День рождения Натальи

Сегодня день рождения Натальи. Застолье будет. Мама, муж и сын Слова любви, наверное, сказали. Меня никто из них не пригласил. ... Второго сентября я к ней подсела: – Привет. – Привет. – Тринадцатая «Ша»? – Да. Я Наташа. – Я Галина. – Мило. – Где остальные наши?.. – Будут щас. С капустой, мясом пирожки жевали, Всё отмечая тех, кто не пришёл: Там заболели, на пол-пары опоздали, Там – прогуляли. Мы вели журнал. Словарь один лежал посередине. Искали мы английские слова И наспех, как могли, переводили. It's need for brain, как для печи – дрова. Какое небо было голубое! Не нюхали мы пороха тогда. От лета бабьего мы наслаждались зноем. Ветра. Дожди. Кусала нас зима. Я встряла в отношения плохие, Потом людей хороших обрела. С Натальей не были тогда ещё чужими. Она – дружила. Я – не умерла. Смеялись над морской гигантской свинкой. А оказалась – капибара. Вот так да! Мы шли одной тропой, одной тропинкой. На речке были мы вдвоём всегда. О том, что на Безлюдовке однажды Скупаться я решила в неглиже, Знал «фотик» только маленький Наташин, Спустя года вот знаете и вы)) Я ксерила всегда материалы, Бумаги пачки, красок не тая. Был принтер – помощь я не «зажимала». Друг другу помогать должны друзья. Прошло четыре года нашей дружбы. Потом мы окунулись в интернет, Ещё общаясь часто, и не в службу, А чтоб делить друг с другом целый свет! Мы тихо разошлись, когда однажды Мой слух пронзил зимой престранный гром. Когда спешил рассвет к пятиэтажке, Я слушала, как мой дрожит балкон. Явления Христа бывают в мире, Природные явления грядут. А как зовётся гром в зимней квартире? Названье дам – стихи тотчас снесут. Наташа сына прятала от грома Чуть ниже, чем на первом этаже. Он плакал в свете молний незнакомых, Не понимая, что теперь в его душе. В краю берёз с Наташей не рассталась, Из Белгорода я писала ей, Хоть не подругой – монстром я казалась. Всё кончилось. Не сможем быть родней. Она писала, что в глубоком шоке!.. Подкалывала, как же хорошо, Когда я в личной жизни одинока, Что у меня детей нет, хорошо. «Голодного не понимает сытый», «Как тебе в Рашке?» – новый был укор. Осталась дружба на замок закрытой. Наташа – мой не враг, не фейк, не тролль, Но доступ к ней навеки ограничен. Не вытащена буду из ч.с. Порою дерзко думаю: «Отлично!», Порой хочу я прошлое сберечь. Слепа, глуха, я раньше не сказала, Как молний я боюсь и гадок гром, И лишь отъезд свой свято защищала И, как свой первый, так второй свой дом. Я не сказала, что второй любовью Не перечёркиваю первую свою, Что я с утра не умываюсь кровью. Роса на солнце, я тебя люблю! Смешались стыд, вина невиноватой, Года былые, новой жизни нить. И если в этом быть за что-то радой, И в марте день один не позабыть, То это день рождения Наташи, Её весна, почти цветущий март. Пусть в реку дружбы не войти нам дважды, Общению никто не будет рад, Я неба светлого над головой желаю, Без грома, молний, но чуть-чуть – с дождём, Который возвращается к нам чаем, И кофе, в ванной – пенною водой. Цветов, улыбок, счастья и здоровья. Ради всего. Всему же вопреки. Между друзьями и любимыми раздора Не будет, хоть хотят того враги.