Пепел прошлого - фундамент будущего

Очередная новость взбудоражила полностью весь школьный коллектив, включая самих учеников и их родителей. Да и мне казался странным и чуждым такой выбор, но отнюдь он не зависел от такой маловажной персоны, как я. — с чего это всё вообще началось? — ох, Анастасия, да эти школьники сняли видео и залили его в соцсети, оттуда все эти комиссии и приехали, а-ля, посмотрим-ка, что у вас тут с потолками и какая разруха произошла Мы некоторое время сидели молча. Ветер обдувал мою спину, а страшная мысль о том, что это может быть конец всему в этом заведении тихонько подкрадывалась. Я понимала, что обрущение потолка — очень серьёзная тема, но после большого количества времени, проведённого в этом коллективе, не хотелось уходить отсюда. — что-то мне нехорошо стало… Голова кружится… — не дождавшись её ответа Я вышла прочь из кабинета и села на ближайшую лавочку. Всё плыло, неимоверно сильно, что в секунду показалось, что я просто провалюсь в какую-то бездну, откуда либо впоследствии не выберусь из-за давящей атмосферы и липкости, либо попросту не найду выхода из бесконечных притоков тёмной и холодной мглы. Я повернула голову и попыталась посмотреть на свой кабинет — слишком спокойное место, моё излюбленное в данном заведении и действительно родное… Моя подсобка, учительский кабинет и общая расстановка. Больно, больно, если я всё это так резко потеряю. Взяв волю в кулак, я медленно встала и, шатаясь и ловя себя на мысли, что нахожусь на краю меж двух яростных огней (мглы и простого падения), поплелась до подсобки. Раз и открыла дверь, пулей свалилась на пол и в шкафчике достала таблетки. Я знала, дело в давлении, ибо это был уже не первый раз. — Дорогая, ну чего ж это ты — я услышала знакомый голос, до хруста в рёбрах родной и почему-то ныне давящий — вставай, нам нельзя сейчас слечь Она помогла мне сесть на стул и принесла воды. — ты всё по поводу этой новости паникуешь? — хоть всё плыло, но в её глазах я увидела беспокойство. За меня переживают, как это мило. Я взяла её за руку, сжала и коснулась второй рукой до виска. — мм. Тамрик… — тихо прошептала я, а затем почувствовала, как стало немного страшно — я боюсь, что это конец, что нас отсюда выпрут и я больше… Мы разойдёмся — так вот оно что..) — она мягко улыбнулась и подвинулась ближе, затем приобняла меня — я могу уточнить сходить, что будет с нами и нашими кабинетами — они ведь сегодня ходили и смотрели, что в моём кабинете. Им явно не понравилось состояние школы и в целом кабинетов… Неужто это действительно конец? Я предполагала, что моё мнение верно, ведь такие трещины в стенах, обвал этого проклятого потолка, неисправность многих вещей в кабинетах, включая даже эти деревянные двери - буквально всё кричит о том, что школу нужно закрывать на ремонт, либо сразу же сносить. — ччч, я скоро буду — она встала и ушла, пока я старалась допить лекарство. Видимо я слишком слаба, раз уронила стакан и начала погружаться в сон, хотя сознание всячески твердило, что этого делать не стоит. ** Моментами мне кажется, что жизнь проходит невероятно быстро. Вот казалось бы я только молодая девушка, неосознанно приступаю к выбору профессии. Кем я стану, что дальше убудет — для меня так и остаётся загадкой, да и мысли недалеко заходят. Раз выбор, два я вижу мужчину всей своей жизни. Кажется, я действительно счастлива, я та и на том месте, где всегда желала находиться и просто быть. Вот и ребёнок появился, практически полностью копия меня. Разве уже это не может не удивлять? Словно все цели в моей жизни сразу были выполнены, счастье скапливалось на будущее, планы последние построены и умиротворение продливалось. Но вскоре оказалось, что мой прайм закончился. Каждый год цифра лишь стала возрастать, вторая рука, а вроде бы и отдельная уже личность, начала отдаляться от меня, а мужчина всей моей жизни стал иным человеком. — а может к чёрту всё?! Мысли вырисовывали предстоящий хаос и только тело начинало расслабляться, как я жалостно хватала книгу и начинала, заставляла всячески себя повышать уровень своих знаний. Вроде все эти знакомые формулы, словечки, подобные произношения, но я вновь и вновь читала их, сопостовляла и следила за тем, чтобы звучало это всё максимально грамотно. Я стояла и разговаривала сама с собой, чтобы улучшить