***
Голубые глаза резко распахнулись, лёгкие жгло. Мироходец подскочил на кровати, понимая руки, искру жгло, а на запястье висела печать, окольцовывая его голубым свечением. Прошлое. Ошибки, которые дают познать правила. Он будет танцевать под эту мелодию, ведь он — фигура, у которой, по словам сценаристов, никогда не было и не будет выбора. Он научился танцевать так, как того требует режиссёр, но у него есть коронный номер, на который скоро укажут прожектора, но тогда будет поздно. И зрители будут смотреть новый спектакль. Под командованием нового строителя судьб. Эта игра ещё не завершена. Она будет продолжаться, и он в ней лишь актёр, который будет исполнять тот танец, который будет продиктован правилами. Танцевать требуют красиво, не фальшивить, ведь каждая ошибка — заканчивалась исключительно не лучшим образом для танцора. Но кто сказал, что так будет всегда? Красивая кукла на ниточках — вот его судьба, в которой он утонет так и не достигнув света, ведь пока запястья окружает печать, его мнение не будет иметь веса.Разбить печать нельзя так просто, все гворят что невозможно, оковы с рук убрать, но вдруг, возможно, с силой данной совладать?
Актёр нашёл лазейку в танце, хоть думали что без изъянцев, та самая игра.
Фальшивый танец был исполнен, открыв всем взгляд на тёмное подполье былого сценариста каждого конца, чьи нити к куклам все увяли, давая волю новому началу.
Актёр скрывает своё лико, теперь он не танцор, он новый режиссёр, что создаёт и пишет изысканней концы.
И смотрит он спектакль старый, свод правил вновь висит суровый, герои всё страдают. Снова. Безвольно куклами вися.
— У каждого написана судьба, никто не выбрался с печати, но что будет тогда, когда штамп исказит свои узоры, сменяя старый мир на новый, давая корни новому герою, что думает сменить конец историй, играя свой спектакль в ветви новой?Оковы опадут с запястий, сменяя ими зону власти, давая новую свободу, в писании разветвленно́й судьбы.
[ 8зг#9 Смо|₽%ще71 3ыра*ает ин|е₽1$ ]