Народные методы захвата власти или тутор как создать секту

      Если взглянуть на толпу учащихся лицея, взгляд не зацепится за младшего Хитклифа. Он не носил яркую одежду, был худ, хоть сквозь одежду это и не было видно, был кроток и тих, и, словно растворялся в толпе. Безымянный, такой же, как и множество остальных чистокровных его возраста, загнанный в угол кролик, вынужденный вновь и вновь проживать день сурка: учёба, сон, учёба, сон и так до бесконечности.       В целом, чистокровные сами не понимали, что загоняют своих детей в ловушку. В ловушку ожиданий, возложенных на плечи ещё совсем маленьких детей. Ты должен быть самым лучшим. Самым сильным, самый умным, самым красивым. И главное — самым выгодным для твоих родителей. Если так подумать, тут стоит моральная дилемма — у одних людей нету возможности получить хорошее образование, другие из-за этого образования и тонут. И вот в такой ловушке был заточён Готье. Тяжело добежать до цели которая за грани твоих возможностей. Нельзя быть идеальным во всём. Да и понятия идеала у всех разное. Но смотря на некоторых чистокровных Готье был готов плакать от зависти — те были идеальны с его точки зрения. Красивы, умны, успешны, харизматичны, сильны.. Так хотелось не просто быть такими же как они, а быть ими.       Так вот, в толпе чистокровных лицеистов, радостно выходящих, а иногда и выбегающих из лицея лицеистов, Кевин не мог найти Готье. Впрочем пропажа искалась не долго — когда Кевин сосредоточенно глядел в окно, пытаясь высмотреть в толпе затерявшегося мальчика, Готье сел в машину и хлопнул дверью. Кевир аж подскочил на кресле от неожиданности. Умеет же молодой господин пугать... — Ох, вы меня испугали. — громко от испуга сказал Кевин. И пусть ему явно было неположено так говорить, но на эмоциях он всегда был неосторожным и эмоциональным. Не такого слуги хотели чистокровные, и не такого сообщника полукровки и низшие. — Извините, я не хотел вас испугать. — Готье виновато отвёл взгляд, и стал сверлить им свои ботинки. — Нам задали проект по искусству. Завезите для начала меня домой, пожалуйста, минут через тридцать поедем в музей. — Готье, видимо сильно уставший, произнёс это тихо, себе под нос, и устало вздохнул. Сначала Кевин просто кивнул и тронулся, но поняв, что чистокровный не увидел его кивка, ответил: — Конечно, господин.       Но ответа не последовало, лишь легкое шипение. Готье уже спал... Действительно переутомился.       Всю дорогу Готье просопел, головой опираясь на оконное стекло. И пусть Кевин особо того не рассматривал, он не мог не заметить бледность его лица и худобу. Ужас, до чего доводит учёба... Как хорошо что Кевин проучился только 9 классов.       В такой час пик, конечно же были пробки. Школьников забирали из лицеев или школ водители, впрочем и не мало было весёлых компаний, гуляющих по улицам, чей смех казалось, был слышен даже в запретных землях. Интересно, есть ли у Готье такие друзья? От других слуг Кевин мельком слышал что-то про Оливера и Оливию Брум и Леона Кагера, но это была явно не та тема, которая интересовала слуг: только Кевину была важна это тема. Маленький полукровка хочет знать всё о маленьком господине, и Кевин отроет всё что сможет. Ну, это громко сказано... В меру своих возможностей. Хотя скорее в меру своей стеснительности.       Кевин часто думал о том, правильно ли он делает? Следит за молодым господином, вынюхивает всё, что с ним связано, что происходит в доме, и докладывает это всё какому-то из ниоткуда взявшемуся полукровке при том ребёнку! Совесть его мучала, но на её завывания Кевир говорил сам себе "во всё виноват не я, это чистокровные и их гребаное эго.. Ну, то есть, устройство мира не оставляет ему другого выбора. Хочешь жить — умей вертеться. И вообще, надо за дорогой следить!"       В раздумиях дорога пролетела быстро, пришло время будить спящую принцессу. Но сколько Кевин не звал Готье, тот не просыпался. Было у водителей важное нерушимое правило — пассажиров трогать нельзя. Спасла Кевина случайность — Гедеон приехал раньше обычного, и только припарковавшись, уже шёл к машине, видимо увидев, что Готье и Кевин ещё не вышли из салона. Честно говоря, Кевин его побаивался. Да и как не бояться вечно серьёзного, холодного, и, как кажется, нарциссичного чистокровного, который готов пойти на любые меры, ради своей цели. Ещё страшнее было от его внезапных вспышек агрессии, во время которых он разбирал дом по камешкам. Сжигал картины, по переворачивал мебель, разбивал посуду, рвал шторы, в целом переворачивал дом вверх дном, хорошо что хоть людей не трогал...       