Мой любимый – сталкер

Запах корицы и свежесваренного кофе густым облаком обволакивал посетителей маленькой, уютной кофейни . В это время здесь собирались в основном студенты, спешащие подкрепиться перед занятиями, и немногочисленные офисные работники, ищущие глоток бодрости перед началом рабочего дня. Но Кацуки Бакуго, второкурсника Токийского технологического института, мало интересовала атмосфера или меню. Его внимание, словно магнитом, было приковано к одному человеку, устроившемуся в укромном углу с потрепанной тетрадью в руках. Кацуки Бакуго, без сомнения, был умным парнем. Информация впитывалась им моментально, логические задачи решались с молниеносной скоростью, а его умения в программировании восхищали преподавателей. Но стоило зеленой макушке незнакомца появиться в поле зрения, как его интеллект стремительно падал в ноль, а в голове оставалась лишь бессвязная каша. Уже три месяца Кацуки приходил в эту кофейню каждое утро и, стараясь не привлекать внимания, просто наблюдал. Три долгих месяца он изучал привычки незнакомца, его жесты, мимику, пытаясь разгадать загадку, почему этот парень так его зацепил. Обычный, невзрачный ботан, с тихим голосом и неуверенной походкой. Что-то в его взгляде, в задумчивой позе, когда тот склонялся над тетрадью, заставляло сердце Кацуки биться быстрее. И вот ведь ирония судьбы! Что бы сам Бакуго Кацуки, гордость факультета, гений программирования, подошел к такому, как он, знакомиться? Да никогда в жизни! По крайней мере, так он убеждал себя каждый день. Его гордость и самолюбие не позволяли ему признаться даже самому себе, что он заинтересован в этом скромном студенте. Он ждал, выжидал, надеялся, что появится достойное оправдание, веская причина, чтобы нарушить привычный порядок вещей и заговорить с этим зеленоволосым парнем. Ведь Бакуго Кацуки не станет делать что-то просто так, из чистого любопытства. Ему нужна была причина. И он был уверен, что рано или поздно, она найдется. Из задумчивости, словно выстрелом из духового ружья, Кацуки выбило очередное сообщение, высветившееся ярким уведомлением на экране смартфона. Киришима, вроде как бы друг, хотя иногда Кацуки сомневался в адекватности этого красноволосого придурка, написал уже двадцатое смс за последние пять минут. Бесконечный поток слов, эмоций и, судя по всему, отчаянной мольбы о помощи. – Эй, Баку-бро! – Пожалуйста! Мне очень нужна твоя помощь! – Это вопрос жизни и смерти! Не читая предыдущие семнадцать и особо не обращая внимания на последние сообщения о помощи, Кацуки машинально ответил односложным "ага". Ему было лень вникать в чужие проблемы, особенно когда они исходили от Киришимы, чьи неприятности обычно оказывались следствием его же глупости. Кацуки ещё и представить себе не мог, к чему приведет его пофигистический ответ. Например к совершенно неожиданной и, прямо скажем, не особо желанной подработке в сервесном центре. Примерно таким образом Кацуки и оказался за стойкой с надписью "РЕМОНТ ТЕЛЕФОНОВ И ПЛАНШЕТОВ". Конечно, у него всегда была возможность послать Киришиму нахер, и это вполне соответствовало бы его стилю. Но, как ни странно, у парня был свой кодекс чести. Бакуго никогда, ни при каких обстоятельствах, не нарушал своих обещаний. Особенно сейчас, когда понимал, что сам виноват, что не счел нужным прочитать сообщения. Хотя, если посмотреть под другим углом, может быть, и к лучшему, что он оказался здесь, в этом пыльном и пропитанном запахом паяльника сервисном центре. Возможно, у него наконец-то получится освободить свой мозг от навязчивой "веснушчатой проблемы", как он про себя называл того зеленоволосого незнакомца из кофейни, хотя бы на эти двое суток. Да и в принципе, ему заплатят за это вынужденное времяпрепровождение, что, безусловно, не могло не радовать. Казалось, все складывалось идеально. Сервисный центр пустовал. Посетителей совсем не было, что позволяло ему спокойно провести весь день за чтением принесенного с собой тома какого-то детектива. Тишина и спокойствие, нарушаемые лишь тихим гулом работающего кондиционера. Но, как известно, мир