Печенье

Пик не мог сказать точно, что именно его притягивало в этом кудрявом парне. Он бы точно захотел себя ударить, если первым делом заговорил о внешности. Более всего цеплял характер, а не чарующие глаза или надменная улыбка. Такой терпкий, с заметной горчинкой. Отталкивающий многих, но не желтоглазого. А от колючего слова сказанного в свою сторону появлялись мурашки по коже. Пику нравилась эта манера общения. Объяснить почему именно так притягивала эта кислота, которая рекой разливалась от одного лишь присутствия рядом зелёного шута, казалось невозможным. Это была парадоксальная симпатия. Так как монотонность Куромаку или философия Данте не могла зацепить Пика настолько сильно, как Вару, который за все время их общения не сказал и одного ласкового слова. Наверное, обладатель золотистых глаз был готов отдать многое, чтобы услышать из его уст тихое “люблю” или что-нибудь схожее по смыслу. По крайней мере не слова ненависти. Иногда он желал поговорить о каких-то высших материях, слушая как кудрявый картавит, слово за слово проклиная себя за то что не может выговорить эту несчастную букву. Но даже без этого, ему нравилось когда Вару что-то рассказывал будучи рядом. Это скорее походило на монолог, так как мужчина боялся перебить поток его мыслей. Пусть это даже какая-то нелепица или глупый анекдот - Пик был рад что возле него тот так много болтает. К тому же обладатель золотистых глаз замечал разные мелочи, которые нравились его объекту симпатии. Ну или привычки какие-то. К примеру то что Вару очень любит сладкое. Наверное, на это обратил бы внимание даже слепой. Карамельки, шоколадные конфеты, булочки, печенье, пирожки всякие - без них тот и дня прожить не мог. Вечно тянул что-нибудь к чаю, а если в доме заканчивалось лакомство, тот несмотря на позднее время суток шёл в магазин. Ну а когда Пик брался за выпекание, то первым усаживался на кухне, хмурясь от присутствия Зонтика который желал помочь пиковому. Желтоглазый почувствовал и аромат свежей мяты, который всегда тянулся за Вару. Такой приятный. Нежный и чарующий. Кажется, у того шампуни, гели и прочие вещи были с этим запахом. А ещё его внимание привлекло то как рано просыпался Вару. Даже не со звонком будильника. Тот всегда отправлялся в ванную комнату и выходил ровно через пятнадцать минут. После этого искал в шкафу наиболее подходящую одежду и шёл на кухню. Часы показывали лишь семь утра. Кудрявый заваривал себе чай и сидел в тишине за столом, пока остальные ещё сладко спали. Он читал книгу или писал что-то в тетради. В его поведении проскальзывало некое изящество. Плавные движения, тихие шаги и разливающийся по кухне аромат травяного чая. Пик обратил на это внимание, так как обычно просыпался вторым. Он всегда готовил завтрак, а Вару этому только и рад. У них не существовало чёткого графика, но обладатель золотистых глаз заметил что кудрявый никогда не притрагивался к плите и ждал того момента когда это сделает кто-то другой. Когда Пик садился за стол, Вару никогда не спешил одевать очки. Мужчина всегда наслаждался взором зелено голубых глаз. Радужки переливались прекрасными цветами, отдавая волнами моря и шелестом листьев в глубоком лесу. Это казалось чем-то нереальным. Неземной красотой. Вару всегда первым начинал зрительный контакт, но когда Пик почти что сверлил его взглядом в ответ - он сразу оборачивался в сторону. Эта особенность его стесняла. А спустя некоторое время кудрявый начал готовить чай и для Пика. За компанию. Нельзя было обделить вниманием и вкус в одежде. По мнению желтоглазого, Вару очень шли худи и широкие штаны. Вечно изношенные кеды, разные подвески на шее и браслеты, которые тот явно купил на блошином рынке. Они подчеркивали его характер. Ну и главное, что зацепило Пика больше всего - Вару всегда был спокойным. Характер у него, конечно, был непредсказуемым, но он