После вечера у Слизнорта

Вечер у Слизнорта закончился поздно. Слишком поздно для разумных разговоров и слишком рано для сна. Замок словно затаил дыхание. Коридоры опустели, факелы горели ровным, почти ленивым светом, а за окнами медленно кружился снег. Гермиона шла быстро. Слишком быстро для человека, который якобы никуда не спешит. Её каблуки едва слышно отбивали ритм по каменному полу. Пальцы всё ещё ощущали холод бокала с тыквенным соком, хотя она уже давно его оставила. — Отличный вечер, правда? — раздался голос позади. Она остановилась не сразу. Будто надеялась, что голос ей просто показался. Но шаги догнали её. — Ты даже не обернулась, — с лёгкой усмешкой сказал Кормак Маклагген. Гермиона медленно повернулась. Её выражение лица было безупречно спокойным. — Я думала, ты занят… производишь впечатление. — Я всегда произвожу впечатление, — ответил он без тени сомнения. Она закатила глаза. Но не ушла. Это уже было ошибкой. — Чего тебе нужно, Маклагген? — спросила она. Он пожал плечами. Слишком расслабленно. — Прогуляться. После таких вечеров нельзя сразу идти спать. — А я собиралась. — Конечно, — он сделал шаг ближе. — Ты всегда всё планируешь. Гермиона скрестила руки на груди. — В отличие от некоторых. — В отличие от меня, — поправил он. — Скажи честно, тебе было скучно? Она замолчала. На секунду. И этого оказалось достаточно. Кормак заметил. — Я так и знал — усмехнулся он — Я не говорила этого. — Но подумала. Гермиона отвернулась и продолжила идти. На этот раз медленнее. Он пошёл рядом. Некоторое время они молчали. Тишина была странной, но не неловкой. Снег за окнами казался ближе. Будто весь мир сузился до этого коридора. — Ты могла бы признать, что тебе было не так уж плохо, — сказал он наконец. — Это был… интересный вечер, — ответила она осторожно. — Особенно та часть, где ты пыталась избежать меня? Она резко остановилась. — Я не пыталась избегать тебя. — Правда? — он наклонил голову. — Тогда как называется то, что ты делала? — Я… — она замялась. — Я разговаривала с другими людьми. — И всё время следила, где я. Её взгляд стал острым. — Ты слишком высокого мнения о себе. Он улыбнулся. — А ты слишком стараешься доказать обратное. Гермиона сделала шаг ближе. Теперь расстояние между ними было опасно маленьким. — Ты правда думаешь, что всё вращается вокруг тебя? — Нет, — спокойно сказал он. — Но сейчас — да. Она собиралась ответить резко. Очень резко. Но слова застряли. Потому что он смотрел на неё не так, как раньше. Без привычной самоуверенной насмешки. Без желания произвести впечатление. Просто внимательно. — Ты странный сегодня, — сказала она тихо. — А ты нет? — Я всегда одинаковая. — Нет, — он покачал головой. — Сегодня ты не убежала. Гермиона сглотнула. Это было правдой. И она не знала почему. Они снова пошли. Медленно. Коридор вывел их к большому окну. Снаружи метель усилилась. Кормак остановился. — Посмотри. Она подошла ближе. Снег кружился так густо, что казался почти сплошной стеной. — Красиво, — сказала она. — Ты говоришь это так, будто видишь впервые. — Иногда полезно смотреть на вещи заново. Он повернулся к ней. — Тогда посмотри на меня заново. Гермиона усмехнулась. — Это звучит как самая самовлюблённая фраза, которую я когда-либо слышала. — И всё же. Она вздохнула. Но посмотрела. Действительно посмотрела. Не как на раздражающего квиддичного фаната. Не как на человека, который слишком громко говорит. А как на кого-то другого. И это было неожиданно. — Ты… — она замолчала. — Что? — Ты не такой, как я думала. Он слегка приподнял