Чужая гавань

​За окном кухни густели сумерки, превращая знакомый двор в скопление теней. В квартире стояла хрупкая тишина, которая наступает только тогда, когда малыш наконец засыпает. Мегуми пригрелся в своей кроватке, обняв игрушку, а ты сидела за столом, глядя на остывшую чашку чая. ​Входная дверь открылась без стука — тихо, почти бесшумно. Ты не вздрогнула. Сердце привычно пропустило удар, а затем забилось в тяжелом, ровном ритме. ​Тодзи заполнил собой дверной проем, принося с улицы запах холодного дождя, дешевого табака и чего-то еще — резкого. Его плечи были опущены . ​Он не взглянул на тебя. Сбросил тяжелые ботинки, прошел к раковине и открыл ледяную воду. Ты молча поднялась, подошла сзади и положила ладонь на его лопатку. Мышцы под твоими пальцами были твердыми, как камень, и натянутыми, словно струны. ​— Опять скачки? — твой голос прозвучал мягко, без тени упрека, к которому он, возможно, привык от других. ​Тодзи усмехнулся, не оборачиваясь. Это была горькая усмешка человека, который давно похоронил в себе что-то важное вместе с женщиной, чье имя до сих пор негласно висело в воздухе этой квартиры. ​— Мимо, — коротко бросил он. — Просто длинная ночь. ​Он выключил воду и наконец повернулся. Его глаза, глубокие и пустые, на мгновение зацепились за твое лицо. В этом взгляде не было нежности — только усталость человека который вернулся в единственное место, где его не пытаются убить. Ты видела в его чертах небрежную жестокость, что пугала окружающих, но за годы ожидания научилась различать за ней нечто иное. Глухую, невысказанную потребность в ком-то, кто не задает вопросов. ​Ты взяла чистое полотенце и протянула ему. Твои пальцы на мгновение коснулись его ладони — широкой, мозолистой, со шрамами, которые ты знала наперечет. ​— Мегу скучал — тихо сказала ты, отступая на шаг, давая ему пространство. — спрашивал, когда ты придешь. ​Тодзи замер, полотенце замерло в его руках. Упоминание сына всегда заставляло его тень дрогнуть. Он бросил полотенце на стол и сделал шаг к тебе, сокращая дистанцию так резко, что ты почувствовала жар, исходящий от его тела. ​— А ты? — его голос стал ниже, в нем проскользнула опасная, хриплая нотка. — Ты тоже скучала? ​Он не ждал ответа. Он знал, что ты здесь. Вчера, сегодня и через неделю, когда он снова исчезнет, оставив на тумбочке пачку смятых купюр и пустоту в постели. Ты любила его так долго, что эта любовь стала частью твоего дыхания — незаметной, но необходимой. ​Тодзи протянул руку и коснулся твоей щеки. Его пальцы были холодными, но жест был почти осторожным, словно он боялся сломать ту иллюзию нормальной жизни, которую ты так старательно выстраивала вокруг него. ​— Иди спать, — выдохнул он тебе в волосы. — Я побуду с ним немного