свою дикцию и максимально убрать слова-паразиты. Но нет. В будущем оказалось всё немного лучше. Как только я ушла от мужа и устроилась на новую работу, коллектив встретил радушно: хорошие коллеги, неплохие наставники и близкие люди. Я зажила свободной жизнью, начала забывать о прошлом и просто наслаждалась жизнью, прокачивая свою личность во всех аспектах и украшая её же всячески. Мир стал цветным, ребёнок и сам начал тянуться ко мне, потому что я стала мамой не жалкой, а любящей себя и уважающей - к таким почему-то люди сразу начинают цепляться больше, чем к тем, кто с доброй душой и распростёртыми руками. Я менялась внешне невероятно - то каре, то цвет другой был, то вот сейчас решила подсесть на чёлку и это сочеталась всё так гармонично... голос, строгий вид, чемоданчик ( над которым потом же ученики и придумали множество легенд, но да ладно) - а я уже словно изменила всё в своей жизни до неузнаваемости А что в последнее время… Ох… ** Перенося последние вещи в кабинет Тамары Валентиновны, Я мельком и крайний раз заглянула в свою подсобку и меня частично настиг триггер. Помню этот момент, как я уронила кружку, упала на пол и сама немного пострадала, помню, как потом Тамара рассказывала о том, как старалась привести меня в чувства, как звали медсестру и помогали мне. Я всё несла бред и говорила о том, что как-то скучаю о прошлом, где всё было спокойно и хорошо. Ох, что же за дискуссии. Они говорили о том, что волновались, уже думали вызывать скорую помощь и везти меня в больницу, но резко всё стало приходить на свои места. Закрыла кабинет, позволила людям каких-то высших должностей перекрыть оба моих кабинета и опечатать их до 31 года. Стало немного больно, но я уже успела отпустить. Главное, нас не выгнали из школы, главное, что будут ремонтировать часть, а не раскидают по другим школам. Уже хорошо. Я перебежала в другой кабинет, открыла дверь и увидела Тамару в приподнятом настроении. Она стояла напротив окна и глядела куда-то вдаль. Вновь дул весенний ветерок и всячески старался шатать жалюзи. А эти растения в горшках, как мне показалось, живут в такие моменты лучше всех: солнце либо несильно светит, либо его нет, ветер очень освежает в хорошем плане, никто ничего не заставляет делать, да ещё и вид красивый. Питайся, выполняй то, что хочешь и наслаждайся в общем. Я подошла сзади и приобняла Мару, целуя нежно в мочку уха, водя вровень руками по телу — помнится ли вам, как ваша девушка приходила знакомиться? — я продолжала целовать, спускаясь ниже к шее. Меня так манила её изящная и мягкая кожа. — конечно — прошептала томно она и взяла одну из моих рук, которая начала блуждать слишком низко — ты пришла ко мне с горшком в руках, там были малюсенькие росточки. Вся красная и ещё такая молоденькая, ууу — верный ответ — я немного укусила кожу и вслед сладко поцеловала место, словно заново исцеляю — а помнишь, как ты грустила, когда этот же цветок уронил сильный потом ветра и вечно открывающееся окно? Как горшок раскололся и вся земля упала на пол? — помню… Дети это всё видели и никто ничего не сказал… — она тихо простонала от очередного укуса — потом вместе с тобой собирали всё обратно, благо, был запасной горшок от Светланки — я усмехнулась и развернула её к себе, гляда в глаза, в которых уже давно виднелись желание и огонь — а ты помнишь, как единственная пришла утешать меня, когда умер мой муж? — вдруг спонтанно спросила она и я поняла, что эта игра начинается слишком нетрадиционно — как ты тогда помогала мне и вытаскивала из этого состояния — она положила руки на мои плечи и сильно сжала, ибо я опустила голову из-за воспоминаний — а потом первая же и призналась, словно это событие дало тебе зелёный сигнал Заместо ответа я жадно впилась в её губы, максимально впечатывая её ближе к стене и подоконнику, потому что не люблю, когда наши тела находятся где-то посередине, откуда легче упасть. Я слишком резко и жадно углубляла поцелуй, словно была каким-то хищником или желала чего-то намного большего. Она же повиновалась и лишь крепче прижимала меня к себе, словно боялась, что я так быстро и легко сбегу. Ну уж нет. Вдруг я услышала шаги, слишком тяжёлые и напористые. Я также резко разорвала поцелуй, поддерживая зрительный контакт с ней. Ох, она такая очаровательная, когда смущается и