Я люблю тебя, Аякс

Сегодня у них свидание. Ах, до чего много времени прошло с этого знакомства. Рыжик, весь играючи в лучах яркого солнца, узнал Странника, даже когда тот не был собой. Когда он продолжал быть не человеком. Но время шло, столько историй и столько событий. Ради такого даже Скара решил утруждаться на денёк. Букет обтянутый красной тканевой лентой, Странник уверено держал в руках, вспоминая о былых днях. Битва с доктором. Чайлд едва ли не теснился с ним лишь бы его не ранили, всем своим телом отдался защите возлюбленного. Конечно, трудно было избавиться от этого паразита, но нет ничего невозможного. И в конце концов, и эти трудности они прошли вместе. Улыбка тронула лицо темноволосого. Аякс вот-вот увидит его, в новом одеянии, которое точно ему понравится. Красная накидка Чайлда, по верх черной водолазки без рукавов которую тот носил обычно, выглядела словно на него. Сегодня день благоволил ему. Но не только цветы должны быть попасть в руки рыжему. Письмо медленно вкладывалось в конверт и закрывалось печатью. Хоть и слова висели в голове. "Дорогой, я люблю тебя, на всё века. Ты только никогда не держи обид, на своего злого Странника. Уж, люби таким какой есть. Мы долго вместе, и я подумал, что могу снизойти чтобы поздравить тебя первым. Прошу заметить не в первый раз. Но пусть этот день тоже станет для тебя особенным, придурок. И твой ужасный парфюм испортил все вещи в шкафу. Теперь даже эта дурацкая накидка пахнет как табор цыган. Но.. раз уж я сегодня добрый, я прощаю тебя. Целую, твой самый лучший возлюбленный." Но стоило выйти вдоль дороги как.. Дотторе. Собственной персоной. Да к черту. Сколько можно? В этот раз хотелось отобрать у самого себя право мести но тут..Дотторе. Собственной персоной. Странник вышел из дома, понимая что не в силах изменить ничего, особенно свою любовь к этому рыжему идиоту. Как раз время наведаться на встречу. Дотторе. Собственной персоной. И наконец-то, он вышел к узкой дорожке. Она вела в чудесное и тихое место. Где уже ничего не побеспокоит их с Чайлдом души. Камень, теплый он солнца, принял цветы и письмо. Могила была резной, под стать броскости хозяина. "... Я всё ещё не человек, ведь я не смог умереть с тобой тогда. Но... Имею ли я право винить того, кто оставил тебе рану? Сильно ли сократило это твою жизнь?.."—Пронеслось в голове Странника, но сказал он только несколько слов. —Люблю тебя, Аякс. Но каково было вмешательство Дотторе в Тейват? Как скоро бездна поглотит планету на грани гибели.. Или же? Обычный день, такой же как и все, жил Странник лишь воспоминаниями. —Чайлд.. где ты? Ты обещал вернуться. Каждый день начинался этими словами. Словно бесконечно повторялся из раза в раз. Но время шло, и как-то не было дело до жизни других Скаре. Ходил себе на могилку, да жил. Только вот, глупо было ожидать, что даже свергнутый безумец не найдет способ вернуться. И с этим надо что-то делать. Много знакомых лиц. Флинс, омраченный могильной землёй, как знал Странник, встал с захоронения магистра лишь сейчас, чтобы оказаться здесь. Колумбина. Поникшая отрешённая, жутко одинокая. Руки и ноги её худые, голова лежит на бок и не двигается. Лишь конечности вздрагивают ожидая боя. Где-то, масса желающих готовы были поддержать эту бойню. Только вот Скара видя опечаленную компанию, словно выйдя из транса, прошёлся первым ударом за свою спину. И наконец понял. Доктор использовал тела раненых им, как средство к жизни и всё это виднелось прямо в разломе между небесной голубизной. Колумбина, разминая позвонки, мертвецом упала и с ней упали звёзды градом, тут же она словно гепард быстро, но жутко для человека переместилась вперед делая кувырок, отметнула Дотторе, только протянув почти песенно: "Заберу... Па-а-ару экспериментов." Но, её обогнал Странник. Хватая среди мерзкой обстановки, за шкирку, все такого же, только бессильного Чайлда. —Идиот. Идиот!!! Но их утаскивает другой мужчина, на одну руку схватив белобрысого больше себя самого, а в другую - эту влюбленную пару. А даже небо схлопнулось. Земля загрохотала а Колумбина вписалась зубами в шею Доктора, разрывая мясо, докапываясь до истинной сущности, пока рядом, так же бессильно но заботливо уложено лежала Сандроне. Хлынувшей кровь украсила белые одеяния, но Колумбина нашла это мерзким. Подальше от зрелища, удалились двое, со своими бессильными защитниками.