодрствует", - произнес слуга бога. Он поискал глазами темную деревянную дверь и направился к ней. Антуан уже готовился ко сну, как вдруг в дверь позвонили. Спустившись со второго этажа он нехотя открыл дверь. - Здравствуй, Энцо. Что привело тебя ко мне в столь поздний час? - Есть одно предложение. Может пригласишь и обсудим? Хозяин вздохнул и повернулся боком, пропуская приятеля в дом. Мужчины прошли в гостинную, находившуюся по левую сторону от входа. Гость осмотрелся. У окна, выходившего на улицу, с которой он только что зашел, располагался диван, напротив него кресло и между ними столик, у противоположной от входа стены - книжный стелаж, рядом с которым стоял большой письменный стол и громоздкий стул. Справа от входа располагался небольшой камин, согревающий в холодные дни. Антуан сел на кресло, а знакомый опустился на диван. - В городской тюрьме есть мужчина по имени Урс Бран? - Не понимаю зачем тебе эта информация, но да, он уже два дня там находится. Кажется старший сын Урса Бруно? - Да, его наследник. - И только поэтому ты пришел ко мне ночью? До утра нельзя было подождать?! - Тебе бы не помешало купить новую мебель, но жалование судьи не так уж велико. - Говори прямо, что ты хочешь. - Бран же уже сидит в тюрьме. В чем же можно обвинить его, чтобы хватило для казни? - Убивать невиновного? Не надоело тебе играть чужими жизнями? Ты подумал о том, что скажет его отец? - Старшему Урсу нет дела до того, кто станет его наследником. А вот ты получишь достаточно золота, чтобы твоя совесть тебя не мучила. - И как ты хочешь реализовать свой гнусный план? - Сначала я хочу поговорить с ним как священник, пусть покается, а там уже я узнаю что-нибудь. - Если хочешь поболтать с ним без лишних ушей, то следует идти сейчас. Ночью точно никому нет дела до заключенных. Собравшись и одевшись, двое мужчин вышли из дома и напрявились по едва освещенным узким переулкам в сторону городской тюрьмы. Путь занял не больше четверти часа и вскоре они дошли до места. Зайти туда не составило труда - охранники прекрасно знали Антуана. Пройдя по длинному мрачному коридору, покрытому в некоторых местах мхом, мимо спящих заключенных вдоль ржавых холодных решеток священник и судья наконец дошли до нужной камеры. - Бран Урс, - строго, но тихо сказал служитель правопорядка. Один из двух мужчин, находившихся в камере, поднял с грязной серой подушки свою коротко стриженную голову и посмотрел сквозь железные прутья. Противный желтый свет от лампы в коридоре ослепил его и он зажмурился. - Я слушаю. Надеюсь Вы здесь за тем, чтобы выпустить меня. - Я привел для Вас священнослужителя, чтобы вы облегчили свою душу. - Ничего такого, чтобы в чем-то каяться я не совершал! - Покушение на родственника не преступление? Братоубийство знаете ли запрещено законом. - Я помогу Вам, - сказал Энцо, выглядывая из-за спины знакомого. - Меня ложно обвинили. Вот вся правда и точка. Мне нечего больше сказать. После этих слов заключенный отвернулся к стене и больше не произнес не звука. Антуан же посмотрел на сообщника, покачал головой и показал жестом пройти обратно к выходу. Уже на улице двое продолжили разговор. - Бесполезно из него что-то вытаскивать, он не скажет. Вывести из себя его тоже не получится. Он спокойный, как удав. Против него нет никаких улик, поэтому совсем скоро его выпустят и он это прекрасно знает. - Ты не можешь на это повлиять? - Ты слишком много от меня требуешь. Лучше тебе стоит придумать что-то другое. Кстати, видел его соседа по камере? Можешь взять на свое шоу его. Он из обедневших аристократов, неудачный дуэлянт. Точнее он очень даже хорошо владеет оружием, но вот впутывается в неприятности постоянно. - Так на дуэли же все ранения законны. - Если бы только ранения... Он человека убил. - Это тоже не возбраняется. - Я же сказал, что он из обедневших. Артур вроде. Так вот этот паренек брал деньги за дуэли и учавствовал вместо одного из поспоривших. Вот на очередной из таких и убил. И вроде законно все, а с другой стороны участниками дуэли были убитый и наниматель Артура. Вот если б этот трус с золотом бы отнял жизнь, то вопросов бы не было, а так.. Месяц уже в заключении сидит, не знаем что с ним делать. - Интересно конечно.. Хорошо, возьмусь за него. Подготовлю документы на этого паренька, да и на Урса тоже, мало ли что еще может произойти. Энцо и Антуан на этом попрощались и разошлись по домам. Через несколько дней за Браном пришли два гвардейца. Мужчину вывели из тюрьмы и посадили в закрытую повозку, на которой все трое добрались до здания суда. В нем проходили заседания по вынесению приговоров для аристократов. В отличие от трибунала на площади, в комнате собирались люди только из высшего общества и хранители правопорядка. Опрашивались свидетели, предоставлялись улики и на основании всех показаний выносился приговор. Брана привели в один из таких кабинетов и посадили в центр. Несколько десятков людей уже ожидали его на своих местах. Когда толпа затихла - вышли прокурор и судья. Обвинитель встал на свое место и произнес: "Перед началом процесса один из свидетелей хотел бы сказать пару слов". С первого ряда поднялся молодой мужчина, вышел вперед и повернулся к толпе: "Здравствуйте, меня зовут Густав Урс и я с прискорбием сообщаю о смерти своего любимого отца Бруно Урса. Я нахожусь в ужасной печали и моему сердцу нет покоя. Но самое главное  - папенька убит! И не кем-то неизвестным, а моим старшим братом!". Говорящий показал рукой на подсудимого и демонстративно отвернулся, изображая ужасную грусть. "Он травил ядом нашего родителя на протяжении нескольких месяцев и в конце концов добился своего! Два дня назад старший из Урсов умер в муках, а лекарь при вскрытии обнаружил большую концентрацию отравы в организме! Бран давно готовился стать наследником и даже попытался оборвать мою жизнь, чтобы я не помешал ему! Поэтому прошу, пусть суд будет справедливым и виновному будет вынесен правильный приговор!", - мужчина благодарственно кивнул головой и сел на место. Бран вскочил со стула, но тут же его вернули на место гвардейцы. "Подонок! Врун! Это ты всегда хотел стать главой семьи и подставил меня! Я не убивал!", - кричал подсудимый.