краснеет. Инстинкт взметнул до предела и я быстренько дошла до другого стола, где уже покорно работал ноутбук и проектор. — ну что ж, Тамара Валентиновна, наши ученики хорошо ли усвоили последнюю тему по пищеварению? — начала было говорить я, как увидела, что этот человек зашёл в кабинет — Добрый день, Михаил Александрович — сказала я и улыбнулась — ну что, рабочий день окончен?) — наконец-то да. Слишком много сегодня шумели с этими автоматами, кажется, их скоро сломают из-за такого небрежного отношения — да, они в последнее время озверели. Проходила за вещами и слышала, как тут у Тамары Валентиновны кричали очень громко и матерились при ней. Хотелось в эту же секунду вызвать законных представителей и поставить на учёт — совсем уже обнаглели, родители видимо дома вообще воспитательные беседы не проводят. — он поник головой, но вскоре поднял её и прошёл дальше к подсобке. Начал чем-то шуметь, да и вообще полностью собирать вещи, по-видимому — не очень хорошо усвоили, всё заходят вперёд и смотрят на размножение, начиная вслух читать и смеяться, словно это что-то нечеловеческое — я лишь усмехнулась — у вас сейчас окно? — да, а у вас? — она опустила глаза и тоже улыбнулась. Мне понравилась эта реакция — сегодня много замен и поэтому да. До свидания — до завтра, девушки — ответил он и отдал нам ключ. Вскоре его тяжёлые шаги начали удаляться, а я за это время выключила электронику, покрутила в руках ключи и слишком яро улыбнулась — и что же они говорили за размножение? — я быстренько закрыла кабинет, положила ключ на стол и убрала телефон туда же. Не хотелось, чтобы они выпали, а то своим карманам уж я точно не доверяю — мерзко, когда будет практика, некоторые возмущались, почему за девушек говорится больше… — но не успела она договрить, как я подошла вплотную и положила палец к её мягким губам. Меня очень удивила пульсация, которую я ощутила — а у нас практика будет?) — она кивнула и мой чёртик явно нашёл место для излишнего веселья Я вновь начала жадно расцеловывать её шею, вровень поднимая её и укладывая на первую парту, а она лишь тихонько постанывала и давала понять, что её желание никуда не ушло, оно таилось внутри и словно удваивалось. Начиная медленно расстёгивать её рубашку, я глядела точно в глаза и следила за её реакцией, ну уж дюже сильно она мне нравилась. Наклонившись к ней, я сладко поцеловала её подбородок, опускаясь медленно ниже — как думаешь, как наш шип называют дети?) — вопросила я, ставя первый засос — нас кто-то сводит вместе?! — воскликнула она, но я быстро заткнула её поцелуем, ибо панику и шум лишние лучше не поднимать — чч, вдруг кто-то в рекреации сейчас находится и услышит нас, милая — отозвалась я и усмехнулась — да, нас сводят и я слышала об этом, только не понимаю, почему… — и как же нас называют? — вопросила она, закусывая нижнюю губу и отводя голову назад — штрифуфики, насколько помню Я аккуратно привстала и расстегнула её лифчик, который аккуратно обрамлял и подтягивал её мягкую и относительно небольшую грудь. Она слишком прекрасна, поэтому в эту же секунду мне захотелось её сжать, потрогать и просто полюбоваться, а ещё от мысли, что это моё, тело пульсировать начинало ещё сильнее. Я вновь аккуратно нагнулась и принялась целовать и мять её грудь, аккуратно языком вырисовывать узор ореола, а также аккуратно кусать и тянуть его к себе. Взамен я слышала более точные выдохи и стоны, стоны, стоны, сладкие и такие прекрасные. Они заполнили весь кабинет, из-за чего цветы расцвели сильнее кажется. Я принялась спускаться ниже, расстегивая штаны и снимая нижнее белье. Оно было мокрым, что подтверждает, что она ужасно возбуждена и уже достаточное время. Я аккуратно подвинула стул, присела на него одним коленом, раздвинула ножки прекрасной девушки и приникла к самому изысканному. Сначала хотелось распробовать её, что я и сделала: начала проходить язычком по её складкам, аккуратно, но в то же врем я настойчиво шла, оставляя дорожку, а её тело полностью начало дрожать, поэтому я схватила её ножки и положила их на свои плечи. В следующий момент начала целовать внутренние стороны бёдер, как бы успокаивая тело и в то же время дразня Мару. Немного привстав, я посмотрела в её глаза, заодно заметила то, что она сменила своё положение, а именно упёрлась локтями и периодически начала