никогда не нервничал. Услышать от него какие-то переживания казалось чем-то нереальным. Не из мира сего. Пик это заметил. Наверное, ему нравилось все, что касалось Вару. Лишь перечислив эти пункты, обладатель золотистых глаз без зазрения совести мог начать говорить о фигуре и внешности этого выскочки. Ему, конечно, не доводилось видеть того обнаженным, но даже то что представлялось созерцать - удовлетворяло. Смотря на ярко выраженные скулы, длинные пальцы и худые руки у Пика не возникало чувства отторжения. Ему нравились плавные изгибы тела Вару, которые тот вечно прикрывал мешковатой одеждой. Копна кудрявых зеленых волос, которые так и хотелось потрепать. Веснушчатое лицо и плечи. Любимчик зацелованный солнцем. Тогда в сознание ударило и то что очкарик как бы тоже представитель мужского пола, но обладатель золотистых глаз быстро это выбросил из головы. Это еге, как оказалось, не настолько то и беспокоило. От подобных размышлений Пику всегда становилось дурно, а температура в комнате становилась лишь выше. Но в конце концов, это был предел его мечтаний - смотреть и любоваться. Поскольку мимолетного касания рук, когда Вару ставил перед ним на стол чашку с напитком или когда желтоглазый протягивал ему свою выпечку, оказалось совсем недостаточно. Правда этого было мало именно для Пика, так как он сомневался что кудрявый разделял его симпатию. Мужчина даже не мог быть уверен что тот на него смотрит, помимо того времени когда они вместе пили чай по утрам. Пиковому хотелось большего, но каждый раз он оказывался возле одних и тех же закрытых ворот. Вару ни под каким предлогом не пустил бы его в свою жизнь. Пику оставалось лишь вынашивать это чувство влюбленности как мечту, которая никогда не воплотиться в реальность. Его пределом было фантазировать о нем. А потом видеть кудрявого в сладких снах. После чего истязать себя, от того что эти видения не могут стать правдой. Но отказаться от них обладатель золотистых глаз был не в состоянии. Наверное, он бы очень удивился, узнав что Вару испытывает к нему очень похожие чувства. И также как и сам желтоглазый желает от него взаимности. Теплоты и любви, которую в Пике было тяжело разглядеть за крепкой оболочкой, дальше которой тот не позволял увидеть. Потому кудрявый и не надеялся на все это слишком сильно, понимая что не получит и крохи. Он уже не ребенок и прекрасно осознает что в этой жизни ничего не достается по щелчку пальца. Потому за те тихие чаепития по утрам вместе со своим объектом симпатии, Вару благодарил самого всевышнего, в которого даже не верил. Наверное, лучше бы все оставалось на своих местах. Кудрявый не особо желал изменений. Понимал что не стоит рушить эту идиллию. Может даже боялся что это разрушиться, если он начнет как-то действовать. Переживал, что его могут грубо отшить и опозорить. От того Вару и не пытался что-то делать и даже смотря на Пика, не задерживал взгляд дольше положенного. Поэтому он и не ожидал того что случилось следующим утром. К такому нельзя быть готовым даже спустя тысячу лет. И даже через три. Обладатель золотистых глаз тогда вошел на кухню и вел себя немного странно. Может даже подозрительно. Это улавливалось сразу. Замедленные действия и чересчур частые взгляды на Вару. Второй, кстати говоря, этого даже не заметил. Он как всегда поставил кружку с горячим напитком перед своим молчаливым собеседником и принялся дальше что-то писать в тетради. Кудрявый не обратил внимания на то как пристально Пик смотрит на него. Очень нервно, при том стуча пальцами по столу. Именно эту деталь Вару не смог проигнорировать. Это действовало на нервную систему и разрушало идилию вокруг. – Я хотел с тобой поговорить, – довольно серьезно произнес желтоглазый, стараясь как-то унять дрожь в руках. Но выходило у него совсем уж плохо. – Пожалуйста? Очкарик не сразу обернулся к нему. Пик его сейчас