полон подлостей, и долго наслаждаться уединением не пришлось. Проблема, словно почуяв своего потенциального "хозяина", материализовалась в самом неожиданном виде. В дверь с грохотом ввалилась зеленоволосая, неуклюжая тушка, едва не сбив с ног стоящую рядом стойку с чехлами для телефонов. И Кацуки мгновенно узнал этого человека. Тот самый парень из кофейни. Веснушчатый "ботан", который три месяца не давал ему покоя. В нос Бакуго ударил резкий, отвратительный запах перегара, смешанный с дешевым парфюмом. Зеленоволосый парень явно был не в лучшей форме. – Здравствуйте… а я звонил вам кажется… Насчет замены экрана на телефоне. Так сколько это будет стоить? По резко увеличившимся глазам зеленоволосого, было очевидно, что он тоже увидел знакомое лицо, что вполне логично, учитывая сколько раз они «случайно» пересекались. И естественно Бакуго не принимал никаких звонков, видимо Киришима, даже не стал оповещать друга о возможном посетителе. Ну и черт с ним. Судя по всему у проблемы была не менее проблемная ночка, чем он сам, потому что экран предоставленого телефона был разбит вдребезги. «Нахер такое вообще чинить, легче новый купить», - пронеслось в голове Блондина. – Он вообще работает? Тогда около одиннадцати тысяч йен. Легче сразу отнести ювелиру или купить новый. Ты сам то вообще видел какой пиздец со стеклом? Телефоном орехи колол? Зеленоволосый слегка покраснел и тихо пробурчал: – Меня устраивает… Сколько времени это займет? Кацуки закатил глаза, поняв, что дальше не сможет спокойно просиживать штаны, начал прикидывать, что с этим можно сделать. – Приходи завтра, не ошибешься. И заполни эту анкету. Закончив всю волокиту, в голове у Бакуго уже зрел план. Быстро заменив стекло и даже удосужившись наклеить защитку, Кацуки забрал телефон домой. Что может быть более гениальной идеей, чем установить подобие шпионского ПО на телефон предмета интереса? Что угодно. Но как Кацуки уже понял, когда дело касается его Изуку, спасибо бумагам, что он наконец-то узнал имя парня, мозг блондина моментально отключается. Итак, в чем же, собственно, заключался его гениальный план? На самом деле, все до смешного легко и просто. Теперь, когда судьба подкинула ему такой шанс, Бакуго без особых проблем создаст условия, при которых он и этот Изуку столкнутся носом к носу и, наконец, поговорят. Поговорят о чем-то, что нравится зеленоволосому. Естественно, Кацуки тоже сделает вид, что в полнейшем восторге от этой всей задротской шняги, о которой, скорее всего, пойдет речь. Он будет кивать, поддакивать, задавать умные вопросы, демонстрируя свой якобы неподдельный интерес к увлечениям Мидории. Вот только когда, благодаря отдельно имеющемуся на собственном телефоне блондина приложению для отслеживания геолокации (да, Кацуки признавал, что это немного по-сталкеровски, но в данном случае это был стратегический ход!), он понял, что его "веснушчатая проблема" учится в том же самом институте, что и сам Кацуки. Осознание того, в какой глубокой и липкой жопе он оказался, ударило по вискам словно кувалдой. Это было не просто совпадение, это была катастрофа. Судьба, словно нарочно, решила сыграть с ним в догонялки. И как назло, в тот же самый учебный день Бакуго совершенно случайно (или нет?) встретил веснушчатого Мидорию на выходе из той самой аудитории, где через несколько минут должна была начаться у него, Кацуки, пара с каким-то там ебанным очередным языком программирования. Изуку Мидория, ебаный блять будущий программист, который, несомненно, с легкостью поймет, что и почему не так с его телефоном, а затем, словно ищейка, выйдет на след Бакуго. В этот момент в голове Кацуки промелькнули все возможные варианты. В лучшем случае, его посадят. В худшем же - сначала открутят его драгоценный член и пришьют на лоб в качестве позорного украшения, а потом уже отправят за решетку, чтобы он до конца жизни думал о своих ошибках. Перспективы, прямо скажем, не радовали. А вся эта катастрофа - из-за глупой влюбленности в ботаника с зелеными волосами и непомерным запахом перегара. Бакуго чувствовал, как его начинает