Мой карамельный латте

Посвящается всем, кто потерял веру в любовь после неудачного опыта. — Тео, отвези, пожалуйста, Кириану в школу.— Тория одной рукой откинула блондинистые волосы назад, придерживая второй сковородку.    —  Пойдем Кир, заедем по пути за кофе?— мужчина взял девочку лет 12, за руку.    —  Тео!! Она ещё маленькая для кофе.— женщина всегда ненавидела кофеин и хотела приучить к этому дочь, но когда муж-работник кофейни- это крайне сложно.   —  Ну мам, я люблю кофе! Мы с Теодором пробуем разные вкусы и мне нравится каждый, пожалуйста.— Кириана обняла маму, а та погладила её золотистые волосы.             Мужчина готовился к оплате у кассы, когда девочка вдруг произнесла:   —  Я буду карамельный латте, можно? Ты всегда его пьешь, я видела!— сердце пропустило удар, а мозг покрылся пеленой воспоминаний.    —  Конечно, будьте добры..— он обратился к бармену. «Страсть» опустела. Из старого состава остались только двое: Тео и Артур.    —  А почему мы никогда не берем этот кофе маме? Он же вкуснее всех, может ей понравится, давай возьмем?   —  Нет. Это исключено.— слишком резко произнес мужчина, что смутило девочку.              Вернувшись домой уже без девочки, Теодора встретила жена в длинном роскошном красном платье с открытыми плечами. Тория была старше своего второго мужа на 4 года и у нее был ребенок, но она выглядела моложе где-то на 5 лет.    —  Ты обещал, что мы сходим в театр в твой выходной. Билеты в сумке, я готова.    —  Хорошо, пошли.— мужчина выглядел слегка поникшим.              Пока жена восхищалась спектаклем, Тео смотрел представление из своих воспоминаний двухгодовой давности. Когда Тео впервые увидел фото Габриэллы и Джеймса в интернете, это разбило ему сердце. Она живет дальше, а он и дня не прожил без мысли об этой потери. Габи Сантерро была смыслом его жизни два года, а своим уходом забрала все счастливое в его жизни.             Тория была хорошей женой, Кириана приняла Теодора, как отца, на первый взгляд казалось, что это образцовая семья, но ни жена, ни муж, не любили друг друга. Тео знал, что Тория тоскует по бывшему. Они познакомились в клубе, через неделю после отъезда Габриэллы в Испанию. Как оказалось, обоим был выгоден брак на публику. Теодор не останется один в 30 лет, а женщина продемонстрирует бывшему, что живет дальше и всё у неё хорошо.   —  Тео, это было восхитительно! Сразу видно, что все актеры-профессионалы своего дела.   —  Тория, я вызвал тебе такси, езжай домой, я хочу пройтись немного.— жена потускнела, но промолчала.            Мужчина шел по плохо освященной алее, мимо на большой скорости проносились машины, мигая фарами в лицо. Его машина осталась возле театра, но место, куда он шел было недалеко.            Входя на тихое и темное кладбище, сердце Теодора разрывалось от чувств. Это место было единственным, что связывало его с Габи так близко. Шагая по мокрому после дождя асфальту, мужчина медленно приближался к могиле с памятником плачущего ангела, когда увидел силуэт хрупкой спины, сгорбившейся над землей и сотрясающейся от рыданий. Это были такие знакомые слезы, всхлипы. Нет, это же не может быть.. она..?        ***            Габриэлла была в сером спортивном костюме с белым топом, когда заплетала зализанный пучок и подправляла макияж.    —  Милая, ты скоро? Мы так опоздаем на рейс.    —  Уже готова.— девушка накинула на плечо сумку, на голову очки, а на шею наушники и выкатила белый чемодан.              В коридоре ждал Хейден, а следом выбежала Мария в таком же сером костюме, но с распущенными волосами.    —  Я успела! Секунда в секунду!— она ткнула телефоном в мужчин. Они поспорили, что девушка закончит сборы в последние минуты посадки.             В аэропорту друзья едва успели забежать в самолет, где их приветствовал мягкий голос пилота.    —  Уважаемые дамы и господа, наш рейс «Барселона-Будапешт» приземлится ориентировочно в 17.30, то есть перелет займет 2,5 часа. Приятного полета.             Габи смотрела в окно, опираясь плечом на грудь Джеймса. Как только самолет набрал высоту, большинство пассажиров уснули, включая и семью Калваторе.             В салоне было тихо, время близилось к посадке, но голос пилота вдруг объявил:    —  Дорогие дамы и господа, наш самолет вынужден сделать экстренную посадку в ближайшем аэропорту. Приносим извинения за доставленные неудобства.               