отвлекал и ему это совсем не нравилось. Правда спустя минут так пять тот не сдержался, оторвавшись от тетради. Наверное сработало то что желтоглазый никак не настаивал и попросту ждал. Да и как никак - интересно же. – Это, конечно, немного неловко знаешь ли, – медленно начал обладатель золотистых глаз, подбирая наиболее подходящие слова, пока Вару пристально смотрел на него. – Я давно наблюдал за тобой, потому с уверенностью могу сказать что ты мне не безразличен. Ты мне нравишься, понимаешь? – промолвил Пик, чувствуя как тепло разливается внутри него. Настоящий жар, но причина не в болезни. А тогда, так и не получив должного ответа, мужчина посмотрел на Вару. Тот не смог удержать ручку и та с многозначительным стуком упала на стол, после чего медленно скатилась на пол. Кудрявый выглядел ошарашенным. Это было впервые, когда Пик видел его настолько потерянным. Хотя более походило на испуг, нежели шок. Маска невозмутимости впервые упала с лица шута и желтоглазый даже не знал радоваться этому или нет. Но он продолжал ждать ответа. Каким бы тот ни был. Положительным или нет - главное вообще его услышать. Для него важно было наконец разобраться в своих чувствах и расставить все по полочкам. Правда вот как это сделать он не знал, поскольку в следующий миг Вару поднялся из-за стола и взяв тетрадь в руки, поскорее направился к их комнате. Чашка с чаем так и осталась стоять, а ручка всё ещё лежала на полу. Он даже ничего не ответил Пику, чувствуя что не в состоянии вымолвить и слова. Очкарику это показалось злой шуткой. Не мог же желтоглазый всерьёз сказать это. Как этому громиле вообще могли бы нравится такие хлипкие как он? Как ему вообще могли нравится мужчины? Это был отличный вопрос, на который у него не было ответа. Единственное в чём тот был уверен - Пик бы явно посмеялся, если Вару ответил взаимностью. Кудрявый даже был бы рад это сделать, запрыгнув тому на шею, но что-то в глубине души не позволяло уверовать в убеждения мужчины. А бесконтрольная дрожь уже охватила его тело. … Примерно с тех пор больше не было никаких утренних чаепитий. Вару не просыпался так рано, а Пик лишь старался смириться. Он тогда морально готовился не один час, заставляя себя сказать тех пару слов. А что взамен? Молчание. Кудрявый даже не постарался сказать хоть слово. Просто стоял и смотрел. Может, было бы в разы лучше, если очкарик хоть поморщился. Ну а вдобавок сказал что это хрень полная и ему девушки нравятся. Пику бы подошло любое, лишь бы не гнетущая тишина и напуганный взгляд Вару. Тот больше не снимал при нём очки, да и вовсе избегал. Проводил больше времени с остальными, лишь бы не оставаться наедине, а желтоглазый только грустно вздыхал. Наверное, ему надо постараться забыть о нём. Вару в свою очередь слишком много об этом думал. Пик не казался особо весёлым. Поникший немного, но в остальном такой как всегда. Тогда кудрявого и посетила мысль о том что тот говорил правду за столом. В смысле о своей влюбленности. Теперь это не казалось для кудрявого какой-то глупостью. Был вечер субботы. Почти все как на зло разошлись. Ромео еще неделю назад переехал, начав жить со своей девушкой. Феликс с Зонтиком пошли в кино, прихватив Куромаку за компанию. Тот долго отнекивался, но в конечном итоге согласился. Ну а Данте с Габриэлем сидели в комнате. Потому Вару не знал куда себя деть. Идти куда-то одному желания не было. От того он пошел на кухню и сел за стол. В этот раз без блокнота или занимательной книжки. Кудрявый ожидал увидеть Пика здесь, может даже перекинуться парой слов. Так как с момента признания они так и не поговорили. По крайней мере нормально. Желтоглазый больше не готовил для него всякие булочки и печенье, да и вообще хоть что-то. Он не старался найти подходящий момент и просто принимал тот факт что его избегают. От чего-то Вару не стало легче. Может его и грызло