Алмазный щит Юньмэна

Гора Муси возвышалась над заклинателями подобно гигантскому склепу. Здесь не пели птицы, а тяжёлый, влажный воздух казался застоявшимся, словно гора сама пыталась выдавить из себя всё живое. У подножия, среди серых камней, замерла пёстрая толпа учеников. Но даже здесь, в этом хаосе алых, белых и золотых одежд, Цзян Чэн и Вэй Ин держались неразлучно. Они стояли плечом к плечу — два острых клинка Юньмэна, лишённых своих ножен, но не своей сути. — Мне это не нравится, — в который раз прошептал Цзян Чэн, его пальцы нервно сжимались, словно он всё ещё надеялся нащупать рукоять Саньду. — Когда тебе вообще нравились Вэни? — Вэй Ин попытался усмехнуться, но его взгляд, острый и холодный, беспрестанно сканировал окрестности. — Помнишь, что говорил шисюн? «Враг опаснее всего, когда он скучает». А Вэнь Чао сейчас скучно до зуда в костях. Вэнь Чао лениво расхаживал перед строем, похлопывая кнутом по своему сапогу. Рядом с ним, в вызывающе ярких одеждах, стояла Ван Линцзяо, чьё лицо выражало смесь брезгливости и торжества. — В этой горе обитает древнее существо, — голос Вэнь Чао разнёсся над склоном. — Вы, великие таланты своих орденов, удостоились чести найти его для клана Вэнь. Идите вперёд. И не вздумайте разочаровать меня. Никто не посмел возразить. Без оружия, под прицелом сотен стрел «солнечных псов», у них не было выбора. Ученики начали медленный спуск в зев пещеры, который пах гнилью и многовековой тишиной. Внутри пещера оказалась колоссальной. В самом центре, под сводами, уходящими во тьму, раскинулось чёрное подземное озеро. Вода в нём была неподвижной, как зеркало, и такой же холодной. Прошёл час. Затем другой. Единственным звуком был стук капель и тяжёлое дыхание испуганных юношей. Вэнь Чао, стоявший на безопасном выступе, начал выходить из себя. — Если зверь не выходит на запах вашего страха... — он лениво махнул рукой в сторону озера, — значит, нам нужно что-то более действенное. Кровь. Свежая кровь. Ван Линцзяо медленно пошла вдоль ряда учеников, словно выбирая товар на рынке. Её взгляд, полный ядовитой зависти, остановился на Мянь Мянь. Красивая ученица Ланьлин Цзинь вздрогнула и отступила назад. — Она подойдёт, — пропела Линцзяо. — Подвесьте её над водой. — Нет. — голос Лань Ванцзи прозвучал как удар колокола. Он сделал шаг вперёд, его лицо было бледным, но решительным. — Это бессмысленно и жестоко, — добавил Цзинь Цзисюань, вставая рядом со Вторым Нефритом. Обстановка накалилась до предела. И тут вперёд выскочил Су Шэ. Стремясь заслужить одобрение Вэней, он попытался схватить Мянь Мянь. — Если это приказ молодого господина Вэня, его нужно исполнять! — выкрикнул он. Но Лань Ванцзи не дал ему договорить — одним резким движением он отбросил предателя прочь. В пещере вспыхнула яростная, хаотичная потасовка. Пока адепты Вэнь и ученики сцепились в рукопашной, Вэй Ин действовал молниеносно. Он не был связан правилами или гордостью — он был обучен Сюанем выживать. В один прыжок он оказался рядом с Вэнь Чао, выхватил его же меч из ножен и приставил лезвие к горлу трусливого наследника. — Ни шагу вперед! — рявкнул Вэй Ин. — Или его голова украсит это озеро! Он потащил скулящего Вэнь Чао на небольшой островок посреди бассейна, намереваясь использовать его как живой щит для отступления всех учеников. — А теперь поговорим... — начал было Вэй Усянь, но не закончил. Под его ногами «островок» внезапно дрогнул. Вода вокруг забурлила, извергая из глубины зловонный пар. Остров начал подниматься, становясь всё выше и выше. Это был не камень. Это был панцирь. Черепаха Губительница пробудилась. Началась неописуемая паника. Огромная голова монстра на длинной змеиной шее вырвалась из воды, оглашая пещеру рёвом, от которого закладывало уши. Адепты Вэнь, бросив своего господина, бросились к выходу. Ван Линцзяо, увидев, что всё идёт прахом, заметила Мянь Мянь, прижавшуюся к стене. В руках у женщины было раскалённое клеймо — инструмент для пыток с эмблемой солнца. — Если я не получу зверя, я изуродую тебя! — завизжала она, замахиваясь раскалённым металлом в лицо девушки. Вэй Ин увидел это боковым зрением. Время словно замедлилось. Он рванулся вперёд, оттолкнув Мянь Мянь, и принял удар на себя. Раздалось страшное шипение. Запах горелой ткани и плоти мгновенно заполнил воздух. Клеймо Цишаня впечаталось в грудь Вэй Усяня. Он не закричал — лишь глухо застонал, чувствуя, как огонь выжигает его кожу. Мянь Мянь, побледнев как полотно, подхватила его, позже в суматохе успев сунуть ему в руки мешочек с лечебными травами. Вэнь Чао, каким-то чудом добравшийся до своих, закричал: — Уходим! Завалите вход! Пусть сдохнут здесь все вместе с этой тварью! Огромные валуны с грохотом обрушились на выход, отрезая путь к спасению. В пещере воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым всплеском воды и хриплым дыханием раненого Вэй Ина. Они оказались заперты в пасти у смерти.