Разум начал проясняться, голова трещала как песок под палящим солнцем, мышцы ныли. Он проснулся прикованым к кровати. Хол Хорс медленно открыл глаза и издал стон.
Кто-то сидел рядом с ним и наблюдал. Холодные голубые глаза смотрели на его небритое лицо с странным оттенком фиолетового. Хол вскрикнул, попытался отползти, но наручники только натирали запястье. Остатки снотворного действовали и скользили по его венам оставляя его слабым и беспомощным. Мужчина сидящий рядом не двигался, лишь двигал голубыми зрачками, которые светились в темноте. - Ты.. Что ты.. Ты кто?! - Шелест пересохших губ перешёл на хриплый крик рвавший горло. — Разве это важно, дорогой? — бледные губы фигуры стоящей над ним наконец-то пошевелились, голос был мягким, без злобы, но с дикой одержимостью. Хол Хорс сглотнул освежив пересохшое горло и нервно начал покусывать губы. Что происходит? Разве он не настрадался? Сколько это еще будет длиться? Он не знал, но знал одно - это не сон, если он заснет проснется там же. Эта скотина не отпустит его просто так, она будет рядом, всегда, всегда. Когда он будет спать, когда есть, когда ходить в туалет.Он будет рядом.
Его жизнь не будет прежней, все что было ДО этого лишь цветочки. Хол снова начал дергаться натирая ссадины на запястьях. — Отпусти меня мудила! Слышишь?! Кто ты такой?! — крики ударялись о холодные стены и больно ударяли в уши обратно. Он поморщился когда этот человек начал расстегивать наручники, он хотел ударить, правда хотел. Но не смог. Что-то в этих глазах, ясных, голубых, показалось ему знакомым и в тоже время совсем новым. Любящим. Он не сопротивлялся пока его вели по коридорам, не сопротивлялся пока его раздевали, не сопротивлялся пока его мыли и обрабатывали раны.Он не хотел. Ему было приятно.
Быть нужным хоть кем-то превратило его в манекен, его снова отвели туда же, снова защелкнули наручники на запястья и оставили в темноте. Но не смотря на тьму его преследовал странный запах. Сладковатый. Гнилой.