Гедеон подошёл к машине, и так громко хлопнул дверью, открывая её, что наша спящая красавица проснулась. — Почему из машины не выходим? Спишь? Иди домой, поспи нормально, всему тебя учить надо. А ты, Кевин, мог бы и разбудить его. — Гедеон ушёл, не успев дажа дождаться реакции Готье и оправданий Кевина. Странный человек, ничего не скажешь. Хотя пугающий скорее. Тут Готье вскопошился: — Простите, я вас не слышал... Спасибо за поездку! — то ли от стыда, то ли от желания поскорее поспать, чистокровный буквально убежал в дом. Бедный ребёнок, загоняли его совсем..       Но Кевину сейчас было не до этого. Надо отчитаться маленькому полукровке о всем произошедшем, хотя, в принципе, важно только то, что маленький чистокровка скоро поедет в музей. Именно там маленький полукровка сможет его застать. Ужас, он, взрослый мужчина, работает на двух маленьких, несовершеннолетних детей.. Стыдно что ли... ***       Как же он устал... Готье рухнул на кровать. По хорошему надо бы встать, разобрать рюкзак, переодеться, поесть и пойти поскорее в музей.. Но сил совсем не было, а мягкая кровать и желанный сон манили всё сильнее и сильнее.       Если я прилягу минут на пятнадцать, ничего страшного же не будет? Всего пятнадцать минут перерыва, хотя бы пятнадцать минут в день можно отдохнуть, правда же? Хотя... Можно ли это записать как слабость..? Надо ли вписать эту слабость в список вещей, из-за которых он ненавидит себя? Слишком медлительный — сложно делать что-то быстро, слишком глупый — ведётся на всё. В голове пусто, мыслей нет, да даже сил на них нет... Слишком незаметный — словно растворялся в толпе, слишком слабовольный — не может даже сказать "нет", слишком слабым — сил не хватало даже на банально поесть, не то что на тренировки. Слишком тихий — со смерти мамы никогда не повышал голос, да и вообще избегал разговоров, говорил только когда его спрашивали и лишь очень редко удостаивал других людей разговором, и то небольшим.       Каким же безвольным стал Готье после её смерти... Стыдно даже... Ну хоть чуть-чуть отдохнуть же можно.? Две минутки и он встанет.. И на этой ноте Готье отрубился. ***       Кевин вжался в сиденье, и оно, как никогда раньше, казалось ему жёстким и неприятным. Раздражённый, но тихий, шипящий голос из трубки угрожал ему уже несколько минут. — Я жду вас уже три часа! Я помчался как только ты мне позвонил, но ты, тупой болван, не удосужился сказать мне, что он спит! Или вообще сказать мне это когда вы уже выехали! — человек по ту сторону экрана перевёл дух, вздохнул, и продолжил — Да ты хоть понимаешь, что за твои ошибки будет отвечать твоя семья? Тебе их не жалко? Тебе не важна их.... ммм, жизнь..? — Кевин испуганно вздохнул, а неизвестный злорадно рассмеялся и, успокоившись, продолжил — у тебя полчаса. Чтобы через полчаса Хитклиф стоял на пороге музея, ты меня понял? — Да-да.. — Отлично. — грубо бросил собеседник и завершил вызов.       Господи, за что Кевину такая жизнь! Хотя... Кевин жил намного лучше, чем остальные полукровки... И тут Кевину стало стыдно. Он возмущается, когда его собратья пашут ради выживания. Его проблемы ничто по сравнению с проблемами других полукровок. Правильно? Правильно. И вообще, надо заткнуться, сколько можно ныть!? *** — Господин Готье! Прошло уже два часа, Кевин вас ждёт вас! Вставайте! — звонкий голос Сильвии, явно недовольной и обеспокоенной молчанием спящего Готье, казалось был слышен в каждом уголке дома.       Пусть Сильвия и была прислугой, но спокойствие и терпение у людей не вечно. Сильвия была привязана к Готье: когда тот потерял мать, она чем-то заменяла ему её. Она совсем не походила на Грейс, но её забота, не всегда продиктованная рамками работы, хотя бы чуть-чуть, да согревала сердце Готье. — Сейчас выйду, не беспокойтесь. Услышав уходящие шаги и ворчливую фразу "А я уж думала что вы умерли.." от Сильвии, Готье только улыбнулся и начал собираться в музей. По сути Готье и нечего было собирать — только взять паспорт и блокнот с ручкой. Так он и сделал. И, забыв про свой неопрятный вид, буквально выбежал из дома, направляясь к машине.