сомнение насчет искренности слов Пика, но как никак - тот ему тоже был небезразличен. Пусть это и скрывалось за всей той кислотностью. Лишь тогда кудрявый заметил что объект его размышлений стоит на балконе. Ноги сами потянули к нему. Вару присоединился к обладателю золотистых глаз, что тот не сразу заметил, будучи занятым разглядыванием вечерних улиц и сигаретой, которую держал между пальцев. Очкарик просто наблюдал за ним, боясь побеспокоить, так как сейчас Пик выглядел попросту волшебно. Если конечно не учитывать темных кругов под глазами и терпкого запаха сигарет, который кудрявый не переносил. – Мне казалось что ты не куришь, – вдруг произнес Вару, а желтоглазый резко дернулся. Он не думал что здесь есть еще кто-то есть. В особенности когда большая часть людей которая была против сигарет ушли из дома. – Иногда хочеться, – пробормотал в ответ Пик, даже не оборачиваясь к своему собеседнику. – Я хотел поговорить с тобой, – мялся кудрявый, словно влюбленная восьмиклассница. – Ну? Говори, – так же безразлично ответил желтоглазый. Эти слова никогда не означали ничего хорошего. – Почему ты перестал делать выпечку? – Вару, откровенно говоря, не придумал ничего получше. Это не тот момент где он невозмутимо мог спросить “ну че, я все еще в твоем вкусе?” Да и судя по всему Пик не особо желал поддерживать с ним разговор. А такого еще никогда не было, от чего на душе скребли коты. – Не хочу, потому и перестал. Это все о чем ты хотел поговорить? – проворчал обладатель золотистых глаз, после чего бросил бычок в пепельницу. – Ну не совсем, – Вару на ходу подбирал слова, чувствуя что его собеседник в любой момент может уйти. Так как разговор не завязывался. – Ты тогда не шутил? Повисло молчание. Очень натянутое и неловкое, которое разбавлял шум машин внизу, да и звуки ночного города в общем. Пик до того не смотрел на него, а теперь и вовсе устремил взгляд где-то в сторону, чтобы кудрявый не видел его покрасневшие от слез глаза. До чего же смешно, что Вару вспомнил об этом спустя столько времени. Посмеяться пришел? Если нет, тогда зачем? – Знаешь, у нас же принято, когда человек признается в своих чувствах взять и убежать. А потом его избегать, – сипло ответил желтоглазый, пока перед глазами все становилось размытым из-за слез. – Зачем мне шутить? – Если ты не заметил, то хочу напомнить что мы оба мужчины. Потому мне и показалось что это шутка, хотя и не смешная совсем, – он потерял тот запал с которым сюда зашел, после чего также облокотился на перила балкона рядом с Пиком. – Мне было и есть все равно. Это небольшая мелочь, когда тебе в первую очередь нравиться личность, – промолвил обладатель золотистых глаз. Его голос еле заметно дрогнул. И Вару это уловил. Теперь он жалел что тогда просто убежал, не сказав и слова. Поскольку тот был очень искренним, и кажется - до сих пор хранил в себе эти чувства. – У меня тоже есть к тебе симпатия, если честно. Но я не думал что такому человеку как ты, может нравиться кто-то такой как я. Мне вообще казалось что тебе никто не нравиться, – кудрявый тяжело вздохнул, ожидая когда Пик даст какой-то ответ. Он сказал это на одном дыхании и в глубине своего сознания уже жалел об этих словах. Наверное, Вару был тем еще параноиком, в чем сам себе боялся признаться. Очкарик уже успел нафантазировать о том как его сейчас отошьют. А потом он ляжет с этим позором спать. Но вместо этого парень почувствовал как обладатель золотистых глаз положил свою ладонь ему на руку. – Завтра я испеку твое любимое печенье, если ты хочешь, конечно, – мягко произнес Пик, чувствуя как щиплют глаза. И эти слова были лучше любого признания. Вару улыбнулся в ответ, чего тот все еще не мог увидеть, пряча свой взгляд. Но он знал что очкарик улыбался. Это нельзя было не чувствовать. Это был их момент. Их романтика, не совсем похожая на ту что мы видим в фильмах.