не по-настоящему.

этот день... летний, жаркий, солнечный... даже облака по небу плыли с безмятежностью густой пены в тёплой ванне. неподалёку — специально в зоне видимости — по зелёной траве босиком скакал самый младший из байерсов, что-то крича и хихикая, иногда дёргая огромного пса по кличке честер за хвост. тот радостно тявкал на хозяина, которого был вдвое больше, но всё равно относился с пониманием и трепетом, свойственным только, разве что, ангелам. родительской машины у дома не стояло. потому именно тринадцатилетнему джонатану было поручено проследить за младшим братиком. он справлялся с этим отлично. одел, накормил, умыл... а сейчас, сидя на крыльце и уперевшись ногами в мелкую гальку, наблюдал за тем, как он резвится в траве и пытается повторить лай честера. а рядом на той же ступеньке сидел довольно неожиданный для байерсов гость — на голову выше, на полтора года старше и серьёзнее лицом — четырнадцатилетний стив харингтон. миссис харингтон сказала, что им нужно уехать на весь день, а ребёнка оставить не с кем. тогда и вызвалась миссис байерс помочь с этой нетрудной задачей — как хорошая мама, которая доверяет своему старшему сыну, решила, что мальчишки подружатся. но совсем скоро те переиграли во все игры, пересмотрели все мультики, пару раз поссорились, потеряли младшего из вида, вновь помирились, обсудили все школьные дела... и это ещё не вечер. стив не хотел рисовать, не хотел вырезать из дерева, не хотел слушать странную музыку и фотографировать берёзки. джонатан не хотел лезть на дерево, вызывать злых духов, смотреть страшные фильмы и дразнить соседских собак. так что выбрали более мирный вариант. просто молчать и смотреть, как уилл вообще не страдает от одиночества. но стив не мог продержаться в тишине дольше двух минут. — хей, джонатан, — звякнул харингтон, заговорщически улыбаясь. байерс обернулся, подпирая подбородок кулаком, да глядя так, словно безмолвно спрашивая "ну и что ты опять придумал?". — м? — а ты когда-нибудь целовался? — протараторил стив, наклоняя голову в бок. глаза горели, как две большие звезды, а брови взлетели вверх. джонатан тихо вздохнул, упираясь кулаками в жёсткие доски, да опустив голову. — ну ты дурак, что ли... — пробурчал он, рассматривая свои коленки. — нет, конечно... харингтон придвинулся ближе, тоже упираясь на кулачки. — хочешь, научу? — голос стал тише, но не менее энергичным, — просто так... для будущего. байерс приоткрыл рот, резко поднимая голову. но встретившись с весёлыми серыми глазами, не смог произнести и слова. ногти впились в дерево, нервно отдирая старую краску. — а ты прям спец? — саркастично буркнул мальчик, а сам отвернулся в сторону, где его брат боролся с собакой, чувствуя, как вспыхнули щёки и уши. — нет, но я хороший учитель, — усмехнулся стив, горделиво поднимая голову вверх — тот жест, который всегда выводил джонатана из себя, — ну так что? джонатан тихо хмыкнул, потирая колено о колено. он много читал об этом в сказках... о рыцарях, которые спасают своих принцесс и в завершении целуют, о юных принцах, которые целуют страшных жаб, и те превращаются в прекрасных невест... но никогда не думал, что поцелуй могут предложить... так. просто от скуки, сидя на крыльце и не имея за спиной четыре тома подвигов. даже если всегда хотел попробовать. — ну, допустим... — буркнул младший, кусая губы, — но это же... — не по-настоящему, — перебил его стив, придвигаясь ближе, почти вплотную, да нависая над худощавым мальчишкой, как грозовая туча, — просто в академических целях. пока родители не видят. — он подмигнул байерсу, хитро сузив глаза. — не по-настоящему... — повторил джонатан, с неуверенностью глядя то на губы парня, то на горящие глаза. — а ты сам-то готов? харингтон усмехнулся, наклоняясь чуть ниже, чтобы быть на уровне глаз младшего. он выглядел так, словно прямо сейчас готов был начать "урок", пока второй молча поджимал губы, бегая глазами из стороны в сторону. — готов. а ты? байерс хмыкнул, пожимая плечами. хотя сам уже ответ знал. — наверное... стив просиял, сразу приступая к делу. он обхватил руками лицо джонатана, приблизившись. кажется, о таком он в книгах не читал, но каждый учитель может добавить что-то от себя, если считает, что это важно? ведь так? — смотри, — выдохнул старший прямо в губы байерса. тот замер, выглядя очень внимательным, хотя сам забыл, как дышать, — нужно делать это медленно... как... когда ешь торт и хочешь насладиться его вкусом... джонатан вздрогнул, стараясь отвести взгляд, но всё равно цепляясь за отчего-то потемневшие серые глаза. колени с силой вжались друг в друга, пытаясь удержать его на плаву в реальности. харингтон серьёзно... сравнил это с тортом? — просто повторяй за мной, — слегка отстраняясь, чтобы предупредить, стив провёл большим пальцем по пунцовым щекам, — понял? — понял... — тихо ответил джонатан, и тогда... и тогда харингтон вновь опустился, но на этот раз не задерживаясь в сантиметре, прильнул к губам байерса, сминая их своими, приоткрывая, разводя, делая мокрым и горячим всё пространство вокруг... джонатан впился в дерево ногтями до царапин, оставляющих вмятины аж до следующей покраски. под ватными ногами жалобно шаркнула галька, а сердце словно разбило все рёбра в груди. между губ скользнуло что-то горячее, призывая раскрыться... язык? байерс не мог сопротивляться... просто позволил стиву скользнуть в его рот языком, делая поцелуй глубже и горячее... он щекотал нёбо, гладил язык, скользил по губам... они чуть не столкнулись зубами, чуть не разбили друг другу брови... но харингтон только сжал его щёки сильнее, углубляя поцелуй... но не давая себе увлечься, стив отстранился, тут же отворачиваясь и сглатывая слюну. как бы ни пытался, он был не менее смущён самого джонатана, которого и вовсе потряхивало всем телом. — ты... в порядке? — первый заговорил харингтон, всё же оборачиваясь. байерс злобно нахмурил брови, пряча глаза за шторкой из пепельно-русых волос. — плохой из тебя учитель!.. — смущённо пискнул он, вытирая губы тыльной стороной ладони, — но целуешься ты неплохо...