Спящие проснулись и на борту начался настоящий хаос. Кто-то трясся, что самолет неисправен, кто-то паниковал, что ему негде будет остаться на ночь, кого-то ждали в Венгрии. Стюардессы не справлялись с бешенойтолпой, когда Джеймс вдруг поднялся со своего места и громко произнес:    —  Прошу минуту вашего внимания, отнеситесь с пониманием и рациональным мышлением к этой ситуации. Я всё прекрасно понимаю, но если вы хотите долететь уже куда-нибудь живыми, то не создавайте панику и позвольте персоналу выполнить свою работу.            Стюардессы и стюарды захлопали и начали успокаивать каждого по одному. Мужчина вернулся на свое место и крепко обнял Габриэллу, успокаивая и говоря, что всё будет хорошо. Впереди них нервничали Мария и Хейден, но пара сидела молча, тихо обсуждая варианты дальнейших действий.              Самолет удачно сел и выпустил пассажиров в здание аэропорта. Кто-то падал на землю и благодарил Бога, что долетел, кто-то плакал, кто-то кричал в телефон на босса, что не виноват в неисправности самолета и безответственности авиакомпании.              Город принял приехавших теплой погодой, цветочным запахом и закатом. Этот закат отозвался сильной болью в груди у девушек, когда они увидели надпись: «Аэропорт Венеции имени Марко Поло».    —  Это какая-то шутка?— злобно обратилась Мария к пустоте.— Серьезно, именно этот город?    —  Джеймс, что мы будем делать?— смотря на толпу кричащих туристов спросил Хейден.    —  Выведи девушек на улицу, здесь душно, я отойду позвонить.— скомандовал брюнет.              Габриэлла рассматривала архитектуру, среди которой прожила примерно 6 лет. Это было больше, чем город, это воспоминания, это люди, места, события и эмоции. Прохладный ветер обдувал её лицо, когда послышался голос подходящего Джеймса.    —  Мой знакомый согласился сдать нам квартиру, но не больше, чем на двое суток, поэтому лучше уехать завтра пораньше. Берите вещи, сейчас подъедет гондола.            Гондольер становился у района Каннареджо. Его Габи очень хорошо помнила.             Зайдя в небольшую однокомнатную квартиру, Мария ахнула.   —  Вселенная над нами издевается. Это точно всё происходит?    —  Я звонил в гостиницы, но у них нужна предварительная запись. Это единственный вариант. Ну или спать на улице.— ответил Джеймс, параллельно закатывая чемоданы.              Эта квартира напоминала Габриэлле её первую квартиру в Сан-Поло, которую ей подарил Роун. Сейчас эти воспоминания не навеивали ничего, кроме тоски.    —  Если ты не возражаешь, я хочу прогуляться. Не волнуйся, я далеко не уйду.— Габи поцеловала Джеймса и получив одобрительный кивок, ушла, под возмущенные речи Марии, что она тоже с удовольствием бы удалилась из этого «дворца».           Наступая на старый асфальт, девушка помнила, как синхронно они шагали с Теодором здесь несколько лет назад. Более глубокая волна ностальгии окутала её у могилы ребенка, на которой аккуратным шрифтом было выведено «Ригель Дисконти. Погиб в автокатастрофе.»             Сколько Габриэлла проплакала, вспоминая сына, она не помнила. Девушка слышала тихие шаги по листьям сзади, когда почувствовала, как чьи-то сильные руки взяли её за плечи и оторвали от земли. Она плакала и сопротивлялась, вырывалась, но мужчина притянул её груди, удерживая.             Узнав запах, которым пах незнакомец, Габи словно ударило током. Она ещё сильнее выбивалась из его объятий и ещё громче кричала.    —  Это твоя вина, ты разрушил всё.— девушка пала на сырую землю, её тело сотрясалось от рыданий, но теперь она сидела тихо, лишь иногда всхлипывая.    —  Мы не враги. Только не здесь, Габи.— мужчина опустился рядом, поглаживая Габриэллу по спине.             Девушка молчала, даже когда Тео, притянул её к себе и уткнулся в шею, заглушая свое желание плакать.            Габи сидела с закрытыми глазами, когда её тело вдруг подняли в воздух. Теодор на руках вынес девушку за пределы кладбища, накинув на неё свою рубашку и оставаясь при этом в одной футболке. Мужчина направлялся к своей машине, когда Габриэлла заговорила:   —  Нет, мне нужно домой, Джеймс наверно волнуется..   —  Я провожу тебя.   —  Нет, спасибо.   —  Это не вопрос. Ты еле стоишь, в таком состоянии я тебя одну никуда не отпущу.    —  Ты потерял право голоса в моей жизни два года назад. Моя безопасность-не твоя забота.            Теодор молчал. Он знал, что девушка была права. Он так же смотрел ей в след, после того, как она кинула на машину его же рубашку и ушла.            Её тело скрылось за ближайшим зданием и всё, что осталось у Теодора Дисконти после встречи с девушкой всей его жизни-воспоминания об этих двух часах.            Странно, но лежа в объятиях будущего мужа, Габи вспоминала, как чувствовала, что на кладбище их было трое.