охватывать паника. Из бушующего океана мыслей выдернула на поверхность одна-единственная, простая фраза, произнесенная звонким голосом прямо перед ним. – Привет! Спасибо еще раз, наверное и вправду было тяжело с тем, в какие мелкие кусочки превратилось стекло на моем телефоне. Веснушчатая морда, прямо смотрящая на него, ослепительно улыбалась. Эта улыбка, такая искренняя и беззаботная, словно яркий луч солнца. В этот самый момент до блондина дошло, что то, что он сотворил, было настолько тупо, настолько нелепо и бессмысленно, что он мог бы просто, точно так же, без всяких уловок, подойти к этому зеленоволосому парню, поздороваться и спросить, все ли работает, все ли устраивает его в отремонтированном телефоне. Боже, какой же Кацуки идиот! Какой же он самоуверенный, самовлюбленный кретин, который возомнил себя гением шпионажа и интриг. Он усложнил ситуацию до абсурда, когда решение лежало прямо перед ним, простое и очевидное. Когда он понял, что уже слишком долго пялится на Мидорию, молчит, как истукан, и, вероятно, выглядит, как законченный придурок, еле как выдал осипшим от волнения голосом: – Да не за что. К счастью, Изуку, похоже, еще ничего не заметил. То ли он был слишком наивен, то ли просто не ожидал подвоха от человека, который, ему помог. Но в любом случае, у Кацуки был шанс все исправить, пока не стало слишком поздно. Вот только что делать дальше, черт возьми? Сразу извиниться? Признаться во всем и сказать, что то, что он натворил, было глупой ошибкой, импульсивным поступком, о котором он теперь искренне жалеет? Но как он вообще дошел до этого? Как он, Кацуки Бакуго, опустился до уровня сталкера? Надо признаться сейчас, пока еще есть возможность все исправить. Потом будет поздно, Мидория что-нибудь заподозрит, придумает отмазку, и все будет нормально. Утопая в новом потоке мыслей, захлебываясь в чувстве вины и стыда, Кацуки совершенно не заметил, как зеленоволосый, попрощавшись, уже ушел, растворившись в толпе прохожих. Чёрт! Он упустил свой шанс! Он снова все испортил! Кацуки стиснул зубы от злости на самого себя. Он идиот. Теперь все стало еще сложнее. Вернувшись домой, и наконец-то осознав весь масштаб сотворенного, Кацуки понял, что ему просто необходимо срочно что-то придумать. Нельзя было оставлять ситуацию в подвешенном состоянии. Чувство вины грызло его изнутри, а страх разоблачения не давал покоя. Он метался по комнате, словно тигр в клетке, пытаясь найти выход из этой ситуации. Именно в этот момент на телефон пришло уведомление. Изуку Мидория подписался на его инстаграм. Боже, блять! Зачем он вообще занимался всей этой херней с шпионской шнягой, сталкерством и прочими глупостями, если все могло быть так просто? Почему он не додумался до этого раньше? Ведь социальные сети – это же кладезь информации и прекрасная возможность для общения! Зайдя в приложение и быстро добавив зеленоволосого в подписки в ответ, Бакуго уже было хотел набраться смелости и написать ему всю правду, извиниться и попытаться все объяснить, но Мидория его опередил. Сообщение от Изуку появилось в чате мгновенно. – Привет! Это опять я 0v0 кажется, теперь мой телефон сильно лагает, наверное, ты был прав, когда сказал, что лучше купить новый. До Кацуки только сейчас дошло, что он, оказывается, нагрубил Мидории в прошлый раз, когда тот отдавал телефон в сервисный центр. В своей панике и растерянности он наговорил ему всяких гадостей. – Не бери в голову, – напечатал Кацуки в ответ, – Тогда я просто устал. Это была отговорка, жалкая и неубедительная, но лучшего он придумать не смог. Ну все, теперь точно надо признаваться. Хватит тянуть кота за хвост. Признайся сейчас, пока не стало еще хуже, пока Мидория не разочаровался в нем окончательно. – Все в порядке! ^v^ ты и не выглядел тогда злым, у меня была немного трудная ночь перед этим…. Боже, ладно. Это существо ведет себя настолько приторно мило и невинно, что это даже начинает нравиться, не смотря на его обычное раздражение к таким вещам. Эта наивность и простота обезоруживали Кацуки. Может быть, не стоит торопиться с признаниями? Может