Ты по масти - урод : Возмездие

Верона. Дворец Короля Червей. Феликс сидел в подвале дворца, привалившись спиной к холодной стене. Перед ним на столе лежала карта с отметками, которые он никому не показывал. Это были тайные тропы, по которым он переправлял людей из зоны боевых действий. В том числе и тех, кто служил Пику. — Ты здесь, — раздался голос Ромео. Феликс вздрогнул и попытался прикрыть карту, но Ромео был быстрее. Он подошел, скользнул взглядом по отметкам и побледнел. — Что это? — спросил он тихо. — Гуманитарные коридоры, — ответил Феликс, поднимаясь. — Я вывожу мирных жителей. — И не только мирных, — Ромео ткнул пальцем в одну из отметок. — Здесь был лагерь пиковых солдат. Ты их тоже выводил. Феликс молчал. — Ты выводил вражеских солдат, — голос Ромео дрогнул. — Пока мы с ними воевали, ты помогал им спастись. — Среди них были дети, — сказал Феликс глухо. — Женщины. Те, кто не хотел воевать. Их заставили. — И ты поверил? — Я видел их глаза, Ромео. Они такие же, как мы. Просто оказались не на той стороне. Ромео засмеялся, но смех был нервным, истерическим. — Ты, блядь, серьезно? Ты, который требовал от меня крови и мести, сам тайком спасаешь наших убийц? — Я не спасаю убийц, — Феликс повысил голос. — Я спасаю тех, кого втянули в это дерьмо против воли. И если ты не видишь разницы... — Разница в том, — Ромео шагнул к нему, — что ты мне врал. Все эти месяцы ты врал. Когда я спрашивал, куда ты ходишь, когда я волновался, что тебя убьют... ты смотрел мне в глаза и врал. — Я защищал людей! — Ты защищал тех, кто убивал наших! — Ромео ударил кулаком по столу, карта слетела на пол. — Моя семья, Феликс! Мои кузены погибли в той резне в деревне! А ты... ты вывозил их палачей в безопасное место! — Это не они, — прошептал Феликс. — Это Вару. Это Пик. А эти люди... — Эти люди носили ту же форму, что и убийцы моей семьи! — заорал Ромео. — Они присягали тому же королю, который отдал приказ вырезать детей! Феликс смотрел на него, и в его глазах была боль. — Ты не понимаешь, — сказал он. — Если мы начнем мстить всем, кто носил форму Пика, мы ничем не будем отличаться от них. — А я и не хочу отличаться! — выкрикнул Ромео и тут же замер, испугавшись собственных слов. В подвале повисла тишина. Слышно было только их дыхание. — Ты этого хочешь? — спросил Феликс. — Стать таким же, как он? Ромео опустил голову. Его плечи тряслись. — Я хочу, чтобы это закончилось, — прошептал он. — Я хочу, чтобы боль прошла. Я хочу, чтобы ты перестал мне врать. Феликс подошел и осторожно обнял его. — Прости, — сказал он. — Я не должен был скрывать. Просто... я боялся, что ты не поймешь. — Я и не понял, — Ромео поднял на него мокрые глаза. — Но я хочу понять. Просто... дай мне время. — Времени нет, — Феликс покачал головой. — Пик скоро нападет. Я чувствую. — Тогда, — Ромео взял его за руку, — мы будем сражаться вместе. И, может быть, после этого я смогу простить тебя. И себя. Они стояли в полутьме подвала, и оба знали: впереди самое страшное. Но сейчас, в этот момент, они были вместе.