бровь. — Это комплимент? — Не обольщайся, Маклагген — отрезала Грейнджер Но её голос стал мягче. Он сделал ещё один шаг. Теперь они стояли почти вплотную. — Тогда какой я? — спросил он. Гермиона чувствовала, как сердце начинает биться быстрее. Без всякой логики. — Ты… — она снова запнулась. — Упрямый. — Это я знаю. — Самоуверенный. — Очевидно. — И… — она вдохнула. — Не такой глупый. Он рассмеялся. — Вот это уже прогресс. Она улыбнулась. Сама не заметив. И в этот момент что-то изменилось. Тишина стала другой. Тяжелее. — Гермиона, — сказал он тихо. Её имя прозвучало иначе. Не как обычно. Она подняла взгляд. И тут же пожалела. Потому что расстояние между ними исчезло. Потому что он был слишком близко. Потому что уйти было уже сложнее, чем остаться. — Нам, наверное, стоит… — начала она. — Нет, — мягко перебил он. Она замерла. — Почему? — Потому что ты не хочешь уходить. Её дыхание сбилось. — Это не правда. — Тогда уйди. Она не двинулась. Секунда. Две. Он наклонился чуть ближе. — Видишь? Гермиона закрыла глаза на мгновение. Собираясь с мыслями. Но мысли не приходили. Только ощущение его присутствия. Тёплого, настойчивого. — Это ошибка, — прошептала она. — Возможно. — Тогда… — Тогда мы можем остановиться. Он не двигался. Ждал. И это было хуже всего. Потому что решение оставалось за ней. Гермиона открыла глаза. Посмотрела на него. И впервые не попыталась возразить. Она просто осталась. Кормак медленно поднял руку. Почти осторожно. Его пальцы коснулись её щеки. Лёгкое, почти невесомое прикосновение. Она вздрогнула. Но не отстранилась. — Скажи, если хочешь, чтобы я остановился, — тихо сказал он. Она молчала. Слишком долго. И это было ответом. Он наклонился ещё ближе.И в какой-то момент расстояние исчезло совсем. Их губы встретились. Сначала осторожно. Почти нерешительно. Как будто оба проверяли, не сон ли это. Но это не был сон. Гермиона почувствовала, как всё внутри переворачивается. Как будто мир сместился на полшага. Она должна была отстраниться. Должна была остановить это. Но вместо этого, она ответила. Поцелуй стал глубже. Увереннее. Кормак притянул её ближе. Она не сопротивлялась. Её пальцы сжали ткань его мантии. Снег за окном продолжал кружиться. Но теперь это не имело значения. Время словно остановилось. Когда они наконец отстранились, дыхание у обоих было сбито. Гермиона смотрела на него. Широко раскрытыми глазами. — Это… — она не смогла закончить. — Да, — сказал он. Она нервно усмехнулась. — Это ничего не значит. Он улыбнулся. Но не так, как раньше. — Конечно. — Я серьёзно. — Я тоже. Пауза. — Тогда почему ты улыбаешься? — спросила она. — Потому что ты остаёшься. Она посмотрела вниз. И снова не ушла. — Это было… неожиданно, — сказала она. — Для меня тоже. — Правда? — Не совсем, — признался он. Она толкнула его в плечо. — Вот видишь. Он засмеялся. И на секунду всё снова стало проще. Но только на секунду. Потому что они оба понимали — что-то изменилось. И назад уже не будет так, как раньше. — Нам правда стоит идти, — сказала Гермиона. — Да. Но они не двигались. — Сейчас, — добавила она. — Сейчас. Ещё пауза. Потом она всё-таки сделала шаг назад. И это было сложнее, чем должно было быть. — Спокойной ночи, Маклагген. — Спокойной ночи, Гермиона. Она развернулась и пошла прочь. На этот раз действительно. Но на полпути остановилась. Не оборачиваясь, сказала: — Это останется между нами. — Конечно. — Я серьёзно. — Я тоже. Она кивнула. Хотя он этого не видел. И ушла. Кормак остался у окна. Смотрел на снег. И улыбался. Потому что знал — это только начало.