быть, стоит немного присмотреться к Мидории, немного выяснить, что он за человек, и тогда уже принимать решение? Немного выясню все, и тогда точно признаюсь, - решил Кацуки, откладывая на потом неизбежный момент истины. Но он не мог не признать, что этот зеленоволосый парень постепенно завоевывает его сердце все больше. Отложив телефон на прикроватную тумбочку, Кацуки, с тяжелым вздохом, поплелся на кухню готовить ужин. В голове царила звенящая пустота, в сердце образовалась зияющая дыра размером с кратер вулкана, хоть желудок заполнит, чтобы как-то отвлечься от навязчивых мыслей о зеленоволосой проблеме. Затем, как назло, его ждала вся остальная паршивая, рутинная работа по дому, которую он терпеть не мог, но которую необходимо было выполнить. Уборка, стирка, мытье посуды – все это раздражало и отвлекало от главного. В итоге, взяв в руки телефон лишь ближе к ночи, когда все дела были переделаны и он, наконец, смог немного расслабиться, парень бесцельно принялся листать рилсы, надеясь хоть ненадолго отключиться от реальности и забыть о своих проблемах. Но судьба, как всегда, решила подкинуть ему очередную порцию "сюрпризов". Внезапно на телефон пришло новое уведомление от той самой программы для отслеживания Изу… черт, хрен с ним, раз уж есть возможность узнать, чего новенького происходит в жизни "веснушчатой проблемы", он просто обязан воспользоваться этим шансом. С чувством вины и любопытством, смешанным воедино, Кацуки открыл программу и увидел в галерее новые фотографии и видео. «Опять что ли пьет?» – промелькнула у него в голове мысль с оттенком осуждения. В галерее красовалась куча фотографий, сделанных в режиме 0,5, вероятно, его друзей и самого Мидории. На заднем плане отчетливо просматривался интерьер бара, который Кацуки сразу узнал, поскольку заведение было расположено ближе всех к студенческой общаге. Прожив в ней весь первый курс, он знатно выучил каждое укромное местечко этого злачного заведения, ставшего для многих студентов вторым домом. Тихо хмыкнув, блондин с нескрываемым любопытством наблюдал за тем, как в галерее появляются все новые и новые фотографии и короткие видеоролики, запечатлевающие пьяные выходки Изуку и его компании. Кацуки не мог отвести глаз от экрана, погружаясь все глубже и глубже в виртуальную жизнь зеленоволосого парня, который, как оказалось, совсем не такой уж и скучный "ботан", каким он его себе представлял. Дни летели с головокружительной скоростью и с каждым новым, Кацуки и Изуку находили все больше общих тем для разговоров, их общение становилось более открытым и непринужденным. Они обменивались шутками, делились своими мыслями и переживаниями, постепенно стирая границы, разделявшие их. И точно так же, с каждой секундой, с каждым новым сообщением в чате, Бакуго все отчетливее понимал, что для признания становится все позднее и позднее, а его чувства к зеленоволосому становятся все сильнее и глубже. Это была настоящая пытка – скрывать свои истинные эмоции за маской друга, зная, что правда может разрушить все, что они так долго строили. В таком лихорадочном темпе прошло три недели с начала их общения в социальных сетях. Блондин старался особо не пользоваться тем злосчастным шпионским приложением, терзаясь чувством вины и понимая, что это неправильно. Но, как только Изуку надолго пропадал из сети, не отвечал на сообщения, а Бакуго начинал за него не на шутку волноваться, его рука предательски тянулась к телефону, и он, словно наркоман в поисках дозы, лез смотреть, как там и что с его "чудом". Убедившись, что с Изуку все в порядке, Кацуки каждый раз ругал себя за слабость, но ничего не мог с собой поделать. Но один день значительно отличился от всех остальных… Вечером пятницы в воздухе висела расслабленная, слегка праздничная усталость: у кого-то закончилась неделя пар, кто-то готовился к выходным, а у Кацуки в голове всё ещё жила навязчивая идея не попадаться на глаза Изуку. Зеленоволосый написал, что идёт в бар с ребятами и даже пригласил Кацуки присоединиться – но блондин вежливо отказался. Большие компании, шум и алкоголь – это не его стихия, да и под каким предлогом он должен был появиться там сейчас? Лучше как-нибудь в другой раз. Всё могло бы остаться обычным вечером, если бы не сообщение с незнакомого номера: в тексте был указан адрес бара, а в конце стояли три смайлика-черепа. Мелкий фейерверк тревоги пробежал по спине. Возможно, кто-то из компании Изу прикалывается, подумал Кацуки и отмахнулся. Ребята пьющие – их шутки бывают странными. Он попытался вернулся к своим делам, листал страницу Мидории в инстаграме, Кацуки невольно задержался на фотографиях с пляжа: подтянутое тело, загар, искренние улыбки – и в груди что-то горело, так же как и в паху. Изуку был страшно привлекателен и это знание подогревало смесь вины и запретного любопытства. Еще одно сообщение с того же неизвестного номера: «я всё знаю». Сердце Бакуго пропустило грубый удар. Мозг упорно надеялся на совпадение, но пальцы уже беспокойно открывали шпионское приложение – ту самую программу, которую Кацуки старался использовать как можно реже. Камера в реальном времени. Экран засиял; в окне приложения – комната Изуку, не бар. Первое, что он заметил, – слабый желтоватый свет настольной лампы; на фоне – слегка растрёпанная кровать и разбросанные тетради. И затем – сам Изуку: красноватое лицо, смятая футболка. Сердце сжалось еще сильнее, а разум начал шептать вещи, от которых было стыдно. Отвращение к собственной трусости смешалось с нелепым возбуждением: трансляция жива, и он ее смотрит. Мидория плавно стягивал с себя футболку, оголяя тело, которое блондин так тщательно рассматривал на фотографиях. Кацуки кричал себе выключить телефон. Его совесть требовала немедленного разрыва с этим маленьким преступлением. Но рука, предательски тёплая и дрожащая, не слушалась – взгляд уцепился за экран. Изуку взял телефон и направился в ванную, продолжив раздеваться, с каждой секундой оголяя все более интимные части своего тела. Бакуго чувствовал, как в груди разгорается конфликт: часть его хотела выключить всё прямо сейчас и забыть, другая – уже представляла, что они рядом, раздевают друг друга. Мысли сыпались одна за другой, все более неприличные. Он представлял себе сценарии – мягкое прикосновение руки, неловкий смех, глаза, полные непонимания и любопытства. Воображение рисовало возможную близость нежно и неловко, напротив – грубо и желанно. Каждая фантазия доставляла ему удовольствие и тут же вызывала стыд. Выключать было поздно. Правая рука была под тканью трусов. Бакуго слышал в голове собственные запреты: это нарушает личное пространство, это подло, это может разрушить все. Но экран манил, обещая то, что реальная смелость пока не могла дать. Тревожный диалог внутри головы продолжался: "выключи", – шептала одна часть, – "посмотри ещё секунду", – упиралась другая. Он знал, что даже если прекратит сейчас, ничто не вернёт того, что уже сделано; и всё же чувство собственности, возбуждения и неумолимого интереса останавливало его от решительного шага. Телефон лежал в ладони, свет его дисплея бросал бледный отблеск на лицо Кацуки. Вода струйками стекала с зеленых волос, все было слишком отчетливо видно. Каждая капелька застревала на кончике волос и плавно скатывалась по отточенному, но на вид мягкому телу. Кажется теперь мокрый не только веснушчатый, но и трусы Бакуго. В то время как Кацуки искал салфетки и вытирал последствия своей разрядки, зеленоволосый вышел из душа, обдавая комнату легким паром. Первым признаком того, что что-то происходит, стал звук, который раздался, когда ноготь Изуку стал ритмично стучать по экрану телефона. Это сразу привлекло внимание Бакуго. – Эй, ты смотришь? – промурлыкал довольный голос по ту сторону экрана. На секунду у Бакуго перехватило дыхание. С кем этот зеленоволосый разговаривает? Мысли в его голове закружились, и он почувствовал, как внутри нарастает страх. «Но я же вижу, что он не в звонке» И снова раздался голос Мидории. Он говорил с самой искренней улыбкой. – Кацуки, я знаю, что ты смотришь, – произнес Изуку, и в его голосе была такая теплая нотка, что Бакуго невольно зажмурился. «Еб… ТВОЮ МАТЬ!» – пронеслось у него в голове, когда он осознал, что его поймали. Что теперь делать? Сбежать? Вымаливать прощение? Сделать вид, что ничего не произошло? Мысли путались. Он не знал, как реагировать на всю эту ситуацию. Будто бы прочитав его смятение, Изуку продолжил: – Позвони мне, – произнес он с такой настойчивостью, что у Бакуго перехватило дыхание. В этом простом предложении звучала искренность и настойчивость, которые так пугали и одновременно притягивали. Бакуго почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он колебался между желанием избежать этого разговора и потребностью понять, что происходит между ними. Зачем ему звонить? Чтобы признаться в своих чувствах? Или просто чтобы поговорить о том, что их связывает? Страх овладел им. Сдерживая шквал бушующих внутри эмоций, Кацуки невидящим взглядом смотрел на экран смартфона. Пальцы дрожали так сильно, что он едва не выронил гаджет, прежде чем всё же решился нажать на вызов. В глубине души он понимал: этот звонок – его капитуляция. Он знал, что его раскроют, но сейчас оказалось, что блондин совсем небыл к этому готов. В трубке раздались длинные, мучительные гудки, каждый из которых отдавался болезненным ударом в висках. Наконец, послышался щелчок, и мягкий, до боли знакомый голос произнес: – Алло? Горло Бакуго словно сдавили тисками. Воздуха катастрофически не хватало, а в груди застрял тяжелый, колючий ком. Охрипшим от нервного напряжения голосом он выдавил из себя жалкое подобие приветствия: – Привет… – О! – воскликнул Изуку на том конце провода. В его интонации не было злости, только искреннее удивление, смешанное с чем-то похожим на триумф. – Я уже и не надеялся, что ты позвонишь! Честно говоря, думал, что ты испугаешься, заляжешь на дно и заблокируешь меня везде, где только можно. Кацуки молчал, вцепившись свободной рукой в край тумбочки так, что побелели костяшки. Он старался дышать как можно тише, боясь, что даже звук его дыхания выдаст ту панику, что творилась у него внутри. Мидория негромко хмыкнул, и этот звук заставил Бакуго вздрогнуть. – Знаешь, – продолжил зеленоволосый – я почти сразу понял, что ты что-то провернул с моим телефоном. Хотя ты и сам, наверное, сообразил, как нелепо обложался. Но, должен признать, программа написана чертовски грамотно. Чистый код, Кацу. С трудом переваривая услышанное, Бакуго почувствовал, как к лицу приливает жар. Комплимент от Изуку в такой ситуации казался изощренной пыткой. — Спасибо, — выдавил он, едва узнавая собственный дрожащий голос. По ту сторону линии послышался легкий, почти беззаботный смех. – Нет, правда! Ты же специализируешься совсем на другом. Оказывается, Кацуки Бакуго – ботан похлеще меня. А я-то наивно полагал, что главный задрот в этом университете – это я. Приятно знать, что у меня есть достойный конкурент. Кацуки почувствовал, как внутри него начинает закипать привычное раздражение, медленно вытесняя страх. Как он может?! Как Изуку может вести себя так, будто ничего не произошло? Будто это не его частную жизнь взломали, будто это не его границы были нарушены. Этот легкий тон выводил из себя. Монолог Мидории длился еще минут десять. Он рассуждал об алгоритмах, о защите данных и о том, как забавно было наблюдать за «глюками» системы. Для Бакуго это время растянулось в вечность. Напряжение внутри него достигло критической точки, словно натянутая до предела струна, которая вот-вот должна была лопнуть. И она лопнула. – Ты мне нравишься! –выпалил он, перебивая Изуку на полуслове. В трубке мгновенно воцарилась оглушительная, вакуумная тишина. Кацуки слышал только бешеное, неритмичное биение собственного сердца, которое, казалось, вот-вот проломит ребра. В голове стало пусто, все мысли исчезли, оставив лишь звон в ушах. Руки тряслись теперь уже мелко и неуправляемо. Ему хотелось швырнуть телефон в стену, забиться в темный угол, разрыдаться от собственного бессилия или перегрызть себе вены. Секунды ожидания превратились в пытку. Кацуки уже был готов сбросить вызов, когда из динамика донесся тихий, но уверенный ответ: – Вообще-то… ты мне тоже.