откидывать голову назад. Я аккуратно спустила её ноги, взяла её за макушку и притянула себе, жадно вновь затягивая в поцелуй Затем вновь опустилась и принялась играться с её клитором, набирая какой-то определённый ритм, подстраиваясь под её резкое дыхание и пульсацию, которая исходила абсолютно отовсюду. Она неистово дрожала, изгибалась телом и поскуливала, прося о большем, прося о грубости и нахальности — Насть… Прошу… Я последний раз прошлась язычком и вновь поднялась к ней. Она была очень красной. Я поднесла к ней пальцы и она, словно послушная девушка, облизала их. Милая вновь была затянута в поцелуй, а мой шаловливый пальчик спустился к её нежному месту и начал массировать клитор, который как будто бы там уже крайне удивился с ситуации. Я давила, водила в стороны, а эта сладкая женщина изгибалась спиной, стонала мне в губы, а я лишь продолжала изводить её. — как думаешь, почему нас называют так?) — вопросила я, кусая её в шею, а затем почувствовала её руку на своей и ту силу, с которой она мой палец пыталась вставить в себя. Я очень удивилась её напорству, но дразнить не стала, покорно вошла в неё. — ах… Я не знаю, насть… мхх... Я ввела палец до упора, начала аккуратно водить им, чтобы она привыкла и ей не было больно. Но как оказалось ( это было понятное по её мелкой дрожи уже и взгляду) ей не хватало — тебя называют смурфиком, а меня штрих-кодом..) Добавила второй палец немного резче. Она не переставала стонать, текла, как последняя сучка, извивалась уже не только телом, но и как будто бы перемещала меня, а я лишь самодовольно ухмылялась. Добавив немного третий палец, но не вводя его до конца, я заметила ужасно ярую реакцию, из-за чего пульсация, казалось, вышла за пределы. Как же мне нравилось изводить свою девочку. Она очень томно начала стонать, и двигаться моим пальцам навстречу. Тамрик была тёплой, немного тугой, сладкой и горячей. Мне очень нравилось это сочетание. Напоследок я опустилась и начала расцеловывать места рядом с тем, где работали пальцы, а именно бёдра, их внутренние части и животик, мой любимый. Затем сделала ещё пару сильных толчков и она кончила с очень громким стоном. В моменте эта леди просто размякла и полностью потеряла силы. На это было очень мило смотреть, потому что мне это показалось очень доверительным знаком. — можешь обнять меня..? — попросила она, пока я облизывала пальцы и собирала её вещи. Сейчас она мне напоминала ребёнка, который видел во мне безопасность или сильную привязанность с любовью. Моё внутреннее состояние сразу начало кричать - защити её, ей нужно тепло и ласка, а вдруг ей страшно? Обними, давай. Я нисколько ему не сопротивлялась, даже скажу больше - полностью поддерживала, поэтому уже взяла в руки её одежду. Далее подошла к окну и закрыла его, чтобы эта дама с голой задницей не простудилась. На её просьбу в ответ не спорила, не шутила, лишь убрала стул, посадила её на него и села рядом, мягко обвив её тельце не только ногами, но и руками. Она прижалась всем телом ко мне. — у меня такие плохие уши, раз смурфик?.. - немного виновато и скромно вопросила она, прижимаясь намного крепче — они у тебя ужасно прекрасные, а если им они такими кажутся… Значит ещё жизни не повидали и не ценители настоящего искусства Я бережно положила её голову на своё плечо, аккуратно облизала, а затем и поцеловала мочку её уха вровень с тем, как вслушивалась в сбитое дыхание. Почему оно настолько прекрасное? — а штрих-код потому что у меня чёлка — я немного посмеялась и начала водить руками по её спине, как бы массажируя. Она немного тоже усмехнулась, а зачем нащупала мою голову и немного взъерошила эти волосы. Затем приподнялась и вновь затянула меня в поцелуй, более нежный и аккуратный, словно не хотела уже это зверства, а лишь доказательства, что она спокойная. Вслед она поставила засос и взяла меня за щёчку, начиная немного тискать. Я улыбнулась, успокаиваясь и отходя от предыдущего наслаждения. Мысли мои дошли до того, что я всё-таки счастлива в этой обстановке и казалось только недавно боялась за расход во всех планах, как сейчас увидела новый свет… Ведь не зря рискнула? — Мар, как думаешь, не зря ли я сожгла мосты и нахожусь здесь? — а сознание снова начало рассеиваться, ибо моё давление не дремлет, периодически даёт полностью прочувствовать его важность.